"Главное – съездить в Сирию, бабок заработать". Что ждет срочников в Заполярье

В России начался весенний призыв в армию. Несмотря на эпидемию коронавируса, с 1 апреля по 15 июля этого года на срочную военную службу в 2020 году отправятся 135 тысяч человек, около двух тысяч срочников поедут в Мурманскую область –​ в 200-ю отдельную мотострелковую Печенгскую бригаду. ​В начале этого года там произошло несколько ЧП, в которых погибли военнослужащие. Корреспондент Север.Реалии выяснил, что ждет призывников за полярным кругом.

Луостари – небольшой гарнизонный городок на севере Мурманской области с населением около двух тысяч человек. В двух километрах отсюда, в одной из авиачастей Северного флота, с 1957 по 1960 год служил первый космонавт Юрий Гагарин. Сегодня в Луостари живут контрактники и офицеры 200-й отдельной мотострелковой Печенгской Краснознамённой бригады. Точнее, выживают.

Прапорщик Баленко

"Шойгу и товарищ Путин, зато ваши дети за границей. У вас всё ******* (хорошо). Вот так вот. Аж по двери течёт. Всё у вас ******* (хорошо). Аж краска до бетона отлетает. Вот так вот. Так живут офицеры и прапорщики российской армии, 200 мотострелковой бригады. В/ч 08275. Комбриг сюда даже не заходит, ему ***** (всё равно), как живут его подчинённые. Главное – съездить в Сирию, бабок заработать. Вот это у него главное", – рассказывает на камеру короткостриженый мужчина средних лет в военной форме, снимая облупленные стены подъезда. Это Михаил Баленко – прапорщик 200-й отдельной мотострелковой Печенгской бригады. В начале марта он разместил в интернете несколько видеороликов, в которых рассказал о ситуации в военной части и показал бытовые условия военнослужащих в гарнизоне.

Видеозаписи сразу получили отклик в соцсетях: одни таким коммунальным условиям ужаснулись, другие военному не поверили. Пресс-служба Северного флота, к которому относятся военная часть Печенги, сообщила, что "порочащее видео военный снял до прошлогоднего ремонта".

– У нас так весь посёлок живёт. Как только оттепель – с крыши заливает и подъезд, и квартиры. Приезжайте – сами посмотрите, всё покажу. Мне терять уже нечего. Видел приказ – 31 марта меня увольняют, – заявил Баленко корреспонденту Север.Реалии.

Доехать удалось лишь к концу марта: дорога, ведущая из областного центра до Печенги, идёт через голую тундру, и в начале календарной весны трассу постоянно заметает. В это время люди в Печенге и Луостари отрезаны от мира: живут, как на острове, в ожидании затишья. За время изоляции Михаил Баленко смягчил свою позицию. Он рассказал корреспонденту Север.Реалии, что на его жену, которая работает в структуре ЖКХ, начали давить, а позже Михаил прислал корреспонденту СМС: "Приезжать не стоит. На меня давят". После этого старший прапорщик на связь выходить перестал.

Молчание солдат

По словам контрактников, с которыми пообщался Север.Реалии, они ежедневно подписывают бумагу о том, что не играют в азартные игры, никому никакой информации не предоставляют и не сидят в социальных сетях. Военнослужащим под угрозой увольнения запрещено рассказывать и об условиях быта, а из гражданских в гарнизонах только их жёны и дети.

Полностью закрытая от глаз структура армии надёжно скрывает не только условия жизни, но и факты коррупции и ЧП. В феврале в 200-й отдельной мотострелковой Печенгской бригаде Северного флота погибли трое военнослужащих: по информации Север.Реалии, один из них погиб в ДТП, второй захлебнулся рвотными массами, третий совершил суицид.

Еще один пример: несчастный случай, произошедший на одном из военных полигонов в начале марта: во время плановых занятий по боевой подготовке там сработал имитационный заряд, прикреплённый к беспилотнику. По официальной информации, пять человек получили незначительные ранения. По сведениям собеседников Север.Реалии, минимум двое военнослужащих лишились зрения, одному из них также оторвало кисть руки.

– Там получилось как: запускали дрон с имитационным зарядом. В нём – тротил. И, видимо, с тротилом переборщили. Дрон потерял управление и упал. Но упал там, где никто о запуске имитационного снаряда не знал. Падение дрона видели контрактники. Подошли к нему, а из него верёвка торчит, ну и дёрнули. А верёвка оказалась – детонатор. Сработало. Двое или трое ослепли, одному кисть руки оторвало, – рассказал контрактник Виктор.

