Сотни тысяч запросов

Как граждане меняли Конституцию 30 лет назад

4 февраля 1990 года от 300 тысяч до полумиллиона москвичей вышли на площадь 50-летия Октября (ныне Манежная) с требованием отменить 6-ю статью брежневской Конституции, закрепляющую руководящую роль КПСС. Так выглядела настоящая гражданская мобилизация и подлинный запрос на поправки в Конституцию.

В этом состоит главное отличие от нынешней российской ситуации, когда первая имитируется в рамках «всенародного обсуждения», а второй спускается сверху.

Митинг 4 февраля, перед которым граждане прошли по Садовому кольцу и улице Горького, стал историческим. Против людей, которые заполнили собой все гигантское пространство площади напротив Кремлевской стены, невозможно было применить силу. Сила вообще редко оказывается эффективной и даже оказывается слабостью, если на улице с политическими лозунгами оказался каждый десятый, пятый или второй житель мегаполиса.

Под впечатлением от увиденного советские власти провели экстренную конституционную реформу. Уже 7 февраля пленум ЦК КПСС принял решение отменить 6-ю статью советской Конституции

и официально разрешить в стране многопартийность.

Как обычно бывает в авторитарных режимах, немалую роль в этой победе сыграла не только народное уличное движение, но и раскол элит: хедлайнером, как бы сказали сегодня, митинга был депутат Верховного совета СССР Борис Ельцин.

Но элите проще расколоться, когда люди сами готовы защищать свои права: отказ от политической монополии КПСС воспринимался в 1990 году как жизненная необходимость и здравый смысл одновременно, за это нельзя было не выходить на улицу. И люди делали это, что для нынешних активистов выглядит почти чудом: как советские граждане, не имеющие опыта политического участия, отважились на то, чтобы вернуть себе улицу, да еще и сделали это без помощи мессенджеров и социальных сетей.

На примере митинга 4 февраля ясно, что менять конституции можно по-разному. Либо при полной пассивности граждан и на волне официозного ажиотажа на этот счет.

Так принималась брежневская Конституция, а теперь может быть принята вторая российская.

Либо под реальным гражданским давлением, поддержанным мощными политическими фигурами — так тридцать лет назад мы остались без руководящей и направляющей.

Сегодня, кажется, ни во имя изменений Конституции, ни в ее защиту на улицу сотни тысяч человек не выйдут. И это значит, что время большой политической мобилизации еще не наступило. Своими политическими спецоперациями Кремль сейчас лишь готовит для нее почву.