Радий Хабиров: "Когда идет борьба за власть, романтика исчезает"

Госсобрание Башкортостана не планирует в нынешнем году смягчать нормы республиканских нормативных актов о порядке проведения публичных мероприятий. Несмотря на принятое в начале ноября Конституционным судом России постановление, обязывающее региональные парламенты убрать некоторые ограничения в местных законах, этот вопрос не включен в повестку дня ближайшего и последнего в этом году заседания Курултая.

Хотите сообщить новость или связаться нами?

Пишите или посылайте нам голосовые сообщения в WhatsApp.

Смягчающие законы поправки, внесенные депутатами фракции КПРФ Дмитрием Чувилиным и Ильгамом Галиным, до сих пор не рассмотрены даже на профильном комитете Госсобрания. Аналогичные рекомендации Совета по правам человека при главе республики власти также не склонны принимать во внимание. Республиканские нормативные акты, регулирующие порядок проведения публичных мероприятий, начали последовательно ужесточаться с 2012 года, вслед за аналогичными изменениями федерального законодательства.

В декабре 2012 года Госсобрание приняло закон "О местах проведения публичных мероприятий в Республике Башкортостан", в котором запретило публичные акции на территориях, прилегающих к зданиям, занимаемым государственными органами и органами местного самоуправления, на расстоянии до 50 метров, а также на территориях организаций образования, здравоохранения, санаторно-курортных организаций, организаций социального обслуживания, на придомовых территориях многоквартирных домов, на землях рекреационного назначения и на садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединений граждан.

Запретительная практика широко распространилась в республике, особенно, в последние годы. Только местному штабу Навального власти не согласовали в течение 2017-2019 годов все заявки на публичные акции, выдвигая каждый раз одну и ту же формальную причину — все разрешенные места, якобы, уже заняты другими организациями. Осенью 2017 года штаб Навального провел эксперимент — в течение нескольких месяцев активисты каждый день подавали заявки на проведение митинга в республиканское правительство и получили, в общей сложности, более 800 отказов. Власти отказывались также согласовывать акции организации "Башкорт" в защиту башкирского языка и за отставку главы республики Рустэма Хамитова. В 2019 году власти отказывали в согласовании митингов общественникам в Сибае, протестовавшим против бездействия властей при ликвидации опасных выбросов из местного карьера. Выходившие на несогласованные акции активисты подвергались штрафам, административным арестам и принудительным работам .

В июне нынешнего года Госсобрание ужесточило законы о митингах уже предельно, после чего они окончательно обрели репутацию "драконовских". Были запрещены публичные акции на территориях спортивных, физкультурных, научных организаций, организаций отдыха, на землях природоохранного, историко-культурного назначения, особо ценных землях, территориях лечебно-оздоровительных мест и курортов, аллей, садов, парков, скверов, а также в любых местах, "неприспособленных для проведения собраний граждан". Законопроект был принят сразу в трех чтениях; при этом, он, по свидетельствам наблюдателей, даже не обсуждался на профильном комитете.

Общественники полагали, что причиной поправок явилось проведение башкирскими национальными организациями "Йыйына" возле горы-шихана Куштау, который активисты пытаются защитить от промышленной разработки "Башкирской содовой компанией".

После вступления закона в силу запретительная практика в республике продолжилась. В течение осени власти отказывались согласовывать митинги в Нефтекамске против строительства опасного комбината в Камбарке, акции обманутых вкладчиков инвестплатформы "Золотой запас", митинг, заявленный организацией "Башкорт" в защиту горы Кушта и ряд других публичных акций.

В начале ноября депутаты фракции КПРФ в Гособрании Дмитрий Чувилин и Ильгам Галин предложили внести в закон поправки, исключающие из закона большую часть мест, где запрещены митинги, и оставляющие в перечне этих мест только территории организаций здравоохранения, отдыха и оздоровления детей, соцобслуживания, территории природоохранного, историко-культурного, рекреационного назначения, а также территории в радиусе 200 м от аэропортов и вокзалов. Авторы законопроекта напомнили коллегам, что федеральный центр дал регионам право устанавливать в законах и других нормативных актах дополнительные гарантии прав, в том числе на свободу мирных собраний, а не право снижать уровень основных гарантий.

