Главный антисоветчик земли русской

Тяжело идти вперед, привязав себе к ноге чугунную гирю. У России, конечно, таких гирь — целая коллекция, хоть музей открывай. Но тяжелее многих прочих — непреходящая любовь к так называемому советскому наследию.

Бесчеловечное людоедское государство начало свой — медленный, увы, — путь к развалу как раз тогда, когда от массового пожирания людей отказалось. После того, как издох главный людоед. Потому что заточено было именно под людоедство, и для решения других задач годилось не особенно.

И когда наконец развалилось, было такое наивное ощущение, что люди все-таки немного очнулись. Сообразили, что нормальная человеческая жизнь важнее, чем псевдорелигиозный культ с обязательным поклонением государству, которое отнимает у человека права в обмен на иллюзию причастности к каким-то там великим делам. Вынуждает жертвовать всем, обещая за это всеобщее счастье в человеческих муравейниках для далеких потомков.

Тем более что, пожалуй, к середине восьмидесятых никто особенно и не верил в эти иллюзии. Не было иллюзий ни у обжиравшихся деликатесами членов горкомов и райкомов, ни у обычных людей, давившихся в очередях за колбасой. Все более или менее понимали, где оказались. Полусгнившее государство держалось на привычке к повиновению да на инерции страха. Ничего другого у него не было.

В свободу Россия входила тяжело, чего тут врать. С жертвами, с изломанными жизнями, с потерянными людьми. И все же казалось, что тоска по Совку, искреннее стремление вернуться в замазанное кровью прошлое, свое отживает. Ну мне, во всяком случае, точно казалось. В силу, возможно, юности. Что после правды о Сталине Сталиным восхищаться — дело совсем какое-то стыдное. Что возможность свободно читать, думать, путешествовать для живого человека важнее, чем ощущение связи с пугающей мир нищей империей, в которой много танков и нет ничего, кроме танков. Что дальше можно спорить о вариантах будущего, но не о развороте на сто восемьдесят градусов.

Сами знаете — не так все вышло. Как раз тогда, когда из трудностей страна начала потихоньку выбираться, государство затеяло — поначалу довольно аккуратную — игру в реабилитацию советского величия. И не то удивительно, что государство эту игру затеяло, — чего б еще и ждать от выходца из КГБ сотоварищи. Удивительно, что население игру подхватило.

Мне — раз уж сегодня день для рассказов о собственной наивности, — довольно долго представлялось, что новые хозяева России, успевшие привыкнуть ко вполне капиталистическому комфорту, будут держать себя в руках. Им-то зачем в совок? Их и здесь неплохо кормят.

А теперь вот понимаю — советская модель воспроизведена. На новом уровне, конечно. Даже и простым людям (ну по крайней мере, значительной их части) жить стало все-таки лучше. А уж нынешние видные государственники и стопроцентные патриоты над богатствами прежних членов горкомов и райкомов с их пыжиковыми шапками, импортными дубленками и копченой колбасой из спецраспределителя просто посмеялись бы. С высоты своего положения. С третьей палубы яхты. С пятого этажа дворца.

Опять же, нравы все-таки смягчились. Государство не жрет людей массово, а карает точечно и куда гуманнее, чем в славные советские времена. Но с учетом этих поправок — все как прежде: сверху одуревшие от обжорства некомпетентные начальники, охотно вещающие об угрозе извне, врагах внутри, необходимости сплотиться вокруг национального лидера, и о том, что мы — свет миру. Снизу — обычные люди, с легкостью поменявшие гражданские права на фантом державного величия. Россия снова привесила себе к ноге советскую гирю. Причем более или менее добровольно. И как эту гирю снять — непонятно, и как с ней идти вперед — непонятно тоже.

И можно было бы даже впасть в отчаяние, кабы не было у нас в стране главного антисоветчика. Если бы Владимир Владимирович Путин, собственно, и навязавший в свое время россиянам игру в совок, не громил советское наследие с неослабевающей энергией.

Советское государство кое-чего в своей истории все-таки стеснялось. Стеснялось, например, оправдывать репрессии. Делало вид, что их как бы и вовсе не было. Героические стройки были, индустриализация, коллективизация, самоотверженный труд стахановцев, энтузиазм героев-комсомольцев — это все было. А государственного террора не было.

Стеснялось пакта Молотова-Риббентропа. Я учился еще по советским учебникам, там на пакт тратили абзац, аккуратно объясняя, что пришлось на это пойти руководству Союза, чтобы выгадать время. Стеснялось финской войны — в тех же учебниках войне было отведено и вовсе две строчки. Была и была, цели достигнуты, подробности забыты, лишнего не спрашивайте. Кто старое помянет…

Путинская пропаганда даже это искусство умалчивать о неприятном утратила. Всю советскую гниль рвутся теперь превращать в предмет общеобязательной гордости. Про великое достижение советской дипломатии — пакт Молотова-Риббентропа — к подоспевшему юбилею сняли невероятное количество хвалебных фильмов и телепрограмм. Финскую войну тоже попытались слегка отмыть. Сталин — так и вовсе почти святой в новом государственном пантеоне. А массовое истребление людей — оправданная в целом, хотя и тяжелая жертва. Но что поделаешь, просто время такое было, приходилось убивать людей во имя великих целей, что же тут непонятного.

Нюанс в том, что, исполняя восторженные танцы вокруг очевидных преступлений, ты все равно рассказываешь о преступлениях. Да еще и выглядишь довольно глупо при этом.

Но, кстати, были ведь у советского государства и поводы для законной гордости. Космос, борьба за мир, спортивные успехи. И к этой части славного советского наследия у путинской России — какая-то особая ненависть. Бьют по ней прицельно, и бьют больно. Что такое наш космос сегодня? Анекдотический Рогозин, батюшки с кадилами возле ракет, падающие в океан спутники, дыра неизвестного происхождения в оболочке российского сегмента МКС, да воровство на космодроме «Восточный». Воровство, кстати, вполне космических масштабов, так что тут гармония.

Борьба за мир — это мультфильмы про новейшие ракеты, которые летят на Флориду, обещание рая для верных после ядерной войны, плюс «эксперты» в телевизионных студиях, которые всерьез обсуждают перспективы победы в этой самой войне. Хотя перспектива победы там есть только у тараканов.

Про спорт не знаю даже, стоит ли и начинать беседу. Не то, чтобы скользкая, скорее — влажная тема. Спорт в путинской России отчаянно попахивает мочой, и нейтральным флагом от этого запаха не прикрыться.

Ругают либералы Путина, много ругают, со вкусом, как правило, даже за дело. Но ведь если у него получится, если избавит он родину от советской гири — это будет по-настоящему большое и важное дело. Дерзайте, Владимир Владимирович, как ни странно, здесь есть еще, что доламывать.