Конец капитализма и глобализации: в Давосе обсудят десятилетие перемен

В этот вторник, 21 января, в Давосе начнется Всемирный экономический форум. Главной темой для обсуждения станет новое десятилетие. Эксперты предупреждают, что оно может стать эпохой революционных изменений во всех отраслях экономики, пишет Bloomberg.

Фото: с сайта ВЭФ

Конец глобализации

Правительства по всему миру переходят к протекционизму в международной торговле и воздвигают препятствия для миграции. В 1989 году, после падения Берлинской стены, во всем мире оставалось всего 15 физических барьеров на границах, сейчас их уже 77, подсчитали в Bank of America. По данным ВТО, в 2019 году международная торговля выросла меньше, чем мировая экономика, уже в пятый раз после кризиса 2008–2009 годов. Объем прямых иностранных инвестиций в мире снижается с 2015 года, констатирует ООН.

Американско-китайская торговая война — не единственная проблема. Разрешив конфликт с США, Китай планирует реформировать ВТО и снизить свою зависимость от автомобильного экспорта из Европы. Великобритании предстоит выстраивать новые торговые отношения с Евросоюзом после Brexit.

Но у сторонников этой теории есть и оппоненты: они указывают на то, что развитие цифровой экономики и туризма и, как следствие, появление все большего числа компаний, которые растут за счет выручки, получаемой за рубежом, делают глобализацию необратимой.

Конец капитализма

Рыночные отношения в капитализме уходят все дальше от традиционных. Один из главных споров Давоса-2020 — дискуссия о том, должны ли компании учитывать интересы своих клиентов и сотрудников наравне с интересами акционеров. В числе сторонников такого подхода — такие столпы капитализма, как CEO JPMorgan Джейми Даймон и основатель фонда BlackRock Лоуренс Финк.

Капиталистическая экономика вынуждена меняться, учитывая ценности поколения миллениалов. 87% американцев, рожденных с 1981 по 1996 год, при принятии инвестиционных решений считают важными экологический, социальный и политический факторы, показал опрос Bank of America.

Главная проблема капитализма — растущее неравенство. Отвечая на опрос, проведенный в США социологическим агентством Harris по просьбе издания Axios, 40% американцев сказали, что хотели бы жить не в капиталистическом, а в социалистическом государстве. Среди женщин от 18 до 55 эта цифра равна 55%.

Конец власти молодых

Впервые в истории число стариков в мире превысило число детей — и этот тренд сохранится, считают в ООН. Средняя продолжительность жизни к концу XXI века дорастет до 83 лет. Из 11,2 млрд населения к 2100 году 7,8 млрд будут либо старше 65, либо младше 15 лет. Часть демографов считает, что в долгосрочной перспективе мировое население перейдет от роста к падению — а это создаст угрозы для экономического роста.

Конец эпохи нефти

В 2020-е начнет реализовываться сценарий отказа от нефти, о котором скептики говорят уже несколько десятков лет. После 2025 года Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует резкое замедление мирового спроса на нефть. Топ-менеджеры крупнейших нефтяных компаний ожидают пика спроса в конце 2030-х — после этого он начнет падать. Saudi Aramco называет годом разворота 2035-й. Свой вклад в ускорение этого сценария будут вносить глобальное потепление и борьба против загрязнения окружающей среды.

Конец эпохи автомобилей

Сейчас на мировых дорогах — 1,3 млрд автомобилей. Эта цифра вполне может стать пиковой в истории, предполагает Bloomberg. Дело не только в тренде на ответственное потребление — уже к середине XXI две трети населения Земли будет жить в мегагородах, и необходимость в таком количестве автотранспорта отпадет. По продажам автомобилей бьет и дешевеющее такси, и развитие каршеринга. Уже сейчас права на управление автомобилем получают только 26% 16-летних американцев — в начале 1980-х эта цифра равнялась 50%.

Конец власти центробанков

10 лет после кризиса 2008–2009 годов показали, что даже самые решительные действия центробанков не могут коренным образом изменить ситуацию в экономике — с 2009 года мировые регуляторы больше 700 раз снижали ставки и выделили около $12 трлн на программы количественного смягчения. Отрицательные ставки, введенные в Европе, бьют по банковскому бизнесу, а демографические сдвиги, рекордные уровни долга и развитие новых финансовых технологий ограничивают влияние монетарной политики.