Кэш-контроль

Москве нужно идти по пути Лондона и выяснить происхождение средств осевших в ней иностранных миллиардеров

Шесть лет назад в Киеве произошла кровавая развязка политического противостояния, которая в официальной украинской историографии именуются «революцией достоинства», а в российской — «государственным переворотом». В результате этих событий пал режим президента Виктора Януковича, а сам «гарант» бежал в Россию. В квалификации его режима как коррумпированного сходятся как нынешние украинские, так и российские власти, что само по себе уникально. Скажу больше: это был один из самых коррумпированных режимов в мировой истории, потому что при нем взятки и откаты были возведены в ранг государственной политики, и их «занос» подлежал строгому учету и контролю.

Все более-менее значимые хозяйствующие субъекты на Украине обкладывались данью, которую приближенные к семье президента чиновники — глава канцелярии (и по совместительству олигарх) Сергей Левочкин, председатель Национального банка Сергей Арбузов, глава налоговой службы Александр Клименко и другие — собирали и вписывали в соответствующие графы на больших таблицах, именовавшихся «шахматками». Полученную коррупционную ренту, номинированную в гривне и достигавшую многих миллиардов в месяц, свозили кэшем в подвалы специальных банков в Киеве, где эти грязные деньги конвертировались в доллары, переводились в офшоры, отмывались и инвестировались в различные активы за рубежом. Не только в виллы, яхты, самолеты и предметы роскоши, но и, например, в ценные бумаги.

Любимой игрушкой бригады Януковича были еврооблигации валютных займов, выпускавшиеся самим же подконтрольным им правительством Украины.

Об этой схеме было много публикаций в «Новой». В прошлом году ее обнародовали депутаты Верховной рады Андрей Деркач и Александр Дубинский, а расследованием занялась наконец украинская прокуратура. Ее же упоминал в своих выступлениях адвокат Дональда Трампа и бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани. Интерес Джулиани к этой истории объясним:

ключевым элементом схемы являлся Franklin Templeton — один из крупнейших американских инвестиционных фондов и спонсор избирательной кампании Барака Обамы, который «фронтовал» Януковича, скупая облигации Украины на деньги, украденные у украинского народа.

В 2013 г., накануне Майдана, объем этих ценных бумаг, аккумулированных «инвесторами» из солнечной Калифорнии, составил по номиналу более $ 7 млрд, т. е. почти половину внешнего долга страны. Причем покупали они их с большим дисконтом, потому что чиновники Януковича делали пугающие прогнозы и заявляли, что Украина находится в преддефолтном состоянии. Смысл такой операции состоял в том, чтобы потом выкупить их обратно по полной стоимости за счет госбюджета и кредитов от России, заработав еще и на этом. Крах режима поставил крест на этих планах, но унывали они недолго.

Назначенная по протекции Госдепа министром финансов Украины гражданка США Наталья Яресько пролоббировала очень любопытную «реструктуризацию» внешнего долга Украины, полностью отвечавшую интересам кредиторов. В обмен на отсрочку выплаты тела долга до 2019–2022 гг. были выпущены Value Recovery Instrument (VRI) — специальные деривативы, привязанные к ВВП Украины. Если его рост превышает 3 %, украинское правительство должно будет выплатить их держателям 15 % от суммы роста, а если 4 % — все 40 %.

И так каждый год до 2040 г.

В случае благоприятного развития экономики Украина по условиям этой кабальной сделки за 20 лет заплатит Franklin Templeton $ 95 млрд — в 15 раз больше той суммы, которую «реструктуризировали». Точнее, не фонду, а Януковичу и его большой «семье», ныне обосновавшейся на российских просторах.

