Футбол и план «Барбаросса»

Каким был «спорт номер один» в Третьем рейхе

Солнечным воскресным утром 22 июня 1941 года более трех миллионов немецких солдат перешли западную границу Советского Союза. Вступил в силу давно задуманный Гитлером план «Барбаросса». Вторая мировая перешла в новую фазу, началась долгая, кровопролитная, страшная Великая Отечественная война, унесшая десятки миллионов жизней.

К этому времени Германия почти два года жила в состоянии войны. Уже капитулировали Бельгия, Дания, Люксембург, Франция, продолжалась оккупация Норвегии. Польша еще в 1939 году была поделена между Германией и Советским Союзом. В Германии сводки с фронтов стали привычными, и многие немцы не сразу осознали важность случившегося 22 июня. Ужасы и разрушения войны пока не коснулись страны, и люди еще во многом жили интересами мирного времени. Нацистские власти стремились чувство «нормальной жизни» всячески поддерживать. Большую роль в этом играл спорт.

В тот день футбол интересовал берлинцев, да и всю Германию куда больше, чем сообщения о военных действиях. Дело в том, что воскресным вечером 22 июня на берлинском Олимпийском стадионе должна была состояться финальная игра за звание чемпиона Германии по футболу.

Чемпионат Германии 1940/41 годов был уже вторым, проводимым в условиях войны. Но события на фронтах еще не сильно влияли на ход чемпионата. Спортивные правила почти не изменились: команды, как и раньше, играли сначала в региональных лигах, которые с этого года стали называться «классами», чтобы отличаться от аналогичных названий в стране-противнике Великобритании. По мере присоединения к Германии новых завоеванных территорий, увеличивалось число футбольных «классов». К чемпионату 1940/41 года добавились новые спортивные области — Эльзас, Данциг — Западная Пруссия и части завоеванной Польши. Победители футбольных «классов» образовывали четыре группы, в которых каждая команда играла с каждой. Четыре победителя этих круговых турниров образовали два полуфинала, в которых «Шальке 04» разгромил команду из Кельна со счетом 4:1, а венский «Рапид» со счетом 2:1 одолел футболистов Дрездена. Таким образом, в финале на Олимпийском стадионе встречались «Шальке 04» и «Рапид».

В этой встрече действующий чемпион Германии «Шальке 04» считался явным фаворитом. Годы нацистского господства были для команды из Гельзенкирхена самыми успешными в истории клуба. Хотя в 1933 году футбольный клуб «Шальке 04» проиграл в финале чемпионата «Фортуне» из Дюссельдорфа, зато каждый следующий год вплоть до 1942-го клуб участвовал в финальных играх чемпионата или кубка Германии, выиграв шесть финалов из восьми. Помимо того, что команда в эти годы стала шестикратным чемпионом, она в 1937 году выиграла еще и кубок страны.

«Мартовские павшие»

Для нацистской пропаганды футбол был удобным видом спорта. Он собирал на стадионах огромное число людей, лучшие футболисты быстро становились известными всей стране, их легко было использовать в качестве образцов «истинных арийцев». Крайне популярны были нападающие «Шальке 04» Эрнст Куцорра (Ernst Kuzorra) и его шурин Фриц Шепан (Fritz Szepan), выполнявший роль капитана сборной страны на чемпионатах мира в 1934 и 1938 годах. Эрнст и Фриц безупречно подходили для фирменного стиля «Шальке 04» тех лет — молниеносная игра в одно касание вплоть до решающего удара по воротам. При этом вся команда была в движении, освобождая коридоры для своих нападающих. Этот стиль игры, называемый «волчок Шальке» (Schalker Kreisel), напоминал «тотальный футбол» в исполнении голландцев в 1970-х годах.

Как и у голландцев эпохи Йохана Кройфа, «волчок Шальке» был невозможен без слаженной и быстрой игры всей команды, однако для пропаганды было удобно выделить «спортивных идолов», которых вовсю «раскручивали» средства массовой информации — в то время газеты и радио. Спортсмен, выбранный для всеобщего восхищения, идеально подходил на роль живого доказательства истинности новой государственной национал-социалистической идеи, справедливости нового социального устройства Третьего рейха. Такими идолами и стали Куцорра и Шепан. Они, а также центральный защитник «Шальке» Ханс Борнеман (Hans Bornemann) в 1937 году вступили в нацистскую партию.

