Адвокат 40 семей погибших при крушении MH17 в Донбассе уверен, что вина Москвы в трагедии уже доказана

Сегодня в судебном комплексе в голландском Схипхоле начался уголовный процесс по делу о сбитом 17 июля 2014 года над Донбассом малайзийском боинге. На суд приехали адвокаты, родственники погибших, несколько сотен журналистов из разных стран. Все они будут следить за развитием событий в течение пяти дней — именно столько займет первый период слушаний, которые продлятся в общей сложности около полугода. В преддверии суда нескольким журналистам удалось пообщаться с Джерри Скиннером — юристом Flamingos Air, Amsterdam and Partners, адвокатом, подавшим от имени родственников жертв сбитого боинга иск в ЕСПЧ против России и Путина. Специальный корреспондент «Новой» Александра Джорджевич участвовала в беседе и приводит основные цитаты из разговора

О своем участии

«Я представляю 40 семей из Австралии и Малайзии, вместе с группой других юристов. Все семьи подали иски в Страсбург, это 391 член семьи, то есть больше, чем было пассажиров на борту самолета. Тем не менее, в этом уголовном процессе я буду минимально задействован: намерен наблюдать за всем, что будет происходить в суде, для того, чтобы понять, какие доказательства сможем использовать мы в своем случае».

Напомним, юристы подали иск в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) от имени родственников пассажиров малайзийского боинга 9 мая 2016 года. Истцами выступили 33 родственника граждан Австралии, Малайзии и Новой Зеландии, бывших на борту разбившегося авиалайнера. В качестве ответчика по иску, в соответствии с которым компенсация в размере $10 млн должна быть выплачена членам семей каждого погибшего, указана Российская Федерация.

«Так большая часть доказательств будет одинаковыми и в нашем, и в этом случае, то мы должны обратить большое внимание на этот процесс. И мы хотим быть уверенными, что все, что есть в уголовном деле, есть и у нас, и мы сможем это использовать. Нашему иску в ЕСПЧ скоро исполнится четыре года. В моей стране мистер Трамп ответственен за все, что идет не так. В случае с мистером Путиным, я не думаю, что оружие («Бук», — Ред.) покинуло страну без его одобрения и одобрения его администрации. Деньги в этом иске — не главное, родственники просто хотят знать, кто и зачем это сделал».

О причинах трагедии со стороны России

«Мы считаем, что у российских властей есть такая политическая привычка — противодействовать реформам, происходящим в государствах-сателлитах, как это было в Грузии, в других местах, они хотят ввести туда своих военных, чтобы контролировать весь процесс, и чтобы в конечном счете это привело к новому подъему России, как любит господин Путин. У них были разногласия (с Украиной, — Ред.), у них была враждебность, они аннексировали Крым, а потом переключились на восточную Украину, потому что там есть экономические ресурсы и русскоговорящие люди. Если обратиться к истории, то мы увидим, что когда у России есть такие противоречия с государствами-саттелитами, они отвечают открытием огня. То есть мы считаем, что все это было преднамеренной политически мотивированной провокацией по отношению к Украине».

Об уголовном процессе и подозреваемых

«Понятно, что заявленные здесь подозреваемые — это, можно сказать, люди на уровне младших менеджеров. Очевидно, что у них есть более высокие руководители, в том числе, и военные российской армии. Кроме того, есть и люди, которые непосредственно стреляли.

Этот судебный процесс будет как очищение луковицы, слой за слоем надо будет найти всех людей, которые в этом принимали участие.

Это будет интересно, мы услышим все имена».

О возможной позиции России

«Позиция России будет обычной: мы этого не делали, и вы не можете этого доказать. В США ее называют «защитой Барта Симпсона». К сожалению для них, в этом конкретном случае виновных видели многие, записали многие, подслушали многие, и они сами оставили после себя физические доказательства».

О первом периоде слушаний

«Весь процесс будет длиться, я думаю, около года. Главное, чтобы он не затянулся на весь следующий год. Эта неделя будет технической, будут обсуждать, что сделано, что произойдет в будущем, но многого ожидать в ближайшие дни не стоит. Самое важное начнется позже.

Я ожидаю, что следственная группа сможет показать, какие люди участвовали в планировании этой трагедии, и доказать это. Необходимо, чтобы виновные несли ответственность за то, что погибли люди. Кроме тех четверых, кто уже известен из подозреваемых, совершенно точно есть и другие виновники. Если они пока еще не названы, это не значит, что они не несут ответственность».

P.S.

Россия в этом процессе отказалась принимать участие, поэтому получить комментарии нашей стороны невозможно.