«Такое ощущение, что сумасшедших одели в форму и сказали: „Ходи и всех задерживай“»

Интервью Иисуса Воробьева. Его задержали на Патриарших прудах во время прогулки с собакой

Днем 4 апреля на Патриарших прудах задержали местного жителя Иисуса Воробьева, когда он гулял с собакой по кличке Платон. Сотрудники полиции увезли Воробьева в ОВД «Пресненский», не дав отвести пса домой. В итоге Платон остался на улице один (к счастью, он вскоре нашел дорогу домой), а на Воробьева составили протокол о неповиновении законным требованиям полицейских. 6 апреля его дело рассмотрит Пресненский суд. Иисус Воробьев рассказал «Медузе», что не верит в оправдательный приговор, но и гулять с Платоном на Патриарших прудах не перестанет.

— Расскажите о вашем задержании.

— Я пошел гулять с собакой на Патриарший пруд. Половину пруда прошел, меня окликнули два полицейских. Говорят, что проход к Патриаршему пруду запрещен. Я спрашиваю, как же запрещен? Там ресторан «Павильон» строится, рабочие ходят, носят мешки с цементом. Почему им можно ходить, а мне нельзя? Они: «Вот указ мэра от такого-то числа». Я говорю, что все равно же сейчас самоизоляция, почему они могут ходить, работать, а мне с собакой нельзя гулять? Тем более, я в ста метрах от дома. В указе написано, что с собакой гулять можно. Они опять говорят, если мне не нравится, что там ходят рабочие, я могу написать жалобу в прокуратуру. Я говорю, ничего писать не буду. Они продолжают: «Вы не подчиняетесь законным требованиям сотрудника полиции». И один другому говорит: «Ну-ка давай, в машину его».

Мне закрутили руки за спину и потащили — их машина стояла неподалеку. Я говорю, чтобы они дали мне забрать собаку и отвести домой. Вообще ноль реакции. Вели себя, как эсэсовцы на оккупированной территории. Довели до машины, туда стали другие люди подходить, говорить им: «Что вы делаете? Дайте ему отвести собаку домой». Вообще ноль реакции. Меня запихнули в автобус. Я хотел женщине отдать поводок и сказать адрес, чтобы она довела — тоже не дали. Я в автобусе, собака около забора прыгает. Они туда-сюда ходят. Такое ощущение, что сумасшедших одели в форму и сказали: «Ходи и всех задерживай». То, что записано во всех этих законах о полиции, административных регламентах и прочее, где сказано, что когда человека задерживают, ему должны предоставить возможность связаться с близкими, объяснить ситуацию — ничего не дали сделать. Я говорю: «Давайте со мной кто-нибудь один пройдет (их там три человека было), тут идти не далеко». Тоже не дали отвести собаку. Потом меня повезли в ОВД «Пресненское», собака на улице осталась.

— Когда к вам подошли сотрудники, они представились?

— Да. Я попросил у одного удостоверение, он показал. Один представился, второй — нет. Вопрос-то в том, что они должны были представиться, объяснить причину, дать мне время. Если они ссылаются на закон, они должны были мне хотя бы норму закона показать. В общем, есть определенный административный регламент, который каждый полицейский должен соблюдать при обращении с гражданами. Они ничего не сделали из этого. Да, представились, и что? Помимо этого, еще много чего нужно сделать. А они обычно любят говорить: вот мы потребовали. А если бы он у меня потребовал деньги ему отдать? Или штаны? Штаны надо снимать?

— Городское управление МВД сообщило, что вы долго находились на территории Патриарших, оказывали сопротивление. Можете это прокомментировать?

— То, что я долго там находился — что, по их мнению, долго? Я обычно больше 20 минут с собакой не гуляю. Пройти от входа в парк до памятника Крылову — это пять минут. Это недолго. То, что я оказывал сопротивление. Они пишут в своих рапортах, что я не оказывал сопротивление, но ругался нецензурно. Это вранье, у них на видеофиксации все это есть. Я не ругался нецензурно. Они написали, что я не оказывал сопротивления. Но во втором рапорте пишут, что применили ко мне физическое средство залома руки за спину. То есть такие несостыковки.

— Кто-то, кроме вас гулял в этот момент у пруда? Был ли проход перегорожен?

— Там какие-то заборчики стоят. Что-то натянуто. Я заходил со стороны Малой Бронной — там, наверное, какой-то забор стоит, но пройти же можно. Я и прошел. Потом, уже в отделении, мне скинули ссылку с собянинского сайта о том, что Патриарший пруд не входит в перечень закрытых мест для посещения.

