«После выборов Локтя никаких договоренностей быть не может». Какой будет кампания-2020 в Новосибирске

Кому выгодно сохранить пакт между КПРФ и «ЕР» в Новосибирске, какие приемы против единороссов «обкатали» в сентябре, как «партия власти» отвечает на пенсионную реформу и снижение уровня жизни, почему все парламентские силы не убедили избирателей, а коммунистам захочется выступить «красиво»? Эксперты Тайги.инфо о выборах 2019-го и 2020-го годов.

Приводим расшифровку беседы первого вице-спикера заксобрания Новосибирской области и секретаря регионального отделения «Единой России» Андрея Панфёрова с журналистами Тайги.инфо Алексеем Мазуром и Евгением Мездриковым, а также комментарий бывшего «политического» вице-губернатора Виктора Козодоя.

Мазур: Сегодня мы обсудим новый политический сезон. Я попросил комментария эксперта — политолога и бывшего вице-губернатора Виктора Козодоя о перспективах «Единой России».

Козодой: Ситуация, я думаю, будет развиваться по двум направлениям. Есть одна группа, условно скажем, которая хотела бы законсервировать ситуацию. В основном это действующие депутаты, ряд руководителей, которые хотели бы сохранить всё, как оно есть, в том числе и свои депутатские места. Будет другое — когда новые игроки или неудовлетворенные будут стараться сделать что-то в измененном виде. Какая тенденция победит — будет видно.

Если удастся всем договориться — повторить тот же сговор между «ЕР» и КПРФ [что был на выборах мэра Новосибирска в 2019 году], условно так говоря, в широком смысле этого слова, то это будет одна ситуация. Принцип здесь такой: всем договориться, чтобы опять все тихо прошло — при низкой явке, желательно при полном отсутствии избирателей, закрепить те позиции, которые есть.

Но я думаю, что с этим будут сложности. Все-таки появились новые игроки, и ситуация принципиально меняется по сравнению с тем, что было пять лет назад и даже год назад.

Мазур: Андрей Борисович, как вы оцениваете итоги сентябрьских выборов в Новосибирске? Как вы считаете, как прошла компания? Насколько вам нравится результат?

Панфёров: Вы же отлично понимаете, что «Единая Россия», отказавшись участвовать в выборах, наблюдала, потому что, что греха таить, нам нужно понимать, с какими силами и средствами выборную кампанию 2020 года. Так скажу: выводы сделаны. Особенно выводы по кандидату, занявшему на выборах мэра второе место. Гражданин, товарищ или господин, как сейчас принято говорить, [Сергей] Бойко показал свою возможность участия в выборной кампании.

Мы, безусловно, понимаем, что 2015 год [выборы в заксобрание и горсовет Новосибирска] — это одна картина, 2016 год [выборы в Госдуму] — другая картина, 2019 — третья, а 2020-й будет с другим содержанием. Поэтому смотрим, создаем вариации, но понимаем, что кампания для нас будет тяжелой. Почему? Не лучшие времена сейчас для «Единой России» по объективным и субъективным причинам.

Хотя, могу сказать, когда в сентябре 2019-го мы проводили довыборы на территории Новосибирской области, у нас из 72 мандатов, которые разыгрывались, мы взяли 63. Для нас эти выборы показательны — прежде всего, те, что проходили на 12-м округе горсовета Новосибирска. Мы не думали, что на такой цинизм пойдут наши политические противники, если их можно так назвать.

Поэтому 2020-й для нас является отправным годом, и мы проводим сейчас организационную и аналитическую работу, чтобы достойно выступить и, как и предполагаем, взять основное количество мандатов в пользу «Единой России».

Что касается выборов мэра Новосибирска — определенные партии даже не предполагали тот результат, который получился. С другой стороны, конфигурация на политическом поле изменилась, и им тоже необходимо сделать выводы, потому что, определяясь с оппонентами, или, говоря по-военному, с объектом атаки, они тоже «влипли» в определенные ситуации.

Мездриков: А вы какие партии имеете в виду?

148934

Панфёров: Я имею в виду партии «Справедливая Россия», ЛДПР и КПРФ, парламентские партии. Хотя и «Зелёные», наверное, тоже в недоумении, почему такой результат у них случился.

Мездриков: А пенсионная реформа, общее падение уровня жизни — на встречах [с избирателями] вы как-то выстраиваете разговор по этим темам?

Панфёров: Да, Евгений, выстраиваем. Я понимаю, о чем вы говорите, потому что и в период обсуждения пенсионной реформы, и во время принятия этих законопроектов, не скрывая об этом говорю, были допущены определенные просчеты — прежде всего, в информировании населения. Я об этом говорил, и это лично моя точка зрения: информировать людей, объяснять нужно было хотя бы за два года до того, как это проводилось.

Приведу пример в отношении себя. Поехал на парламентские слушания (был делегирован) в период обсуждения пенсионной реформы с одним мнением, а вышел с другим. Потому что когда встречались с экономистами, там был постулат, который, я думаю, был основным: не проведи определенные действия, к 2025 году казна Пенсионного фонда была бы пуста. Понятно, что потом была корректировка со стороны президента, и правильно была сделана. Но мы бы скатились в ситуацию 1990-х годов, а этого допустить нельзя, никакая власть к этому не подойдет.