Особенно активно поддерживал гитлеровский режим Фриц Шепан, не раз публично выступая с призывами сплотиться вокруг фюрера. После присоединения Австрии к Германии в 1938 году в преддверии последних в истории Третьего рейха выборов в объединенный рейхстаг в спортивных разделах основных газет появились обращения известных спортсменов, призывающих участвовать в выборах и поддержать кандидатов национал-социалистической партии. В день выборов 10 апреля 1938 года в эсэсовской газете Völkischer Beobachter появился такой призыв капитанов бывших футбольных сборных Германии и Австрии. За немецкую команду призыв подписал Фриц Шепан. За верность режиму после победы в чемпионате 1938/39 года Шепан был назначен членом Высшего совета имперского управления футбола (Führerrat des Reichsfachamtes Fußball) и получил различные нацистские награды и памятные знаки.

Эрнсту Куцорре газеты Третьего рейха тоже приписывали разные философские высказывания, например, о преимуществах рабочего человека перед интеллигенцией, когда речь заходит о покорении вершин, например, о выигрыше звания чемпиона страны, но прямыми политическими заявлениями он свою репутацию не испортил. Правда, стиль высказываний Куцорры был совершенно не похож на простую речь бывшего горного рабочего, тексты за него явно писали журналисты.

Из двухсот с лишним членов спортивного общества «Шальке 04» в годы Третьего рейха партийные билеты национал-социалистической рабочей партии имели около сорока человек, т.е. 20%. Но активными игроками футбольного клуба среди них были только указанные выше три футболиста. Остальные партийцы работали в администрации общества или играли за клуб считанные разы. Только три человека вступили в нацистскую партию до назначения Гитлера рейхсканцлером.

Большинство стали членами NSDAP после мартовских выборов 1933 года, когда стало понятно, что Гитлер может установить диктатуру в стране, так как нацисты вместе с другой националистической партией получили в рейхстаге большинство, позволяющее менять конституцию. Тем, кто из конъюнктурных соображений вступил в партию после марта 1933 года, придумали ироническое наименование «мартовские павшие» (Märzgefallene) — так раньше называли жертв мартовской революции 1848 года в Вене и Берлине, а также жертв Капповского путча 1918 года.

За два месяца, прошедших после выборов 1933 года, в партию вступило втрое больше человек, чем было до них. Численность партии росла стремительно и быстро достигла двух с половиной миллионов членов. Тогда по распоряжению Гитлера прием в партию после первого мая 1933 года был остановлен.

Конечно, не все присоединялись к гитлеровской партии из глубоких националистических убеждений. Мотивы вступления в партию столь же многообразны, как и сами люди, рвущиеся в национал-социалисты. Многие хотели использовать начавшееся «национальное возрождение», как называли захват власти сами нацисты, для личных целей. Например, обезопасить себя и семью от возможных преследований. Для кого-то правящая партия становилась гарантом рабочего места, которое все боялись потерять. Кто-то рассчитывал на новые материальные льготы, которые сулила близость к партии власти. Кто-то действовал по пословице «С волками жить — по-волчьи выть». Некоторых испугали акции устрашения, которые проводили нацисты в первые месяцы после прихода к власти. Кто-то поддался чужому давлению — в семье, на работе, в кругу знакомых…

В спортивном обществе «Шальке 04» «мартовскими павшими» стали в основном руководители и сотрудники администрации. Удивительно, правда, что многолетний почетный председатель футбольного клуба и президент спортивного общества Фриц Ункель (Fritz Unkel) от членства в партии отказался. За партийную работу среди спортсменов отвечал его заместитель.

Команда «Шальке 04», состоявшая в основном из простых шахтеров, став чемпионом Германии, наглядно подтверждала гитлеровский тезис о важности национального сообщества (Volksgemeinschaft): вместе можно достичь любых высот. Восхождение команды к чемпионскому званию в 1934 году пресса сравнивала с победным шествием национал-социалистического движения.

