Неофеодализм и выставочное производство

Самозамкнутое и самозанятое художественное сообщество периода позднего капитализма можно описать через метафору фольклорного театра гистрионов и вагантов. Такой театр был главным институтом антифеодальной и антиклерикальной критики в средневековом обществе, странствующим актерам позволялось то, что не позволялось в остальных культурных практиках того времени. Сегодня альтернативная социально критическая повестка и тенденция к горизонтальной самоорганизации характеризуют художественный процесс.

Не секрет, что арт-рынок, особенно знаменитый арт-рынок высоких цен, — это верхушка айсберга художественного мира. Из сотен тысяч художественных выставок, ежегодно проводящихся в мире, подавляющее большинство не только не привлекает покупателя, но даже не ориентируется на коммерческий результат или широкую аудиторию.

Если в XIX веке выставка осуществлялась для реализации, то есть для продажи произведений искусства, то в XXI веке наоборот, произведения создаются для осуществления выставки и после выставки, в основном, оказываются невостребованными.

Исключенность большинства людей из материального производства и радикальная концентрация капитала в тончайшем слое герметичной финансовой стратосферы приводят к росту экономики символического. В этой ситуации многие социальные группы при самоструктурировании фокусируются на практиках нематериального обмена, что, в свою очередь, приводит к перепроизводству символического продукта, в том числе и визуального искусства.

Современное искусство, будучи в значительной степени дезинтегрированным из реальных экономических и политических процессов, развивая методологию франкфуртской школы и французского постструктурализма, активно производит социальную критику. К сожалению, критические высказывания, сформулированные экспозиционными средствами, несопоставимы по влиятельности с массмедиа и, по большей части, несут функцию лишь маркера идентичности самого художественного сообщества.