Расследование авиакатастрофы SSJ 100 в Шереметьево завершилось в рекордные сроки, единственным виновным назван пилот

Следственный комитет России (СКР) в рекордно короткие сроки завершил расследование уголовного дела о катастрофе самолета SSJ 100 в мае этого года, когда при аварийной посадке в столичном аэропорту Шереметьево погиб 41 человек. Не дожидаясь окончательных выводов Межгосударственного авиакомитета (МАК), следствие назвало виновником катастрофы командира экипажа Дениса Евдокимова. Потерпевшими от его действий признаны 77 человек, включая второго пилота Максима Кузнецова. Вину в крушении самолета и в гибели пассажиров Евдокимов не признает, пишет "Коммерсант".

К моменту предъявления пилоту Денису Евдокимову обвинения в нарушении правил полетов или подготовки к ним, повлекшем по неосторожности гибель двух и более лиц (ч. 3 ст. 263 УК РФ), следствие успело провести и получить результаты более ста своих экспертиз - 46 медицинских, 41 генетической, а также летных, психолого-лингвистических и других.

На днях находящийся под подпиской о невыезде Денис Евдокимов вместе со своим адвокатом Натальей Митусовой были вызваны в здание СКР в Техническом переулке, где их ознакомили с постановлением об окончании основных следственных действий. Потерпевшие уже знакомятся с делом, при этом некоторые из них делать это отказались, сославшись на то, что поездки для чтения в Москву для них слишком дороги.

По версии следствия, 5 мая после взлета в SSJ, следовавший в Мурманск, попала молния, что привело к переходу управления бортом в ручной режим, а также вызвало определенные проблемы со связью у его пилотов. Кстати, в другие SSJ до этого молнии попадали 16 раз, но это не приводило к каким-либо серьезным последствиям, сказано в предварительном отчете МАК.

Между тем Евдокимов, получив разрешение вернуться в аэропорт, совершил посадку с превышением вертикальной и горизонтальной скоростей и с большим углом атаки, что привело к так называемому козлению - подпрыгиванию самолета от ударов о взлетно-посадочную полосу. Во время них подломившаяся стойка шасси пробила топливный бак, что привело к утечке керосина и его возгоранию.

Большинство из 41 жертвы катастрофы погибли от отравления угарным газом и ожогов, ущерб только от одного уничтоженного самолета составил 1,5 млрд руб. По данным МАК, это был всего четвертый случай посадки SSJ в ручном режиме, но предыдущие не привели к каким-либо ЧП. В том же отчете говорится и о шести грубых посадках на таком же типе самолетов, которые не повлекли никаких последствий.

Евдокимов и его адвокат Наталья Митусова с выводами следствия не согласились, утверждая, что самолет при посадке "швыряло из стороны в сторону", так как он не слушался бортовой ручки управления. Евдокимов полагает, что возгорания вообще не должно было произойти, так как при жесткой посадке у SSJ шасси должны были "отскочить в сторону". Корпус самолета, по его словам, мог выдержать высокую температуру, а пассажиры могли успеть покинуть салон, но приток воздуха из-за открытой двери усилил огонь.

Адвокат Евдокимова сообщила, что защита, в свою очередь, ходатайствовала о назначении почти трех десятков экспертиз и исследований, в том числе связанных с защитой самолета от попаданий молний и повреждением стоек шасси, но ей было отказано. Отклонено было и ходатайство о возбуждении уголовного дела в отношении участников аварийно-спасательных работ, которые, по версии защиты, появились на месте ЧП с запозданием. В результате к уголовной ответственности решили привлечь только пилота, который свою вину не признает. В "Аэрофлоте" от комментариев воздержались.

Защита также отметила, что следствие было проведено в кратчайшие сроки, не характерные для расследования подобных дел. "Следствием рассматривалась лишь одна версия, версия неисправности конкретного судна, ошибка при конструировании самолета не рассматривались", - добавила адвокат пилота, отметив, что следствие пытается сделать ее подзащитного "крайним".

Как сообщил ТАСС адвокат Павел Герасимов, представляющий интересы нескольких семей погибших, сами семьи также не верят в виновность пилота. "Мы предполагали с самого начала, что обвинят командира или весь экипаж, но это несправедливо. Все, что написано во всех материалах дела, чушь какая-то. Экспертизу, которую мы заявляли, никто проводить не стал, наши ходатайства проигнорировали", - сказал юрист.