Чествование новых чемпионов страны проходило с большой помпой. В Гельзенкирхене состоялось факельное шествие, на площади Шальке-маркт (Schalke-markt) в районе, давшем название команде, маршировали под музыку оркестра колонны гитлерюгенда, СА и СС. С речами выступали обер-бургомистр Шумахер (Schumacher) и партийный шеф округа Коссоль (Kossol), зачитывались приветственные телеграммы высших государственных и партийных чинов, руководителей других спортивных обществ. Церемония на площади закончилась троекратным приветствием зиг-хайль «народному канцлеру» и пением первого куплета гимна Германии — «Песни немцев», за которым сразу начинался официальный гимн национал-социалистической партии — «Хорст Вессель», или, по первой строчке, «Знамена ввысь». Во время праздничного ужина обер-бургомистр подарил всем футболистам и тренеру команды книгу Гитлера «Моя борьба» со своим автографом.

Подобные чествования проводились с неменьшим размахом и в последующие чемпионские годы «Шальке». После победы в чемпионате 1938/39 года, когда команда «Шальке 04» разгромила в финале венский клуб «Адмира» со счетом 9:0, все футболисты-чемпионы были повышены в чине в рамках их членства в СА (судя по этому сообщению, все члены команды вступили в свое время в эту военизированную нацистскую организацию).

Загадочная смерть футбольной звезды

У соперника «Шальке 04» в финале чемпионата Германии 1940/41 года — венского спортивного клуба «Рапид» — спортивные достижения тоже были внушительными. До 1941 года он становился 14 раз чемпионом Австрии, пять раз занимал второе место в чемпионате. Три раза владел кубком Австрии, еще два раза играл в финале кубка. После присоединения в марте 1938 года Австрии к Германии, так называемого «Аншлюса», австрийские футбольные команды образовали специальную лигу «Остмарк» и включились в немецкие футбольные соревнования. Старт в новом качестве для «Рапида» оказался успешным, и в том же 1938 году футбольный клуб из Вены завоевал кубок Германии.

Но финал чемпионата страны остается самой важной и самой желанной целью для любого футболиста. Каждая такая игра проводится участниками с предельной самоотдачей, игроки борются за победу изо всех сил. В 1941 году градус соперничества был выше обычного. Причиной тому — несколько обстоятельств. На Олимпийском стадионе в Берлине встречались команды, принадлежащие разным культурам, традиционно противостоящим друг другу. На поле должны были выйти представители Севера и Юга, протестанты играли против католиков, немцы против австрийцев, хотя и те и другие были теперь подданными одного государства.

Город Гельзенкирхен, который представляла команда «Шальке 04», лежит в Вестфалии, вошедшей после разгрома Наполеона в состав Прусского королевства. Отношения между Пруссией и Австрией исторически были непростые. Эти страны не раз в прошлом воевали, у них разные культурные традиции. Утонченные австрийцы считали пруссаков нацией грубой, необразованной, без глубоких исторических корней. В воинственной Пруссии, где ценились прежде всего порядок и дисциплина, к безалаберным и богемным австрийцам относились свысока и снисходительно называли их «кузенами».

На футбольных стадионах эмоции, скрываемые в обычной жизни, нередко выплескивались наружу. Противостояние австрийцев и немцев ярко проявлялось во время встреч их футбольных клубов, такие игры участились после «Аншлюса». Во время соревнований дело доходило до антинемецких лозунгов и манифестаций болельщиков.

Австрийский футбол в конце 1920-х и в 1930-х годах считался одним из сильнейших в Европе. В период с 1927 по 1937 год в клубном чемпионате Центральной Европы, называемом Кубком Митропы, прототипе современной Лиги чемпионов, команды из Вены становились победителями четыре раза, больше всех других участников. Футбольный клуб «Рапид» победил в 1930 году, «Первый венский футбольный клуб», сокращенно называемый по английскому образцу «Ферст Вена», — в 1931-м, а команда «Аустрия» становилась чемпионом Митропы два раза — в 1933-м и в 1936 году. Звездой «Аустрии» был полузащитник Маттиас Зинделар (Sindelar, встречается написание Синделар). Он родился в чешской деревне и поначалу звался Матей Шинделарж. Когда ему было три года, семья переехала в Вену. Там Маттиас и начал играть в футбол.