В ответ представители партии "Единая Россия" заявили, что поправки "идут вразрез с федеральной политикой партии, которая планирует дальнейшее ужесточение законодательства в части проведения митингов вблизи зданий органов власти". "Найти место для митингов можно, необязательно это делать прямо перед органами власти: они все-таки должны носить определенный сакральный характер", — заявил руководитель регионального исполкома "ЕР" Рустем Ахмадинуров.

В этой связи, напомним также, что Конституционный суд России 1 ноября признал незаконными отказы региональных и муниципальных властей в согласовании публичных акций по причинам близкого расположения к зданиям, занимаемым органами госвласти, создания помех транспорту и затруднения доступа к объектам социальной инфраструктуры. КС обязал региональные парламенты внести в местные законы соответствующие изменения.

— Наши поправки до сих пор не рассмотрены профильным комитетом Госсобрания по местному самоуправлению, развитию институтов гражданского общества и СМИ, — сказал "Idel.Реалии" Дмитрий Чувилин. — По моим данным, законопроект находится в правительстве, хотя непонятно почему. Я полагаю, что в данном случае имеется существенное нарушение регламента Госсобрания. В целом, очевидно, что власти опасаются вносить эти изменения, поскольку боятся расширения протестов из-за постоянно ухудшающейся социально-экономической ситуации. Они хотят, чтобы все сидели дома, молчали и смотрели Путина по телевизору? Так ясно, что этого не будет.

Дискуссии по поправкам в республиканский закон о митингах и практике недопуска активистов на публичные слушания ожидаемо стали одними из наиболее острых тем, поднятых на недавнем заседании Совета по правам человека при главе Башкортостана.

Председатель профильной комиссии СПЧ Руслан Валиев, выступивший с докладом по этим проблемам, прежде всего, напомнил главе республики, что в федеральной и республиканских Конституциях закреплены права граждан на свободу выражения мнения, свободу митингов, собраний и шествий, и что именно глава республики, согласно присяге, является в регионе гарантом этих прав.

— Анализ законодательной базы и правоприменительной практики в Башкирии говорит о систематическом нарушении прав граждан на мирные собрания, митинги и шествия, — заявил Валиев. — Законодательство республики, регулирующее правила проведения митингов и порядок их согласования, по нашей оценке, противоречит федеральному, создает простор для трактовок отдельно взятыми чиновниками, затрудняет реализацию конституционного права, создает почву для злоупотреблений органов власти и необоснованных отказов в реализации прав граждан. Опрос представителей политических партий и общественных объединений, движений в защиту прав граждан показал, что органы власти ищут возможности не для реализации прав граждан на свободные собрания, а возможности для ограничения этого права или даже запрета на его реализацию. Из наиболее частых нарушений — отказ органов власти согласовать митинг о причине занятости площадок. При этом альтернативные площадки не предлагаются, органы власти просят повторно направить уведомление о месте и времени проведения мероприятия, которые, если говорить о митингах оппозиции и "нежелательных" общественных организаций постигает та же участь — отказ.

Правозащитник напомнил, что вместо улучшения этой практики Госсобрание республики в июне нынешнего года приняло поправки в закон о митингах, существенно ухудшающие и без того не идеальное республиканское законодательство.

— Первого ноября текущего года Конституционный суд России признал ряд норм, действующих в регионах, антиконституционными, в частности, норму о запрете на проведение митингов, шествий и демонстраций в радиусе 50 метров от зданий органов власти и госучреждений. КС также постановил, что создание помех работе транспорта и другие издержки не могут служить веской причиной для отказа в проведении разного рода собраний. Но решение КС осталось в республике без внимания; в Госсобрании так и не начата процедура изменения республиканского законодательства о митингах, — отметил Валиев.

Правозащитник сообщил, что профильная комиссия разработала рекомендации республиканским органам власти, согласно которым Госсобранию предлагается, прежде всего, отменить принятые летом поправки в закон "О местах проведения публичных мероприятий в Республике Башкортостан", а также исключить из него норму, запрещающую проводить публичные мероприятия около органов госвласти и местного самоуправления. Комиссия также предложила парламенту отдельной статьейпрописать в законе "О местах проведения публичных мероприятий в РБ" обязанность муниципалитетов "определить в каждом населенном пункте с численностью населения свыше 500 человек место для так называемого "Гайд-парка", где граждане в количестве до 100 человек могут собираться в любое время без подачи уведомлений". Чтобы исключить злоупотребления и подлоги в ведении реестров уведомлений, правозащитники предложили законодательно закрепить за уведомителем право на собственноручное вписывание в реестр времени подачи уведомления, а также на право получения заверенной информации о порядковом номере заявки и заверение уведомления в реестре своей подписью.

