«Северный поток-2», «пакет Скрипалей» и иски Дерипаски: обзор главных санкционных событий года

В 2019 году санкционное давление евроатлантических стран на Россию продолжило нарастать. Возникали новые поводы для заявлений официальных лиц США и европейских стран о продлении существующих и введении новых ограничительных мер в отношении российских граждан и юридических лиц, а попытки оспаривания отдельными лицами включения в санкционные списки не принесли существенных результатов.

Освежим в памяти наиболее важные санкционные события этого года:

• Произошло ужесточение давления западных стран на Россию, выразившееся во вступлении второго пакета санкций США против РФ по делу Скрипалей и одобрении законопроектов, предполагающих введение новых санкций.

• Комитет по международным делам сената США одобрил жесткий антироссийский санкционный пакет «О защите американской безопасности от агрессии Кремля» (DASKA), который предполагает санкции против российского государственного долга, энергетических проектов и банков. Однако за день до голосования Государственный департамент США направил председателю сенатского комитета по международным отношениям письмо с критикой DASKA, указав, что в текущем виде (даже с учетом поправок в законопроект) он категорически неприемлем для администрации Трампа.

• В США принят новый оборонный бюджет на 2020 год (NDAA), который среди прочего предусматривает санкции против строящегося газопровода «Северный поток-2» и уже построенного «Турецкого потока».

• Появились новые поводы для продления существующих и введения новых ограничительных мер в отношении российских граждан и юридических лиц (в частности, киберпреступления и поддержка сирийского правительства).

• Продолжилось формирование правоприменительной практики по вопросу оспаривания санкций гражданами РФ: дело Бориса Ротенберга в Хельсинки, иски Валентина Гапонцева и Олега Дерипаски против Министерства финансов США, а также споры с участием крупных российских компаний в Суде ЕС.

• Продолжило усиливаться воздействие санкций на партнеров России (например, введение вторичных санкций в рамках CAATSA <рамочный закон о санкциях в отношении «противников США», принятый в 2017 году — ред.> против покупателей российских вооружений).

Последствия для России

У всех вышеизложенных событий, разумеется, были последствия для России.

Во-первых, российская экономика продолжила снижать темпы роста. По оценкам Всемирного банка (ВБ) рост российской экономики замедлился до 1% в 2019 году. ВБ также понизил прогноз роста ВВП России на 2020 год с 1,8% до 1,7%.

Во-вторых, «химические санкции» начали оказывать давление на финансовую систему России. Так, США выступили против продления займов, а также финансовой или технической помощи России международными финансовыми институтами, такими как Всемирный банк или Международный валютный фонд, а банкам США было запрещено участвовать в первичном рынке нерублёвых облигаций российского суверенного долга и предоставлять нерублёвые кредиты российскому правительству.

В-третьих, российский бизнес стал приспосабливаться к санкционной действительности. Такая адаптация начала выражаться в появлении санкционного комплаенса.

В-четвертых, не прекратилось судебное оспаривание попавшими под санкции российскими лицами своего нахождения в санкционных списках и восстановления своих нарушенных прав в иных формах. Так, в сентябре 2019 года российско-американский олигарх Валентин Гапонцев заключил мировое соглашение с Минфином США об исключении из так называемого «Кремлевского доклада».

Более того, российские олигархи оспаривают не только попадание в санкционные списки, но и публикации СМИ, послужившие основанием для включения в санкционные списки. Так, Олег Дерипаска обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с требованием к таким англо-американским СМИ, как The Times, Telegraph Media и The Nation о защите деловой репутации. Суд встал на сторону российского олигарха и признал публикации иностранных СМИ недостоверными. Однако добровольное исполнение этого решения невозможно, а приведение его в исполнение в США и Соединённом Королевстве маловероятно.

Комплаенс для всех и каждого

На этом фоне значительное развитие получил санкционный комплаенс — система следования введенным санкционным запретам и ограничениям. В условиях непрекращающегося расширения санкций, одной из актуальнейших проблем для российского бизнеса стал вопрос соблюдения санкционных режимов с целью избежания рисков.

В 2019 году во многих российских компаниях, занимающихся международным бизнесом, стали появляться собственные комплаенс-службы или комплаенс-офицеры. Мы прогнозируем, что в 2020 году даже небольшие компании, чей бизнес так или иначе взаимодействует с иностранным юрисдикциями (контрагенты, банковские счета и т.д.), озаботятся разработкой и внедрением внутренних санкционных регламентов (политик) и созданием собственных комплаенс-служб.

В результате этого роль санкционного комплаенса неизбежно продолжит возрастать, следуя за развитием санкционного права и появлением новых актов о введении ограничительных мер и расширения санкционных списков США и ЕС.

Прогноз на 2020-й год

В следующем году на санкционным направлении следует ожидать следующих изменений.

Мы полагаем, что проект DASKA, скорее всего, не будет принят и введён в действие.

Не только потому, что он подвергся жесткой критике администрации Трампа, но и в силу особенности американского законотворческого процесса — законопроект живет ровно один год. Таким образом, прохождение законопроекта через верхнюю палату до начала 2020 крайне маловероятно.

Санкции США против «Северного потока-2», вводимые NDAA, не смогут помешать строительству газопровода. В настоящее время строительство газопровода завершено на 90% и санкции попросту не успеют воспрепятствовать запуску проекта.

Вместе с тем, санкции против «Северного потока-2» ставят под угрозу немецкие компании. В 2018 году ЕС восстановила действие Регламента ЕС 2271/96 о защите своего бизнеса от экстерриториально применяемого законодательства третьих стран. Данный регламент не сможет помешать санкциям по NDAA, поскольку он не направлен против его собственников, бенефициаров или европейских инвесторов проекта. Его цель — трубоукладные и судоходные компании, такие как швейцарская Allseas, которая уже 20 лет работает на проектах «Газпрома».

В 2020-м году также следует ожидать расширения «кибер-санкций»,

которые могут быть применены к российским IT-компаниям и их сотрудникам, поэтому наверняка будет продолжаться отслеживание киберпреступников из России и включение их в санкционным списки.

Власти США продолжат усиленно отслеживать нарушителей санкционного режима о вмешательстве в президентские выборы 2020 года, в первую очередь из России. Соответствующий санкционный инструментарий у США уже имеется.

Продолжится уже традиционное наполнение санкционного списка по основаниям CAATSA. Вполне возможно, что санкционный список пополнится лицами, ответственными за поддержку сирийского правительства. Апелляционная инстанция Суда ЕС должна будет заслушать апелляционные жалобы Роснефти, ВТБ и ВЭБа на решения Суда ЕС общей юрисдикции от 13.09.2018 об отказе в исключении из секторального санкционного списка ЕС.

И последнее. В 2020-м году продолжится отток инвестиций и капитала, а также отказ иностранных бизнес-партнеров от совместных проектов с российскими резидентами. Попытки российских законодателей предотвратить эти последствия, в том числе посредством введения уголовной ответственности, не исправят ситуацию и послужат лишь дополнительным стимулом для прекращения деловых связей с российскими партнерами.