Луостари

В хорошую погоду доехать от Мурманска до Луостари можно за полтора-два часа, но по заметенной местами трассе путь занимает больше трех часов. В гарнизонном городке тишина: пустые улицы с редкими прохожими, серые пятиэтажки в соседстве с двухэтажными постройками и огромное количество машин, припаркованных вдоль домов. На первый взгляд – обычный населённый пункт в российской глубинке. На самом деле все гораздо печальнее: некоторые окна в зданиях заколочены досками, где-то нет стёкол, на стенах двухэтажек растут ледяные глыбы, машины местами засыпаны снегом по самую крышу.

Вся жизнь поселка сосредоточена внутри бетонных коробок. В подъездах домов почти на каждом этаже организованы своеобразные места для отдыха: старый стул, тумба, пепельница.

– Вы после видеозаписей, которые прапор Баленко выложил, приехали? Ну, правильно он всё говорит. Нам квартиры знаете какие выдают? Приезжаешь – голые стены. Если интересно – сходите в соседний подъезд, там на пятом этаже квартира на заселение. Там же свалка просто. Они туда весь мусор свалили, а теперь предлагают новоприбывшим въехать. Здесь почти у всех потолки текут. Ремонт – за свои деньги, – рассказывают жильцы одного из подъездов пятиэтажки.

Называть свои имена они не хотят: боятся, что выгонят со службы. По той же причине просят их не фотографировать. Деньги контрактникам платят по областным меркам большие (от 60 тыс. рублей. – СР), вне службы, признаются парни, столько им не заработать.

В соседнем подъезде обстановка похожая: те же стулья и пепельницы из консервных банок на этажах, те же облупленные стены со вздувшейся от времени и сырости краской. На пятом – фанерная дверь в одну из квартир с дырой посередине. Открыть её непросто – снаружи она завалена старыми коврами, какими-то картонными коробками. В одной кто-то из жильцов, вероятно, соорудил себе кладовую и теперь хранит капусту. Внутри квартиры в кучу свалены оконные рамы, коробки, пачки из-под сигарет и прочий хлам. Одно из окон забито фанерой. Это именно та квартира, о которой рассказали контрактники: сюда въезжать предлагают тем, кто планирует служить в 200-й отдельной мотострелковой Печенгской Краснознамённой бригаде.

Обшарпанные стены, сырость и чёрная плесень на бетонных перекрытиях – почти в каждом жилом доме поселка. Единственное здание, которое на внешний вид выглядит ухоженным, – детский сад. Но центр притяжения всего поселка – единственный магазин и стоящая рядом закусочная. Именно здесь чувствуется жизнь: рядом гуляет несколько пар с колясками, в закусочную то и дело выскакивают одетые по-домашнему мужички, выходят они уже с бутылкой. Ассортимент в магазине простой: колбаса, консервы, крупы, сыр, хлеб, молоко, несколько видов мороженого – без изысков. В закусочной – пирожки на прилавке и огромное количество алкоголя.

"Обогреватели круглые сутки работают"

Денис, Виктор и Дмитрий (имена изменены. –​ СР) живут в одной из пятиэтажек. Первым делом молодые люди показывают электрощиток в подъезде.

– Оголённые силовые провода на 380. А если ребёнок подойдет? Вот сюда они ведут, здесь в полу дырка и тоже оголённые провода. Здесь пожары из-за этого постоянно. Я бы тебе показал, как у меня хата горела. Но вчера брат приехал, ремонт сделали. Знаешь, братан, какие мы бабки платим? У меня коммуналка выходит восемь тысяч рублей. Отопления нет. Батареи не греют. У меня обогреватели в каждой комнате стоят, круглые сутки работают, – рассказывает Денис.

Контрактник Дмитрий въехал в свою двухкомнатную квартиру недавно, но она не сильно отличается от пустующего жилья вокруг. Отваливающиеся обои в коридоре, грязная кухня с треснувшим стеклом, в одной из комнат – снарядные ящики вместо стола, на них две армейские миски и ложка, в другой – грязные стены, прогнившие полы и плесень. Фоном – вид из окон на военные боксы и стоящие там установки С-400. Бонусом – красивые футболки с модным логотипом от рэпера Тимати "Армия России" на груди военнослужащих.

Денис приехал в Луостари с женой и ребенком. В военкомате при подписании контракта обещали полностью укомплектованную квартиру, но поселили в разруху.