Между тем благодаря им наша страна потеряла $ 3 млрд, выданных в кредит правительству Украины в декабре 2013 г. из российского Фонда национального благосостояния, — пришедшие после Майдана украинские правители эти деньги возвращать отказываются, называя их «взяткой Януковичу» за «отказ от евроинтеграции». Судебная тяжба в Лондоне идет уже пятый год, но, даже если решение будет принято в пользу России, не факт, что удастся что-то взыскать (хотя формально с учетом набежавших процентов Украина должна России уже $ 4,5 млрд). Кроме этой довольно ощутимой потери, по недавно заключенному соглашению между «Газпромом» и «Нафтогазом» российский энергетический гигант был вынужден заплатить украинской стороне еще $ 3 млрд, которые ей присудил Стокгольмский арбитраж за недопрокачанные в Европу во времена Януковича объемы газа.

Причем то, что решение является несправедливым и политически мотивированным, признали сами судьи — они отказались симметрично взыскивать с «Нафтогаза» деньги за недовыкупленный по формуле take or pay газ,

потому что экономика Украины, дескать, находится «в трудном положении».

В сумме получается, что даже чисто формально с точки зрения государственной бухгалтерии живущий в Ростове-на-Дону изгнанник обошелся россиянам в $ 7,5 млрд — ту самую сумму, которую ему должна Украина через Franklin Templeton. Памятуя о том, что Россия спасла его от 13 лет тюрьмы, к которым его в прошлом году заочно приговорил Оболонский районный суд Киева по делу о госизмене (это как минимум: судя по секретным документам, обнародованным в ходе процесса, он вполне мог разделить судьбу такого же по стилю жизни и замашкам румынского диктатора Чаушеску, которого революционеры просто расстреляли), взаимозачет здесь вполне уместен.

Долг платежом красен, и мне странно, что наши власти до сих пор не присмотрелись к активам этого скромного «беженца». Как, впрочем, и к имуществу других живущих в России на широкую ногу бенефициаров украинской коррупции.

Например, еще одного персонажа, который у себя на родине обвиняется в коррупционных преступлениях, — Игоря Бакая, бывшего главу «Нафтогаза» и управления делами при президенте Украины Леониде Кучме и премьер-министре Януковиче. В 2009 г. этот деятель пролоббировал покупку российским государственным Внешэкономбанком 50 % плюс две акции находившейся в предбанкротном состоянии украинской компании ИСД («Индустриальный союз Донбасса») за немыслимые в условиях кризиса $ 2,7 млрд. Как выяснилось в минувшем январе на судебных слушаниях по тяжбе между бывшими партнерами по ИСД в Лондоне, за свое посредничество Бакай получил от продавца — украинского олигарха Сергея Таруты — 8,2 % от суммы сделки. После этого бывший завхоз, разбогатевший за счет российского госбанка, накупил кучу недвижимости в немецком Баден-Бадене, в том числе пятизвездочный отель «Шлосхотель Бюлерхёэ» (Schlosshotel Bühlerhöhe), в котором в свое время любил отдыхать первый канцлер послевоенной Германии Конрад Аденауэр, замок Родек с виноградниками и фруктовым садом, а также виллу легендарного промышленника Макса Грундига.

В России же Бакай, обосновавшийся в элитном комплексе «Зеленая лощина» в поселке Горки-2 на Рублевском шоссе, прославился тем, что в 2017 г. попал в тюрьму по обвинению в хищении средств, взятых взаймы у холдинга «Металлоинвест» Алишера Усманова. Правда, потом его выпустили под домашний арест, и с тех пор о дальнейших перипетиях судьбы некогда влиятельнейшего украинского сановника ничего не слышно.

Пример Бакая показывает, что перекочевавшие в Россию украинские чиновники продолжают заниматься привычным делом — коррупцией и мошенничеством. При этом многие беглые украинские коррупционеры обзаводятся российским гражданством и умудряются пролезать на руководящие должности в госструктурах и частных компаниях. Например, Виктор Сивец — бывший глава Государственного агентства лесных ресурсов Украины или «лесник Януковича», как его называли в Киеве. Благодаря этому «эффективному менеджеру» Карпаты теперь называют «лысыми горами» — он пачками выдавал разрешения на вырубку и вывоз за копейки необработанного леса-кругляка в Европу, получая миллионы евро откатов, оформленных в виде платы за «маркетинговые услуги» офшорным компаниям своей жены.