Сейчас этот худощавый, невысокий спортсмен, прозванный за свое хрупкое телосложение «бумажным», считается лучшим футболистом за всю историю Австрии, более того, он входит в список лучших футболистов ХХ века по версии Международной федерации футбола, занимая в нем почетное двадцать второе место. А среди лучших европейских футболистов он тринадцатый!

Когда Маттиасу было двадцать лет, он неудачно упал и повредил колено. Вернула его в строй вовремя и грамотно сделанная операция, и он всю жизнь, выходя на поле, на всякий случай забинтовывал правое колено — эта повязка стала фирменным знаком Зинделара.

В конце 1920-х — начале 1930-х годов сборная Австрии с участием Зинделара по праву считалась сильнейшей в континентальной Европе. Она побеждала с разгромным счетом сильные команды Германии, Швейцарии, Бельгии, Венгрии… Это были звездные годы австрийской сборной, которую называли «чудо-командой» (Wunderteam). В 1932 году она выиграла Международный кубок Центральной Европы.

С присоединением Австрии к нацистской Германии в марте 1938 года положение изменилось. Сборная Австрии была отстранена от участия в чемпионате мира того года во Франции, все договоры футболистов с австрийскими клубами были объявлены недействительными, еврейским футболистам запрещалось играть в австрийских командах, а команды, в которых таких игроков было много, объявлялись «еврейскими» и им запрещалось участвовать в чемпионате «великого» рейха. Футбольный клуб «Аустрия» попал в число «еврейских» команд и был вынужден сменить имя — теперь он стал называться «Остмарк» (Вена). Правда, из-за многочисленных протестов болельщиков клубу через какое-то время все же разрешили называться по-старому «Аустрия». Последний раз Маттиас сыграл за свой клуб 26 декабря 1938 года в Берлине против местной команды «Херта» (Hertha BSC). Матч закончился со счетом 2:2, один год за «Аустрию» забил Зинделар.

В отличие от ведущих игроков «Шальке 04», активно участвовавших в нацистской пропаганде, Маттиас Зинделар был далек от политики. Он отклонял неоднократные предложения вступить в нацистскую партию, ни разу не сыграл за сборную Германии, куда его настойчиво приглашали. С отказом играть за немцев связывают его загадочную смерть 23 января 1939 года, когда его нашли мертвым в своей постели. Рядом с ним без сознания лежала его подруга-еврейка Камила, с которой он недавно познакомился. Она умерла через несколько дней, не приходя в сознание. Официальная версия — отравление угарным газом из камина, хотя полиция подтвердила, что камин был исправен.

Смерть любимца зрителей Маттиаса Зинделара еще больше подогрела антинемецкие настроения среди австрийских футболистов и болельщиков. Схватки на поле между австрийцами и немцами нередко переходили в драки. Трагичнее других закончилась встреча команды Люфтваффе из Гамбурга и сборной, составленной из игроков венских клубов. Австрийский вратарь после очередного нападения на него немецких форвардов потерял сознание и позднее умер в больнице от полученных травм.

Команда «Шальке 04» в глазах австрийских болельщиков олицетворяла ненавистный немецкий футбол, считалось, что ей более других покровительствовало нацистское руководство.

В ноябре 1940 года состоялся своеобразный матч-реванш венской «Адмиры» и клуба из Гельзенкирхена. Предыдущая их встреча на Олимпийском стадионе в Берлине, как мы говорили, закончилась позорным для австрийцев счетом 0:9. В том матче игрок немецкой команды Эрнст Кальвицки (Ernst Kalwitzki) забил пять мячей, а последние два гола на 84-й и 89-й минутах записали на свой счет Куцорра и Шепан.

