Год закончился, интеграция не началась

Ожидавшие начала исполнения Союзного договора в год его 20-летия просчитались. На это рассчитывали в Москве, но не в Минске. Лукашенко снова переиграл российских коллег: и суверенитет сохранил, и кое-что из желаемого получил, пишет из Минска Денис Лавникевич

Минск против

20 декабря, когда Александр Лукашенко и Владимир Путин в очередной раз встречались для обсуждения интеграции — теперь в Санкт-Петербурге, в центре Минска должны были пройти два митинга. Сторонников объединения двух стран собирали пророссийские организации. Противников объединения — белорусские националисты. В результате сторонники интеграции на Октябрьской площади белорусской столицы не появились вообще — на митинг пришли только журналисты и милиционеры. А вот противники российско-белорусского союза — пришли, пусть и не в таком большом количестве, как 7 декабря, когда Лукашенко и Путин переговаривались в Сочи.

Собственно, сочинская встреча была куда более рискованная для белорусской независимости: существовала реальная возможность того, что будут-таки подписаны «дорожные карты» (31 соглашение) по ускоренной реализации положений договора о Союзном государстве РФ и РБ. Предполагалось, что 8 декабря — на 20-ю годовщину подписания Союзного договора — белорусские и российские чиновники поднимут бокалы за его скорейшее выполнение. Но Лукашенко сотоварищи прилетел в Сочи не для того, чтобы оставить там свой суверенитет. Торжественной пьянки 8 декабря не получилось — договорились попытаться еще раз 20-го.

Президенты России и Белоруссии должны были подписать хоть что-то, чтобы публика видела: год прошел не зря. «Что-то», конечно, подписали, но так и не договорились по ключевым вопросам: денег, газа и нефти

Но уже было понятно, что ничего эпохального в Санкт-Петербурге не подпишут, тем более что и повод собраться (саммит ЕАЭС и неформальный саммит СНГ) — совсем другой. Президенты России и Белоруссии должны были подписать хоть что-то, чтобы публика видела: год прошел не зря. «Что-то», конечно, подписали, но так и не договорились по ключевым вопросам: денег, газа и нефти.

Причем все выглядело так, что именно белорусская сторона тормозит подписание ряда соглашений. Порой даже в ущерб себе. Итог: несмотря на слова Лукашенко об успехе его переговоров с Путиным, в реальности — очередной провал интеграционных процессов. Да, согласованы уже 28 из 31 дорожных карт — но принимаются соглашения только в общем пакете, так что разногласия даже по одному из вопросов означают неподписание соглашений в целом.

Обе стороны устами своих лидеров четко обозначили позиции, которые пока что нельзя привести к общему знаменателю.

Путин на пресс-конференции сказал, что «странновато» дотировать Белоруссию как Смоленскую область: «Забегать вперед и начинать дотировать для Беларуси то, что мы сейчас не готовы делать, в условиях недорешенности вопроса этого союзного строительства, было бы с нашей стороны ошибочно».

В свою очередь Лукашенко в обращении к парламенту 5 декабря выразился жестче: «Запомните! Я не пацан, который отработал 3-4-5 лет президентом. Мне хватило — вот так. И я не хочу перечеркнуть все то, что я сделал вместе с вами, с народом — создал суверенное, независимое государство, чтобы его сейчас уложить в какой-то ящик с крестом наверху и куда-то выбросить или кому-то передать? При мне этого не будет никогда. <…> Мы не ведем диалог по политическим вопросам. С президентом Путиным еще в Сочи более года назад договорились по-дружески. Я ему говорю: мы не потянем эти вопросы, если начнем их обсуждать».

По нефти и газу не договорились

18 декабря через РБК была «слита» информация: Россия и Белоруссия договорились о компенсации за налоговый маневр. Раньше Минск получал нефть, не выплачивая пошлины, но с 2019 года Москва постепенно обнуляет пошлины, и такая схема субсидирования перестает работать. И вот стороны договорились, что Россия предоставит белорусским НПЗ отрицательный акциз — предприятия смогут получать налоговый вычет. Размер компенсации может составить примерно $1,5 млрд при переработке 24 млн т нефти (столько Белоруссия получает от России с 2017 года).