В настоящее время Сивец применяет полученные на Украине навыки в одном из крупнейших российских лесопромышленных холдингов «Сегежа Групп», входящем в АФК «Система» Владимира Евтушенкова, где трудится «неисполнительным директором». Одновременно он возглавляет московское ООО «Питомник» — созданную в прошлом году дочернюю компанию Сегежского ЦБК с уставным капиталом 30 млн рублей. Никакой продукции этот «Питомник» пока не выпустил, но уже приобрел за счет акционера Toyota Land Cruiser Prado цвета серо-коричневый металлик в люкс-комплектации — видимо, без него леса у нас не растут. А до этого Сивец успел «поураганить» в крупнейшем производителе хлеба в Крыму — государственном унитарном предприятии «Крымхлеб». Правда, после его ухода было заведено уголовное дело о мошенничестве: в 2016 г. директор ГУПа назначил в подведомственный ему Феодосийский комбинат хлебопродуктов двух заместителей руководителя, которые работали там на копеечные полставки, ежемесячно получая при этом из кассы сотни тысяч рублей.

Можно долго продолжать список украинских «политэмигрантов», живущих в России по понятиям, принятым в их стране, признанной самой коррумпированной в Европе. Возникает вопрос:

как бороться с этой заразой?

В 2017 г. в Великобритании был принят закон, позволяющий Национальному агентству по борьбе с преступностью (National Crime Agency, NCA) направлять налоговым резидентам «предписания о необъяснимом богатстве» (Unexplained Wealth Order, UWO). Основная мишень этого закона — приехавшие в страну коррупционеры и банкстеры из других государств, которые начинают обзаводиться дорогой недвижимостью и открывают счета на миллионы фунтов.

Теперь NCA имеет право потребовать от них объяснить, каким непосильным трудом все это было нажито. В случае если объяснения власти не устроят, имущество конфискуется и продается с молотка, а деньги поступают в королевскую казну.

Как раз на прошлой неделе подошел к интригующему финалу пилотный кейс применения UWO. Еще в 2018 г. NCA выписало ордер Замире Гаджиевой, жене бывшего главы принадлежащего государству Международного банка Азербайджана, который на родине был осужден за хищения и растрату. Пока Джахангир Гаджиев в Баку выдавал заемщикам ничем не обеспеченные кредиты на общую сумму 3,4 млрд долларов и 987 млн евро, его супруга проживала в Лондоне и ни в чем себе не отказывала: только в одном универмаге Harrods она потратила 16 миллионов 209 тысяч 77 фунтов стерлингов на ювелирные изделия, игрушки, чай, шоколад и другие «предметы первой необходимости». Одиннадцать раз Гаджиева тратила в универмаге за один день более 250 тысяч фунтов, при этом использовала 35 кредитных карточек, которые выдал банк, где работал ее муж.

Кроме того, NCA поинтересовалось, откуда нигде не работавшая домохозяйка взяла деньги на покупку дома в фешенебельном районе Лондона и шикарного поместья с полем для гольфа в графстве Беркшир. Недвижимость Гаджиевой, замороженная до выяснения обстоятельств ее приобретения, оценивается в 22 млн фунтов. Гаджиева пыталась оспорить запрос в суде, но 5 февраля судьи единогласно встали на сторону правоохранителей, обязав ее в течение недели раскрыть источники доходов.

Три других дела, ранее открытых детективами NCA, вскоре должны дойти до суда, одновременно они выписывают десятки ордеров новым фигурантам. По словам правоохранителей, речь идет о попутавших берега персонажах из Африки, Южной Азии и бывшего СССР, в том числе России и Украины. Полагаю, что нашим властям будет не грех воспользоваться этим опытом.

Алекс Сван, специально для «Новой»