Встреча в Вене в 1940 году закончилась со счетом 1:1, причем по ходу игры судья не засчитал второй гол, забитый венцами в ворота «Шальке 04». Австрийцы были уверены, что гол забит правильно. Борьба на поле шла отчаянная. Серьезную травму получил Эрнст Куцорра. После матча разъяренные несправедливым судейством австрийские болельщики около стадиона разломали спортивный автобус команды «Шальке» и прокололи шины лимузина рейхсюгендфюрера, т.е. руководителя молодежного движения страны, Бальдура фон Шираха, сопровождавшего немецкую команду. Судя по всему, болельщики «Адмиры» не забыли позора своей команды в финале чемпионата 1938/39 года. То поражение нанесло страшный удар по престижу всего австрийского футбола. В финале чемпионата 1940/41 года у венского «Рапида» появился шанс спасти честь Австрии.

Четверть часа «Рапида»

К началу финального матча Олимпийский стадион в Берлине был переполнен: все девяносто пять тысяч входных билетов распроданы. Те, кому не посчастливилось попасть на стадион, приникли к репродукторам, чтобы слушать радиорепортаж о матче. После небольшой торжественной прелюдии с участием мальчиков из гитлерюгенда команды выбежали на поле в своей традиционной форме: «Шальке» в синих футболках и трусах (более точное название цвета — «королевский синий»), «Рапид» — в зеленых футболках и черных трусах. На футболках Куцорры и Шепана красовался так называемый рейхсадлер — орел, держащий в лапах свастику, символ нацистской партии. Трибуны встретили футболистов обеих команд бешеными аплодисментами. Прозвучал немецкий гимн и обязательное приветствие «хайль Гитлер». После этого диктор на стадионе обронил несколько слов о положении на фронте, но его мало кто слушал: футбол в этот день вытеснил все другие новости.

Леопольд Райнхардт (Leopold Reinhardt), игравший за «Рапид» целых пятнадцать лет, вспоминал годы спустя, что в день финала 1941 года о наступлении на Восточном фронте в его команде не было сказано ни одного слова.

Начало матча не предвещало «Рапиду» ничего хорошего. Похоже, что команда «Шальке 04» собиралась отпраздновать еще одну разгромную победу над австрийским чемпионом. Уже на седьмой минуте на табло стояли цифры 2:0 в пользу немецкой команды. Хайнц Хинц (Heinz Hinz) на шестой минуте забил первый гол, а всего через минуту Герман Эппенхофф (Hermann Eppenhoff) счет удвоил. Поневоле многим болельщикам вспомнился тот финал 1939 года, когда команда из Гезелькирхена безжалостно унизила венскую «Адмиру».

Земляки «Адмиры» из «Рапида» не собирались сдаваться, боролись за мяч, создавали опасные моменты у ворот «Шальке». Один из них закончился назначением одиннадцатиметрового удара, но нападающий «Рапида», его гордость и надежда, Франц Биндер (Franz Binder) по прозвищу Бимбо, игрок австрийской, а теперь немецкой сборной, промазал по воротам немецкого вратаря Ханса Клодта (Hans Klodt).

После перерыва уверенность в победе «Шальке 04» еще более окрепла после того, как на 57-й минуте все тот же Хинц забил третий гол в ворота «Рапида». Казалось, что положение венской команды безнадежно: 0:3 и всего полчаса до конца встречи. Но здесь проявился знаменитый боевой дух «Рапида», не раз спасавший команду в самых отчаянных ситуациях. Наступила очередь историческим пятнадцати минутам игры, вошедшим в историю футбола как «четверть часа «Рапида». Команду словно пришпорили, откуда-то появились новые силы, игроки взвинтили темп, как бы оправдывая название команды (rapid — быстрый, стремительный), и буквально через три минуты счет стал 1:3. Очень важный для австрийцев гол забил на 60-й минуте нападающий Георг Шорс (Georg Schors). А затем свежо и азартно заиграл Франц Биндер, словно искупая свою вину перед командой за незабитый одиннадцатиметровый. На 62-й минуте он забивает свой первый гол, а уже через несколько секунд получает право еще на один пенальти. На этот раз удар был точен. Счет стал 3:3.