Однако произойдет это, когда страны унифицируют Налоговый кодекс. Перед тем как лететь в Петербург, Путин четко сформулировал свою позицию: пока вопрос союзного строительства не решен, дотировать другую страну не будем, нужны общие органы — как контрольные, так и эмиссионные.

Итог на 23 декабря: не согласованными остались три важнейшие дорожные карты по интеграции — нефть, газ и налоги. Компенсации за «грязную нефть», о которой Лукашенко говорил регулярно с весны, выбить из РФ не удалось

На решение еще одного спорного вопроса — газового — повлияли успешные переговоры Москвы и Киева. Новое соглашение с Украиной по газовому транзиту очень выгодно для Киева. Сохранение украинского маршрута означает избыток предложения газа в ЕС как минимум в краткосрочном промежутке. Это означает и низкие цены на газ — сейчас средняя цена газа в Европе всего $169,8 за тыс. м³ против $250 годом ранее. В этом плане повышение цен на газ для Белоруссии становится необоснованным, т.к. ранее заниженные цены в $127 становятся вполне рыночными с учетом транспортировки. То есть сделка с Украиной «убила» одну из потенциально важнейших составляющих давления на Минск.

Итог на 23 декабря: не согласованными остались три важнейшие дорожные карты по интеграции — нефть, газ и налоги. Компенсации за «грязную нефть», о которой Лукашенко говорил регулярно с весны, выбить из РФ не удалось. Про компенсацию за «налоговый маневр» тоже ничего не слышно — она привязана к унифицированному Налоговому кодексу, а там глухо. Газа по цене Смоленской области тоже не будет, все расценки останутся примерно на прежнем уровне.

В общем, Лукашенко в Петербурге пришлось с очень недовольным лицом рассказывать журналистам про «колоссальный прогресс» в сотрудничестве с Россией и про «концептуальную» договоренность по энергоносителям.

С другой стороны, Лукашенко смог урегулировать действительно важные вопросы в отраслях связи, транспорта и сельского хозяйства — интересы Белоруссии в отношениях с РФ здесь защищены.

Интеграция на паузе

«Я бы сказала, что Союзное государство «поставили на паузу». То есть разговоры об интеграции, конечно, не прекратятся, но главы России и Белоруссии должны будут определиться с тем, как союзные отношения будут развиваться дальше. Потому что пока — тупик. «Лукашенко не пойдет на политический союз с потерей суверенитета, он даже на экономический союз не идет, — констатирует в комментарии для NT белорусский политолог Светлана Гречулина. — И его преемники вряд ли поведут себя иначе. То есть договор о Союзном государстве может быть выполнен только в том случае, если к власти в Минске придет политик реально пророссийский, а не на словах, как Лукашенко. Но шансы на это невелики. Пусть даже население Беларуси де-факто пребывает в российском культурном и языковом пространстве, но это еще не значит, что люди массово хотят стать частью РФ. Нет, имидж самой России в Беларуси далеко не лучший».

Как только в декабре Россия отказалась выделить Минску кредит в $600 млн на рефинансирование белорусских долгов перед Россией же, как Пекин сразу выдал белорусам полмиллиарда. Очертив таким образом зону своих интересов

По мнению эксперта, в ближайшие годы усиления Союзного государства не будет — отдельный субъект будет таковым лишь формально. Вместо «Союзного государства» РБ и РФ будут продолжать развивать «Союз государств» — переговорные отношения двух независимых стран. Стратегические вопросы создания наднациональных органов власти, общей валюты и прочего точно будут отложены в долгий ящик. Но продолжится постепенная гармонизация законодательств, сотрудничество ведомств и поиск компромиссов по спорным вопросам.

Безусловно, все это чревато серьезными проблемами в белорусской экономике накануне президентских выборов. Но у Лукашенко хватит экономических резервов, чтобы пережить год и провести выборы.

Да и Китай, если что, поможет: как только в декабре Россия отказалась выделить Минску кредит в $600 млн на рефинансирование белорусских долгов перед Россией же, как Пекин сразу выдал белорусам полмиллиарда. Очертив таким образом зону своих интересов на самой границе с ЕС.

Фото: thumbor.my.ua