Наконец, отметив, что существенные ограничения конституционных прав граждан на свободу собраний имеются и в нынешней редакции федерального закона ФЗ-54 "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", правозащитники предложили Госсобранию и депутатам Госдумы от республики выйти в Госдуму России с законодательной инициативой о внесении изменений в федеральный закон о митингах с целью возвращения его к редакции, действовавшей до 9 июня 2012 года.

В завершение своего выступления Руслан Валиев коснулся также практики недопуска ряда гражданских активистов на публичные слушания.

— Мы считаем, что принцип открытости и доступности власти должен распространяться на всех граждан, включая политических конкурентов действующей власти. Чье мнение принимать, а чье — игнорировать, должны решать граждане. Недопуск активистки Лилии Чанышевой на публичные слушания в Курултае и горсовете, недопуск члена нашего совета Виля Тухватуллина на слушания в горсовет, куда по словам председателя СПЧ Владимира Барабаша согнали сотрудников мэрии, это живой пример деления граждан по принципу "свой-чужой", — заявил Валиев, попросив затем главу республики поддержать рекомендации комиссии.

Комментируя доклад, Радий Хабиров сделал вид, что ничего не услышал о фактах прямого нарушения законодательства государственными и муниципальными чиновниками при вынесении отказов в согласовании митингов. Глава региона предпочел изобразить все чиновничьи безобразия как проявления здоровой "политической борьбы".

— Как чуть что-то не так, вы начинаете говорить о конкуренции, что мы ее нарушаем, что Госсобрание душит, власть душит, — заявил Хабиров. — А как вы проигрываете в конкуренции, так сразу бежите и кричите — помогите! А я вам хочу сказать, что публичное, общественное пространство республики весьма многоаспектно, многопланово, и если какие-то политические силы хотят выражать свое мнение, пусть будут шустрее, активнее подают заявки. Это ведь политическая борьба.

Очевидно, обескураженные таким циничным ответом, члены СПЧ не стали лишний раз говорить Хабирову, что большинство отказов правительства и мэрий некоторых городов было негласно инициировано администрацией главы республики.

Не встретив никаких возражений, Хабиров далее счел необходимым прочесть собранию целую лекцию о том, как он относится к гражданским правам и свободам.

— Две вещи не забывайте, от которых я сам не отойду и в рамках моих полномочий буду защищать. Каждое публичное мероприятие это еще и то, что может привести к нарушению безопасности граждан. Многие [ограничительные] вещи, о которых вы сейчас говорите, они на самом деле направлены не на ограничение прав человека, не на свободу, а на обеспечение безопасности. Вообще, политическая жизнь намного сложнее и намного жестче, романтики в политике нет. Когда идет борьба мнений, борьба программ, борьба за власть, романтика исчезает.

После таких откровений члены СПЧ вопросов больше не задавали. Хабиров же, покончив с митингами, перешел к публичным слушаниям/

— К недопуску на слушания [некоторых активистов] я не имею отношения. Их не допустили аппарат Госсобрания и мэрия; наверное, у них были свои аргументы — заполненность зала и так далее. Если те люди которые туда не попали, считают что их право нарушено, они имеют право идти в суд, а не бегать слезливо ко мне, — выдал очередную порцию цинизма глава региона. — Напомню, недавно прошли выборы и на них за меня, на минуточку, проголосовало почти 1 миллион 800 тысяч человек (эксперты движения "Голос" полагают, что на выборах главы республики Радия Хабирову было приписано не менее 640 тысяч голосов — Idel.Реалии). И люди доверили мне не только обеспечить прирост экономики, они еще доверили, чтобы в республике была общественная безопасность, общественно-политическое спокойствие и социальное равновесие. И поэтому, когда я считаю, что существует угроза этому, я высказываюсь, — по крайней мере, как гражданин — если бы я был на месте этих людей [работников аппарата Госсобрания и мэрии], я бы поступил еще жестче. Там, где пытаются нашу страну толкать в кровь, войны, социальное кровопролитие, я как избранный руководитель, буду иметь право применить свои полномочия. Когда пытаются за деньги довольно агрессивно настроенных к нашей стране государств перевернуть общественное спокойствие, государственную безопасность, безопасность людей — ну, извините, мы будем защищать интересы людей.