Футболисты «Шальке» были в шоке. Используя боксерскую терминологию, можно сказать, что они «поплыли». Ведь буквально только что они были без пяти минут чемпионами, вели в финале 3:0, и тут за какие-то пять-шесть минут счет сравнялся. В это невозможно было поверить, все происходило как в страшном сне! В довершение всех бед, свалившихся на действующего чемпиона, Бимбо удалось на 71-й минуте сделать хет-трик: своим коронным резаным ударом он со штрафного забил мяч в сетку ворот «Шальке 04», сделав окончательный счет победным для «Рапида»: 4:3!

Впервые в истории немецкого футбола чемпионом страны стала «иностранная» команда.

После матча

Когда прозвучал финальный свисток судьи, игроки и болельщики «Шальке» еще долго не могли прийти в себя. Как часто бывает в таких необъяснимых обстоятельствах, тут же появилась идея заговора. Капитан «Шальке 04» Эрнст Куцорра в сердцах отказался получать для команды серебряные медали за второе место в чемпионате, бросив в лицо руководителю нацистского спорта Хансу фон Чаммер унд Остену (Hans von Tschammer und Osten) упрек, что проигрыш команды — это не спорт, а политика. Более покладистый Фриц Шепан все же награды вице-чемпионов принял. Среди немецких болельщиков популярной была мысль о том, что судья несправедливо назначил в ворота «Шальке» два пенальти и тот злополучный штрафной, закончившийся победным голом Бимбо. Якобы власти не хотели, чтобы одна и та же команда третий раз подряд с 1938 года завоевывала звание чемпиона объединенного рейха.

В эту дикую версию заговора против любимца нацистского руководства трудно поверить. Скорее наоборот, все делалось в расчете на победу действующего чемпиона. Некоторые игроки «Рапида» даже говорили, что видели, как в перерыве между таймами на трофеях победителя уже гравировали имя «Шальке 04». В кругу нацистской верхушки популярным было мнение, что проиграла лучшая команда, а выигрыш венцев был досадной случайностью.

Показательно, что герой финального матча 1941 года Франц Биндер вскоре после драматической игры был призван на Восточный фронт, в то время как все игроки «Шальке 04», имевшие высокие военные звания, от отправки на фронт еще долгое время были освобождены.

Биндера больше ни разу не приглашали в сборную Германии. После войны он еще три года играл за австрийскую сборную. Три раза — в 1946, 1948 и в 1949 году он был признан в Австрии «футболистом года», а потом перешел на тренерскую работу. Под его руководством венский «Рапид» в 1964 году снова стал чемпионом страны, а в 1976-м завоевал кубок.

После падения Третьего рейха Эрнст Куцорра и Фриц Шепан успешно прошли процедуру денацификации, несмотря на членство в национал-социалистической партии, и продолжили футбольную карьеру. В конце жизни Куцорра был награжден несколькими орденами Федеративной Республики Германия, ему присвоено звание почетного гражданина Гельзенкирхена. Умер он в первый день 1990 года в возрасте 84 лет. Его именем названа площадь и улица в его родном городе. На этой улице расположена штаб-квартира клуба «Шальке 04».

Фриц Шепан закончил играть в 1949 году и стал тренером. В числе других он тренировал родной клуб «Шальке 04», а также не такой знаменитый клуб «Красно-белые» из города Эссен. К удивлению многих, Шепан сделал эту команду чемпионом Германии сезона 1954/55 года. В 1966 и 1967 годах Фриц был избран президентом «Шальке 04». После этого Шепан отошел от активной общественной жизни и умер после тяжелой болезни в декабре 1974 года в возрасте 67 лет.

Притяжение зла

В 2001 году руководство клуба «Шальке 04» собиралось увековечить память Фрица Шепана, назвав его именем улицу вблизи нового стадиона клуба. Но журналисты провели расследование и выяснили, что поведение футболиста в годы Третьего рейха было вовсе не таким безупречным, как считалось ранее. Он не только на словах приветствовал процедуру ариизации еврейских предприятий, но и себя не забывал: за бесценок купил у государства отобранный у еврейских хозяев Салли Майера (Sally Meyer) и его жены Юлии Лихтман (Julie Lichtmann) текстильный магазин на Шальке-маркт возле кафе, принадлежащего команде из Гельзенкирхена. Бывших владельцев магазина депортировали в Освенцим, где они и погибли.