— Что происходило в ОВД? В том же сообщении МВД говорится, что вы себя не называли несколько часов.

— В ОВД ко мне обратился дежурный: «Расскажите, что у вас там случилось?». Я сказал спросить у них [у сотрудников, которые проводили задержание]. Потом я ему объяснил, что гулял с собакой, а на меня напали эти двое, собаку не дали ни отвести домой, ни кому-то отдать, и привезли сюда, потому что я якобы гулял на Патриарших и оказывал им сопротивление. Он предложил написать объяснение, спросил, как меня зовут. Я в соответствие со статье 51 Конституции не собирался что-либо объяснять и называть себя. Дежурный стал меня уговаривать, я сказал, что со мной не надо разговаривать.

Тогда меня отвезли в ОВД «Хамовники» для установления личности. Там на первом этаже комната, стоит аппарат — я так понимаю, дактилоскопический. Пришла женщина: «Давайте мы установим вашу личность по отпечаткам». Я сказал, что дактилоскопия — это добровольная процедура, а я не хотел это делать. Кроме того, меня схватили и уже больше часа возят по разным местам. Каждое действие должно быть запротоколировано: протокол доставления, протокол задержания. Мне не дали ознакомиться ни с одним протоколом, ни один не написан. Они мне начали говорить: «А как же мы напишем, если вы не говорите, как вас зовут». Я предложил сначала написать, а потом пустые строчки, где должны быть мои фамилия и имя, дополним.

Сели опять в машину, поехали обратно в ОВД «Пресненский». Я стал искать адвоката — позвонил в «ОВД-Инфо», они меня сориентировали, сказали, что пришлют адвоката из «Агоры». Через полчаса приехал адвокат Олег Елисеев [из «Правозащиты Открытки»]. Тогда я уже действовал через адвоката. Он назвал им мои паспортные данные. Они по своей системе установили, кто я такой. И дальше мы стали уже писать протоколы, материалы дела.

— В какой момент вы узнали, за что именно вас задержали?

— Когда мы ехали [с Патриарших прудов в ОВД «Пресненский»], они с кем-то созванивались. По разговору я слышал, что против меня чуть ли не уголовное дело хотят возбудить. Потом звучала какая-то другая статья. Но в итоге, как обычно, все свелось к неповиновению [законному распоряжению сотрудника полиции] по 19.3 [КоАП РФ].

— Как думаете, удастся ли выиграть дело в суде?

— Думаю, нет. У нас правосудие репрессивное. Естественно, оправдательное решение вряд ли будет. Мне адвокат сказал, какие могут быть [меры]: от штрафа до 15 суток. Я думаю, что-то посередине будет. А может на полную. В голову же им не заглянешь.

— Ваша собака Платон все-таки добралась домой. Кто-то помог или она сама нашла дорогу?

— Все-таки он — собака, он понимает: если постоянно ходишь одной дорогой гулять, можно запомнить. Как-то он догадался, он — умный пес. Это ситуация, как если бы женщина гуляла с ребенком маленьким. К ней бы они подошли, схватили ее, руки за спину заломили, запихнули к себе в автомобиль, а ребенок остался бы за забором. Как в фильме «Обыкновенный фашизм». Так фашисты поступали: взрослых в вагон, а детей — в барак. Тут то же самое.

— Ваш маршрут прогулок теперь изменится?

— Там же буду гулять. Если не запрещено ходить на пруду, если на сайте мэрии Патриарших нет в списке запрещенных к посещению мест, почему я не должен туда ходить?

— Вы можете дать совет другим собаководам, которые переживают, что их могут так же увезти и оставить собаку одну?

— Ходить большими группами. Когда человек один идет, его можно запросто схватить за руки, и все. Можно договариваться и идти вдесятером гулять.

— Хотя ситуация грустная, вчера многие шутили по поводу вашего задержания. Ведь не каждый день на Патриарших прудах задерживают Иисуса. Почему вас так назвали?

— Мама меня так назвала. Я еще помню, как меня крестили, когда мне было года два-три, в церкви Ивана Предтечи на Трехгорке. Это я помню, потому что мне очень не понравилось, когда меня окунали в чан с водой. На самом деле, с таким именем непросто было жить в Советском Союзе и учиться в советской школе.

Записала Кристина Сафонова