О бедной монографии замолвите слово

Вот уже несколько недель научное сообщество пытается разобраться в хитросплетениях вычисления балла публикационной результативности, который будет положен в основу формирования государственного задания для научных учреждений. К этому документу много вопросов. Да и вообще не прекращается дискуссия о том, что, где и зачем ученым надо публиковать, чтобы быть оцененными властью и коллегами. В этой заметке я остановлюсь на оценке такого вида научной продукции, как монография.

Преобладает мнение, что монографии пишут только гуманитарии. Это не совсем так. Монографии — важнейшая часть научной продукции в традиционных областях биологии: ботанике, зоологии, микологии, эволюционной биологии. Нередко выход той или иной монографии становился событием в той или иной отрасли науки; она и подводит итоги, и определяет развитие на десятилетия вперед.

Выдающийся отечественный ботаник и эволюционист XX века, академик АН СССР ­Армен Леонович Тахтаджян («Троицкий вариант — Наука» уже писал о нем, см. [1]) за свою почти столетнюю жизнь опубликовал не так уж и много научных статей. Основой его научной продукции были как раз монографии. И какие! «Основы эволюционной морфологии покрытосеменных» (1964), «Система и филогения цветковых растений» (1966), «Флористические области Земли» (1978), «Система магнолиофитов» (1987). Все эти работы были переведены на английский язык, а начиная с 1990-х обоснования новых систем покрытосеменных публиковались А. Л. Тахтаджяном уже только на английском.

Предметом монографии в ботанике часто становится характеристика крупного семейства или рода растений для определенной территории. Классический пример — «Злаки СССР» (1975) другого нашего выдающегося ботаника, чл.-корр. РАН Николая Николаевича Цвелёва (о нем тоже есть заметка в «Троицком варианте», см. [2]), которая была переведена на английский. По явно неполным данным РИНЦ, это книга набрала 605 цитирований. В Web of Science русское и английское издания этой книги (с использованием поиска по пристатейной библиографии) процитированы 172 раза, хотя и этот показатель явно неполный.

К сожалению, Н. Н. Цвелёв ушел из жизни в 2015 году. В конце 2019 года вышла из печати другая его монументальная книга — «Злаки России» (написана совместно с Н. С. Пробатовой). Эту книгу с нетерпением ждали как отечественные, так и зарубежные ботаники. Нет сомнения, что и она будет переведена на английский.

Для неспециалиста название монографии «Дубы Азии», написанной прекрасным знатоком флоры Кавказа Ю. Л. Меницким, возможно, звучит двусмысленно, но для ботаников и дендрологов это важнейший источник информации на многие годы. Разумеется, и эта работа переведена на английский язык и успешно цитируется.

Особым типом ботанических монографий являются так называемые «Флоры» — многотомные издания, в которых по определенной схеме характеризуются все растения той или иной территории. Это одновременно и фундаментальное научное обобщение, и практическое руководство. Выдающимся достижением оте­чественной науки стала 30-томная «Флора СССР» (1934–1964), ставшая образом для многих подобных изданий в нашей стране и за рубежом. Были также завершены «Арктическая флора СССР» (10 томов, 1960–1987), «Флора европейской части СССР» / «Флора Восточной Европы» (11 томов, 1974–2004), «Флора Сибири» (13 томов, 1987–1997), «Сосудистые растения советского Дальнего Востока» (8 томов, 1985–1996). Почти все они переведены на английский и успешно цитируются, причем очень давно.

И вот сейчас министерским документом (согласованным с РАН!) цена любой монографии при исчислении показателя публикационной активности установлена в 1 балл (для сравнения: статья в журнале первого квартиля дает 19,7 балла). Таким образом, упомянутая выше монография «Злаки России» (характеристика 1514 видов, относящихся к 187 родам, 646 страниц текста), если бы она вышла в 2020 году, принесла бы нашему институту и Федеральному исследовательскому центру наземной биоты Восточной Азии по полбалла (при задании нам 322,39 балла). Вряд ли это надо как-то комментировать.

Правда, в сноске к министерскому документу и в дискуссии на заседании Президиума РАН 11 февраля 2020 года звучали высказывания, что «цена» монографии может быть повышена. Но когда и как — остается неясным. Причем пока разговоры ведутся в основном о формальных критериях (например, о составлении списка «доверенных» издательств, минимальном тираже и т. п.), а не о сути дела.

Справедливости ради надо отметить, что некоторая настороженность в отношении монографий имеет определенные основания. Если в советские времена к монографии, изданной в издательстве «Наука» (в скобках замечу, что, к сожалению, руководство этого издательства в 1990-е годы и позже сделало всё возможное, чтобы полностью растерять былую славу), обычно по определению не могло быть серьезных претензий, то сейчас ситуация иная. За деньги (свои или учреждения) можно издать все что угодно, в том числе и явно антинаучный бред, хоть и в наукообразной форме. Грешат этим и якобы научные издательства, в том числе и университетские. Есть и хищнические зарубежные издательства, например Lambert Press, бесплатно принимающий для публикации любые тексты, а затем печатающий книги исключительно «по требованию». Это, конечно, неприемлемая практика, хотя я бы не утверждал, что всё напечатанное Lambert Press не имеет никакой ценности.

Однако при желании проблемы оценки монографий решаются довольно просто. Можно, например, давать зеленый свет всем книгам, опубликованным при поддержке РФФИ, так как проекты проходят вполне добротную предварительную экспертизу. Возможна и реализация экспертной роли РАН, о которой так много разговоров. Настоящих научных монографий в стране издается не так уж и много, институты планируют их выход заранее. Нет проблем в том, чтобы профильные отделения РАН, научные советы организовали предварительное рецензирование на основе электронных вариантов рукописей или оригинал-макетов. Надо только захотеть.

Ситуация, к сожалению, не так проста, как может показаться на первый взгляд. Если подход к оценке научных монографий в самое ближайшее время не изменится, волей-неволей придется довольно многое менять в научных планах институтов биологического профиля и отказываться от реализации некоторых проектов, хотя их результаты (в форме многотомных монографий) ожидают в России и за рубежом. Например, вряд ли подлежит сомнению актуальность подготовки «Флоры России», что недавно обсуждалось на заседании Президиума РАН. Но при сохранении нынешней системы оценок научной монографии этот проект становится малореальным.

Дмитрий Гельтман,
докт. биол. наук, директор Ботанического института им. В. Л. Комарова РАН

1. Оскольский А. Гражданин мира растений (Армен Леонович Тахтаджян) // Троицкий вариант — Наука № 43 от 8 декабря 2009 года.
   
2. Гельтман Д. Настоящий ботаник // Троицкий вариант — Наука № 181 от 16 июня 2015 года.