Реакция клуба на результаты журналистского расследования была нетипична для немецкого общества. Команда «Шальке 04» отказалась от переименования улицы и единственная из всех команд высшей лиги вложила собственные средства для проведения масштабного исследования связи прежнего руководства команды с нацистским режимом. Результатом расследования стала книга историка и социолога Штефана Гоха (Stefan Goch) «Между синим и белым лежит серый» (Zwischen Blau und Weiß liegt Grau).

Коротко говоря, результаты Гоха подтвердили обвинения в адрес Фрица Шепана и одновременно показали, что большинство членов команды мало отличались от других немцев в условиях диктатуры: они не боролись с режимом, но и не участвовали открыто в его преступлениях. Никто из футболистов «Шальке 04» не разделял антисемитские призывы властей. Даже Эрнст Куцорра, будучи членом национал-социалистической партии, раздавал входные билеты на стадион детям еврейских клиентов своей табачной лавочки, когда евреям было запрещено посещать массовые мероприятия. Если судить команду за поддержку преступного режима, то такое же обвинение можно выдвинуть против подавляющего большинства немецких граждан.

Гитлеровский проект тысячелетнего Третьего рейха, просуществовав всего двенадцать лет, оказался сокрушительно неудачным. Он привел к экономическому и военному краху Германии, ко Второй мировой войне с десятками миллионов жертв, к Катастрофе европейского еврейства… Но ответственность за происходившее в те годы в стране и в мире нельзя перекладывать только на горстку преступников, захвативших власть в стране, на Гитлера и его окружение. Послевоенные немцы охотно поддерживали такую идею. Знаменитая американская журналистка и фотокорреспондент Маргарет Бурк-Уайт (Margaret Bourke-White) приводит в своей книге «Германия, апрель 1945» высказывание одного майора армии США: «Немцы ведут себя так, как будто нацисты — это какая-то чуждая раса эскимосов, пришедшая с Северного полюса и каким-то образом вторгшаяся в Германию». Ответственность за беды, которые Третий рейх принес миру, лежит не только на NSDAP, но и на всех гражданах, голосовавших за эту партию, симпатизировавших ей, стремившихся стать ее членами, другими словами, практически на всем немецком обществе. Кто поддерживал диктатуру, разделяет ответственность за ее преступления. Это же относится и к футболистам, в том числе и к «Шальке 04».

Но степень вовлеченности в преступления нацистов у разных граждан рейха была различной. Большинство членов команды лишь пассивно следовали в русле политики национал-социализма, не отказываясь, естественно, от преимуществ, которые правящий режим предоставлял игрокам чемпиона страны. Их жизнь была далека от политики, а льготы, которыми они пользовались, не были связаны напрямую с ущемлением прав других людей. В противоположность этому Фриц Шепан не только сам активно пропагандировал политические решения гитлеровской власти, но и не брезговал обогащаться за счет имущества евреев, лишенных всех гражданских прав. С приобретением текстильного магазина доходы семьи Шепан выросли в десять раз! При этом в процессе денацификации во всех пунктах анкеты о владении чужой собственностью Шепан и его жена неизменно отвечали «нет».

Суд, состоявшийся во второй половине 1953-го — начале 1954 года в Эссене, приговорил Шепана к выплате компенсации в пользу специальной организации Jewish Trust Corporation, занимавшейся восстановлением прав собственности евреев, преследовавшихся нацистским режимом. После выплаты суммы в тысячу марок семья Шепана владела магазином до 1972 года. Наследников первоначальных собственников магазина в живых после войны не осталось.

Агония

Вернемся к матчу, состоявшемуся в Берлине в первый день Великой Отечественной войны. Страсти вокруг соперничества между австрийской и немецкой командами наглядно показали, что утверждения нацистской пропаганды о хваленом единстве «национального сообщества» есть миф. На самом деле соперничество различных групп и слоев в обществе тлело постоянно, иногда раскаляясь до градуса бескомпромиссной борьбы.

Таким же мифом является единодушное одобрение присоединения Австрии к Германии, якобы высказанное австрийцами и немцами на референдуме 10 апреля 1938 года, проводимом одновременно с выборами в объединенный рейхстаг.