Если бы не Баленко, сюда бы хрен кто когда приехал. Здесь бы все его поддержали, но боятся работу потерять

– Когда хату получаешь здесь, из жилконторы, где ключи выдают, тебе говорят: пиши, что хата обеспечена всем. Что там есть унитаз, ванна, раковина. На деле – ноль. Когда я заехал в эту квартиру, это четыре года назад было, ни унитаза, ни раковины, ничего не было. Всё своими силами делал. У того купил за сто рублей, у этого за "пятихатку", вот по чуть-чуть. Год я только восстанавливал квартиру, чтобы с семьёй в ней можно было жить. Если бы не Баленко, сюда бы хрен кто когда приехал. Спасибо ему огромное. Здесь бы все его поддержали, но боятся работу потерять. Вот эту крышу, вот в этом доме мы втроём сделали. Я, мой зять, живёт с моей сестрой, и соседка. Потому что раньше, когда начиналась весна или шёл дождь, текло всё. И сразу замыкания. Трещит всё как салют, – говорит Денис.

– Идёшь в военкомат, там тебе всего наобещают, приезжаешь – совсем другое. Тебе дают документ, где написано чётко и ясно: квартира обеспечена всем, и ты это берёшь под контроль. Есть все жилищные условия, можешь там жить. Но на самом деле нет такого: или живи в казарме, или сам ремонтируй, – подтверждает Дмитрий.

Не рассказывают всей правды контрактникам и по поводу условий службы. Молодых парней, которые хотят связать свою жизнь с армией, в военкоматах их городов никто не предупреждал, что ждет их на службе. А на службе, по словам контрактников, разное: например, коррупция. Хочешь служить – плати, нужна премия – откати половину. Об этом также в одном из своих видео рассказывал старший прапорщик Баленко. Это же подтверждают собеседники Север.Реалии.

– Здесь коррупция везде. Не может полковник ездить на машине за восемь миллионов рублей на свою зарплату. Он получает 180 тысяч, минус коммуналка, минус еда, расходы. Сколько ему работать на такую машину надо? Всё за счёт нас, контрактников. Когда 1010 (приказ №1010 от июля 2010 года, альтернатива 13-й зарплаты для военных. –​ СР) его, его и меня – лишат. Вместо положенной суммы мне заплатят копейки. Чтоб ты 1010 получил – надо физо (физподготовка. –​ СР) сдать. Чтобы сдать –будь добр, десятку отстегни, чтобы двадцатку получить. Я в этом году сам сдал. Из дивизиона в 100 с лишним человек только двое сдали. А перед 1010 они могут ещё и марш-бросок сделать пять километров, который не положен. Специально делают, чтобы больше народа на дистанции сошло, чтобы им не платить премию новогоднюю, – объясняет Денис.

По словам контрактников, из выписанной премии их иногда заставляют половину отдать начальству.

– Договариваются знаешь как? "Слышь, майоришка, я тебе даю премию, две сотни тысяч, ты мне соточку отстёгиваешь. Понял?" И они таких, как мы, в свою очередь привлекают. Но зарплата хорошая. Подняли. Потому и молчат все, – рассказывает Денис.

Сейчас в 200-й отдельной мотострелковой Печенгской бригаде военные следователи Северного флота проводят проверку на предмет коррупции. "В связи с размещением в социальных сетях видео одного из военнослужащих военной части 08275, военным следственным отделом СК РФ по Печенгскому гарнизону проводится проверка сообщения о преступлениях", – пояснили в Следственном управлении по Северному флоту.

В целом жалоб из 200-й отдельной мотострелковой Печенгской бригады в последние годы до общественности и правозащитников доходит немного. Раньше срочники часто в основном жаловались на дедовщину. Например, в июле 2015 года солдаты привязали сослуживца к дереву в лесу, избили, обмазали лицо зубной пастой, сфотографировали и выложили это в интернет. Однако после 2016 года жалоб стало меньше. В 2018 году старшина роты избил двоих солдат, потому что был недоволен их формой одежды. Одного призывника он дважды ударил ладонью по лицу и коленом в голову, второго бил кулаком в живот. Прапорщика за самоуправство оштрафовали на 50 тысяч рублей.

По словам юриста правозащитной организации “Солдатские матери Санкт-Петербурга" Антона Щербака, снижение числа жалоб может быть связано с выходом Северного флота из Западного военного округа.

– В последние годы обращений практически не было, по крайней мере к нам. Не из Печенги, не из Северного флота в целом. Раньше обращались много. Но с того момента, как Северный флот стал отдельным стратегическим командованием, вышел из состава Западного военного округа, это где-то в 2016 году было, обращений стало заметно меньше. Последние громкие датируются 2015 годом. Это дедовщина в Печенге была, и тогда же контрактник жаловался, что их в Украину хотят перебросить, а в Печенге готовят. С тех пор – только мелкие. На здоровье жалуются, например. Не знаю, с чем это связано. Может, с формированием нового командования дисциплина улучшилась, может ещё что-то, – говорит Щербак.