Это заявление члены СПЧ выслушали уже в полном молчании. Никто не спросил главу региона, какие именно полномочия позволили бы ему поступить с активистами Навального "еще жестче" и как именно.

Итоги заседания и высказывания главы республики члены СПЧ комментировали довольно сдержанно.

— Разумеется, я не приветствую, когда человек, наделенный властью, оправдывает злоупотребления соображениями политической борьбы, — сказал Руслан Валиев. — Борьба эта, кстати, также должна вестись законными, цивилизованными методами, которые опять же прописаны в российском законодательстве. Мы знаем — активисты утверждают, что прямые указания об отказах в согласовании митингов зачастую поступают в правительство или, к примеру, в уфимскую мэрию из администрации главы республики. Не удивлюсь, если досконально выяснится, что дело так и обстоит. К примеру, из моего опыта участия в выборах в качестве члена УИК с правом решающего голоса я вынес ощущение, что у нас очень распространены такие теневые попытки администрации главы регулировать самые разные сферы.

В целом, правозащитник оценил свои впечатления от первого заседания СПЧ с участием главы республики, как "противоречивые", но, вместе с тем, заметил, что у него пока сохраняется "осторожный оптимизм в отношении деятельности Совета".

— Реакция главы на наш кейс меня все же пока обнадеживает, поскольку он дал поручение своей администрации наладить взаимодействие нашей комиссии с Госсобранием. Надеюсь, мы все же донесем до депутатов необходимость смягчения норм местных законов о публичных мероприятиях, — добавил Валиев.

— Понятно, что глава республики должен был как-то изложить свои аргументы, как он видит общую политическую ситуацию вокруг проблемы митингов, доступности слушаний. Наша задача — не тушеваться, парировать их и планомерно жать дальше эту тему, — заявил и председатель Совета Владимир Барабаш.

В уфимском штабе Навального отнеслись к высказываниям Радия Хабирова на заседании СПЧ резко отрицательно. Координатор штаба Лилия Чанышева напомнила, что власти понуждают подконтрольные им бюджетные и общественные организации подавать фиктивные заявки на митинги, а чиновники регистрируют их в ненадлежащих помещениях и в ненадлежащее время. Видеофиксация подачи заявок оппозиционерами оказывается бесполезной — суды просто отказываются приобщать видеозаписи к делу и не принимают никакие другие свидетельства.

— Апелляция к безопасности — лишь попытка прикрыть ущемление свободы слова, собраний и открытости публичных слушаний. Можно проводить публичные мероприятия и обеспечивать безопасность граждан. Но для Хабирова это, видно, взаимоисключающие понятия. К слову, в 2018 году нам не согласовали ни одно из трёх заявленных шествий, но люди всё равно вышли на них, и они прошли мирно, как и все предыдущие мероприятия, которые проводил наш штаб в Уфе. Приклеивать же к нам ярлыки — большая ошибка, навет и несправедливость. Подобная риторика из уст главы региона свидетельствует о том, что он по уровню развития и ценностям ближе к тоталитарному XX веку, чем к цивилизованному руководителю уровня XXI века.

— Слова Хабирова — ярчайший пример той демагогии, в навыках которой он много лет упражнялся, работая в управлении внутренней политики администрации президента РФ, — заявил политтехнолог Андрей Потылицын. — Фактически, он цинично предлагает свои оппонентам следующее — мол, боритесь законными методами с теми, кто борется с вами незаконными. Это слова не государственного деятеля, а политического игрока, взобравшегося на вершину власти, и всеми силами и способами защищающего свое положение. Обуважении к закону, о соблюдении прав граждан тут нет и речи; это все его не волнует. И это Хабиров демонстративно показал назначенным им членам СПЧ.

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.