По официальным данным, 99,75% австрийских избирателей проголосовало за «Аншлюс». Если верить опубликованной статистике, то получится, что в некоторых округах число голосов «за» было больше общего числа голосовавших. Все было организовано так, чтобы человек, не думая, поставил крестик в крупном кружке «да». Кружок «нет» был почти не виден на бланке. Голосование проходило под наблюдением вооруженных отрядов местных и немецких националистов. В некоторых избирательных участках вообще не было кабин для тайного голосования. В других эти кабины были, но на них повесили таблички: «Здесь голосуют предатели». Если вооруженные наблюдатели замечали кого-то, кто ответил на вопрос референдума «нет», то его хватали на улице, вешали на грудь табличку со словами «враг народа», избивали и всячески унижали. Несколько пожилых женщин после таких экзекуций попали в больницы. По секретным сообщениям гестапо реально за присоединение Австрии к Германии проголосовало от четверти до трети венских избирателей.

Что касается поведения команды «Шальке 04» во времена гитлеровской диктатуры, то оно мало отличалось от поведения других команд, разве что «горняки» играли в те годы в футбол лучше.

В следующем сезоне 1941/42 года команда «Шальке 04» снова играла в финале и снова против команды из Вены, на этот раз против «Ферст Вена». На том же Олимпийском стадионе в Берлине 4 июля 1942 года футбольный клуб из Гельзенкирхена взял реванш за скандальный проигрыш прошлого года и стал шестикратным чемпионом Германии, победив венский клуб со счетом 2:0. Второй гол на 42-й минуте забил Фриц Шепан.

После разгрома немцев под Сталинградом в правила проведения футбольного чемпионата были внесены ограничения. В связи с напряженным положением на фронте запрещались игры, связанные с длительными разъездами команд. Первенства должны были проводиться только внутри так называемых спортгау, т.е. регионов, на которые была поделена страна для проведения местных соревнований. Исключение делалось для городов, расположенных друг от друга не дальше 50 километров.

В сезонах 1942/43 и 1943/44 годов команда «Шальке 04» становилась чемпионом спортгау Вестфалия, но до финала чемпионата страны уже не доходила. Теперь настала череда побед футбольного клуба из Дрездена. Но по мере того, как война все сильнее сказывалась на жизни в Германии, спорт отходил на второй план, футбольные страсти мельчали, людей занимали другие заботы.

Многих игроков призвали в армию, иногда они играли в командах по месту их новой службы, составы команд перемешались, кое-кто из игроков не вернулся с фронта. В марте 1943 года умер руководитель имперского спорта Ханс фон Чаммер унд Остен. Его преемник ввел новые ограничения в правила чемпионата, а в марте 1944 года игры в лигах окончательно прекратились. Гибнущему Третьему рейху было не до футбола.

Символичен уход из жизни Фрица Ункеля, бывшего с 1932 года почетным председателем футбольного клуба, а с 1933 года — президентом спортивного общества «Шальке 04». Фриц умер 4 ноября 1944 года в возрасте 79 лет. Через день, 6 ноября, авиация союзников разбомбила южную часть Гельзенкирхена, где размещались основные заводы и фабрики города. В том налете погибло более пятисот горожан. Рабочие из Советского Союза, согнанные для принудительного труда в Германию, не успевали увозить на строительных тачках трупы на кладбище. Ни о какой почетной церемонии прощания с уважаемым президентом клуба-чемпиона не могло быть и речи. Для городской власти судьба Фрица Ункеля стала абсолютно безразличной. За его гробом шел только один внук умершего. Копать могилу было некому, гроб с телом Ункеля оставался на кладбище непогребенным. Только через восемь дней родные покойного предали тело земле.

Агония Третьего рейха продолжалась еще долгие полгода, унося ежедневно десятки тысяч жизней мирных жителей, которых еще недавно больше всего на свете волновал вопрос, кто будет чемпионом Германии по футболу. Такую высокую плату немцам пришлось заплатить за молчаливую поддержку диктатуры, обещавшей своим подданным рай на земле. Как часто бывало в истории, обещанный рай обернулся адом.

Евгений Беркович,специально для «Новой»