Мездриков: То есть вы так с избирателями разговариваете, этими тезисами?

Панфёров: Да. Еще один пример приведу, по мусорной реформе. Мое личное мнение такое: закон был необходим, но исполнение закона с самого начала показало, как его не надо было исполнять. Когда муниципальные образования в Новосибирской области превратились в большие помойки, когда ничего не вывозили… Деньги берут за вывоз — я об этом говорил и обращался к губернатору, чтобы он внес коррективы. Неуклюжесть профильного министерства [ЖКХ и энергетики], которое этим занималось, была вопиющей.

Об этом тоже нужно было говорить людям. Потому что когда не было помоек, а они появились, когда, например, с пожилой женщины, которая живет одна, стали драть деньги, как за полную семью, это безобразие. И об этом надо говорить. Потому что в конце концов, когда мы в 2020 году пойдем [на выборы], эти вопросы в любом случае будут задаваться, и люди имеют на это право. Примерно в таком ключе я и разговариваю со своими избирателями.

Мазур: Вы упомянули про какие-то недостойные методы на довыборах в горсовет Новосибирска. А что имеется в виду?

Панфёров: Ну, мы предполагали, что так будет, но все-таки надеялись, что до этого не дойдет. Выходит наблюдатель из избирательной комиссии — якобы, покурить. В нужный момент подходит на нужную улицу, где стоит непонятный автомобиль, и как будто они просят избирателей пойти и проголосовать за кого-то непонятного, при этом суют от 200 до 500 рублей.

Мездриков: Но ведь подкуп зафиксировали, напротив, в пользу [кандидата от «Единой России»] Павла Чернышёва.

Панфёров: Ну да, якобы просят, чтобы за него пошли голосовать.

Мездриков: То есть, это была провокация?

149244

Панфёров: Ну конечно! Сразу, откуда ни возьмись, появились ребята от оппонентов, которые стали кружить вокруг этой машины. Я опять скажу: ясно, что выборы, ясно, что нужен мандат, но чтобы настолько опуститься, чтобы на нас еще в суд подавать? Для чего это делать-то?

Мездриков: Говорите с офицерской прямотой, вряд ли все настолько искушены. Даже я не сразу понял, о чем речь.

Панфёров: Посадили в машину якобы от кандидата из «Единой России», начали совать деньги всем кому ни попадя и советовать туда [на участок] пойти. Когда его взяли, ничего внятного он сказать не мог, даже сначала фамилию не мог сказать. Суд безо всяких вещественных доказательств его штрафует на 20 тыс. рублей — ну, пусть выплачивает. Спрашивают, чья это инициатива, — говорит, что его личная. Ну, ерунда какая-то. Зачем в такие-то дешевые приемы уходить, господи? Но факт остается фактом — что это обкатывали, смотрели, возможно, это применят в 2020 году.

Мазур: Вот это соглашение, которое в течение года действовало между губернатором [Андреем Травниковым] из «Единой России» и мэром [Анатолием Локтем] из КПРФ, оно закончилось? Будет ли подобие этого соглашение в округах? Что будет, например, кандидат от «ЕР», но не будет от КПРФ? Или всё, мы переходим в фазу бескомпромиссной межпартийной борьбы?

Панфёров: Я просто уверен, что после выборов Анатолия Евгеньевича [Локтя], никаких договоренностей быть не может. Потому что здесь идти на какие-то запасные позиции… Он мэр в этом городе, он сейчас будет применять административный ресурс. О чем договариваться, когда сейчас его главная задача — сформировать тот горсовет, который будет, фактически, под его руководством?

То, что было между Андреем Александровичем [Травниковым] и Анатолием Евгеньевичем [Локтем], — это их личное дело. Я могу точно сказать, что в этом ключе мы не будем дальше работать, потому что можно ударить по рукам, но ничего не выполнить. Когда на политическом поле выигрывает один, он один и остается. Все остальные могут говорить, что угодно, но когда большинство у тебя, можно просто сказать: «Ребят, ну не получилось с нашими договоренностями, что я могу поделать?» Можно сослаться, например, на высшие органы партии, которые дали команду — и на этом дело закончено. Поэтому мы ни с кем договариваться не собираемся. Каждый будет нести свой чемодан.

Мазур: У Анатолия Евгеньевича не было проблем и с действующим составом горсовета, хотя там большинство «Единой России» принадлежит. Если посмотреть итоги голосований, то все основные предложения мэрии всегда поддерживались. И зачем ему что-то менять?

Панфёров: Алексей, вы сами понимаете, как здорово, как заманчиво и как красиво, когда вместо одной трети будет две трети своих. И тем самым показать свою способность как первого секретаря обкома КПРФ — мэром стал и сформировал свой горсовет с большинством. Вот и всё.

Эксперты беседовали в эфире телеканала НТН24