Есть ли жизнь после «смерти мозга НАТО»

Генсек альянса Столтенберг лично выяснил это в Париже у президента Франции Макрона

В четверг, 28 ноября, в Елисейском дворце президент Франции Макрон встретился с генеральным секретарем НАТО Столтенбергом. Стороны обсудили «смерть мозга НАТО» и дальнейшие перспективы развития Североатлантического альянса.

После переговоров улыбающиеся стороны вышли к прессе и сделали совместное заявление. Макрон заявил, что «не отказывается» от своих резких слов о «смерти мозга», подчеркнув, что союзники по альянсу должны вместе обсуждать борьбу с терроризмом — как в Леванте, так и в регионе Сахель (где французская армия берет на себя «основной груз борьбы»).

«Саммит НАТО в Лондоне (который пройдет 3 и 4 декабря) будет возможностью отпраздновать 70-летие альянса», но и обсудить способы его обновления. Макрон снова повторил, что построение европейской безопасности невозможно «без диалога с Россией — «ясного и требовательного». «Я подтверждаю свое намерение придать новую динамику этому диалогу», — сказал президент Франции.

Столтенберг в своем выступлении перед прессой напомнил об «угрозах, исходящих от России и Китая», против которых альянс принял «целый ряд мер» «после окончания холодной войны». Но «нужно усилить сотрудничество внутри НАТО между Европой и США», нужен больший вклад европейцев в дело общей безопасности, чтобы «усилить нашу способность реагировать» на угрозы.

Напомню, в начале ноября президент Франции в интервью газете Economist заявил: «То, что мы сейчас переживаем, для меня это — смерть мозга НАТО». И затем уточнил, что именно заставило его сделать такой клинический вывод: «Посмотрим правде в глаза. У вас есть партнеры, которые находятся вместе в одной точке земного шара, и у вас нет никакой координации относительно стратегических решений США с партнерами по НАТО… Мы являемся свидетелями агрессии, осуществляемой одним партнером по НАТО, то есть Турцией, — в зоне, где на кону стоят наши интересы — без всякой координации (с нами)…».

Макрон имел в виду согласованное Вашингтоном и Анкарой в октябре наступление турецкой армии на курдов в Сирии (пока приостановленное). Наступление вызвало резкую реакцию в Париже. Настолько резкую, что президент Макрон в интервью Economist поставил под сомнение «основу основ» НАТО: статью 5 Североатлантического договора (в ней говорится, что нападение на одну из стран альянса будет рассматриваться как нападение на весь альянс). «Что такое статья 5 завтра?.. Если режим Башара Асада решит ответить Турции, будем ли мы ввязываться, это большой вопрос», — заявил французский президент. А затем еще раз заверил, что, с учетом политики США, проводимой в последние годы, европейские страны должны как можно скорее построить свою независимую систему обороны («работа ведется»). Вторым «краеугольным камнем» европейской безопасности Эмманюэль Макрон назвал сближение с Россией. И даже рассказал, что лично ведет в Европе дипломатическую работу по изменению отношения многих стран к политике сближения с Москвой. Кроме того, французский президент заявил о том, что стоит рассмотреть «пожелания» по недопущению расширения НАТО.

После этого последовала реакция со стороны партнеров.

Ангела Меркель на встрече со Столтенбергом назвала заявления о «смерти мозга НАТО» «несвоевременными суждениями», сделанными с использованием «слишком радикальных терминов».

Позднее, накануне прошедшей 20 ноября в Брюсселе встречи министров иностранных дел стран НАТО, глава МИД Германии Хайко Маас опубликовал свою колонку в газете Spiegel: «…Без Соединенных Штатов ни Германия, ни Франция не способны себя защитить. Это недавно стало очевидным из-за нарушения Россией договора о РСМД. (Макрон после встречи со Столтенбергом возложил на США ответственность за выход из договора. Он также заявил, что в создании нового договора о ракетах должны участвовать европейцы — Н. Д.). Внешняя политика и политика безопасности без Вашингтона – это было бы безответственно (…) Да, мы хотим сильную и суверенную Европу (точнее – европейскую систему обороны — Н. Д.). Но она нам нужна как часть сильного НАТО, а не как его замена».

На самой встрече Маас согласился с необходимостью «прояснить будущую роль НАТО», но не поддержал предложение главы МИД Франции Ле Дриана о создании группы экспертов, которые бы провели «разумные дебаты» со Столтенбергом о реформе альянса. Германия предложила, чтобы сам Столтенберг возглавил эту группу, которая должна представить доклад в 2021 году.

Сам господин Столтенберг перед приездом в Париж объяснял, что хочет «поговорить с президентом Макроном, чтобы лучше понять его послание и причины, которые за ним скрываются». «Мы должны усиливать альянс, а не ослаблять его», -- добавил генсек НАТО, который в интервью Figaro рассказал, что Макрон не предупредил его, прежде чем сделать заявление о «смерти мозга». На вопрос: «Злитесь ли Вы на него?» (на Макрона), Столтенберг ответил: «Я еду в Париж, чтобы поговорить с ним об этом… Я приеду с одним посланием: нельзя выбирать между европейским единством и единством трансатлантическим».

Генсек заверил, что о смерти мозга НАТО речи идти не может, напротив, альянс как никогда силен.

На вопрос, «как вы оцениваете сближение Франции и России?», Столтенберг ответил: «Франция разделяет политику НАТО о двойном подходе к России: сильное сдерживание, но вместе с тем — и политический диалог». Столтенберг также заверил, что Франция придерживается подхода: никакого возвращения «business as usual» «до тех пор, пока Россия не изменит свое поведение». На вопрос, войдут ли когда-нибудь Украина и Грузия в НАТО, генсек альянса ответил: «… Это решать 29 (членам НАТО), а не России!», напомнив, впрочем, что хотя «двери НАТО были открыты» для Украины и Грузии в 2008 году, но конкретная дата вхождения этих стран в альянс никогда не обсуждалась.

На ближайшем саммите в Лондоне участникам НАТО тоже будет не до этого.

Как показала встреча Столтенберга и Макрона в Париже, стороны остались на своих позициях по поводу состояния альянса. Столтенберг заявил, что НАТО — мощный организм, Макрон — что у него «смерть мозга». При этом французский президент добавил новую формулировку, призвав членов альянса к «ментальному перевооружению». В том числе, к пересмотру подхода к России.

И выразил надежду, что уже 9 декабря после встрече Нормандской четверки в Париже будут видны первые плоды его усилий.

На ближайшем саммите в Лондоне участникам НАТО тоже будет не до этого.

Париж