
Новые технологии предоставляют гражданским активистам невиданные по своей скорости и масштабам возможности для коммуникаций, привлечения сторонников, сбора средств.
#MeToo, экологические забастовки, протесты в Гонконге – эти примеры борьбы с изменением климата, кампании за гендерное и расовое равноправие известны многим. Рост социальных движений свидетельствует о расширении влияния людей на решение социальных проблем.
Все это ставит вопросы: как измерить влияние людей, участвующих в общественной кампании или движении; в какой мере они добиваются социальных изменений; чего можно добиться благодаря таким массовым инициативам?
Ответы позволят разрабатывать более успешные общественные кампании, эффективные стратегии привлечения и удержания сторонников, предлагать оптимальные инструменты для достижения значимых социальных изменений.
Попытка ответить на эти вопросы – доклад Measuring People Power In 2020+, подготовленный на основе глобального исследования текущих практик, которые используют организации, запускающие общественные кампании и движения.
Речь об измерении масштабов кампании – проникновение через различные формы медиа, узнаваемость кампании, количество вовлеченных людей и привлеченных средств.
Примеры: количество участников, доноров, адресов в email-рассылке, подписей под петицией, зрителей видеоролика или ТВ-передачи, публикаций об акции в СМИ и их аудитория; организованных акций и их участников; лайков и перепостов; посетителей сайта, новых подписчиков и пр.
Практически все усилия по оценке кампании строятся вокруг того, насколько эффективно достижение таких реакций. Сколько отправленных писем достигло адресатов? Какая доля получателей писем, читателей поста, зрителей ролика рассказали об этом в соцсетях / вступили в группу / подписали петицию? Как увеличилось количество и объем пожертвований?
Такие метрики использует большинство организаторов массовых кампаний. Это связано с тем, что они:
В то же время это «метрики тщеславия». Они практически ничего не говорят о влиянии общественной кампании. Что реально изменилось благодаря предпринятым усилиям?
Организаторы общественных кампаний редко измеряют внешнее влияние. Например, как изменилось отношение к той или иной проблеме в обществе? Какое количество законодательных инициатив поддержано по продвигаемой тематике? Сколько выделено госсредств на решение проблемы?
Базовое предположение традиционного подхода состоит в следующем. Чем больше ресурсов и активностей (сторонников, акций, просмотров и пр.) у кампании, тем больших социальных изменений она достигнет. Однако небольшие группы консолидированных и «громко звучащих» людей зачастую способны добиться больших изменений, чем менее вовлеченные группы.
Такой подход рассматривает сторонников исключительно как ресурс, как «боевых единиц», создающих пробивную массу. А это ведь реальные люди с уникальными возможностями, все вместе и каждый по отдельности они способствуют социальным изменениям.
Второй подход – попытка измерить потенциал, качество и прочность создаваемых сообществ, глубину вовлечения сторонников в деятельность организации и продвигаемую тему, силу межличностных связей и пр.
Все это предполагает глубинные исследования сторонников. Что их мотивирует, каков потенциал лидерства, с какой вероятностью и скоростью они станут более вовлеченными, как изменится база сторонников со временем и прочее.
Второй подход распространен в меньшей степени, но НКО и общественные компании все чаще внедряют в свою деятельность его отдельные элементы.
В отличие от традиционного «ресурсного» подхода, основное предположение – сильные сообщества и глубокое вовлечение в суть кампании обеспечат достижение социальных изменений.
Соответственно, фокус уже не на измерении реакции на мобилизирующие стимулы конкретных кампаний, а на оценке оргпотенциала активных групп в долгосрочной перспективе. На взращивании достаточного количества лидеров с необходимыми характеристиками, способных объединять вокруг себя людей, инициировать самостоятельные кампании с учетом местного контекста и пр.
И вновь тот же вопрос. Как глубина вовлечения сторонников или широта участия, согласно традиционному подходу, обеспечивают достижение миссии кампании или движения?
Безусловно, выбор той или иной стратегии будет зависеть от специфики общественной кампании – ставится ли краткосрочная цель («отбиться» здесь и сейчас) или долгосрочная, обеспечивающая стабильное функционирование в будущем.
И наконец, наиболее редкий подход к измерению влияния масс – подбор показателей под конкретную миссию кампании.
Универсальным показателем снова выступают финансы. Речь идет о так называемом возврате на инвестиции (ROI, Return on Investment) – стоимостной оценке инвестированного времени сторонников (затраты) и достигнутых результатов. Сколько времени «пожертвовали» сторонники кампании, будь они оплачиваемыми сотрудниками? Сколько стоит каждый из достигнутых результатов?
Учету и оцифровке подлежит каждый ресурс и результат. Лайки в соцсетях, подготовка писем депутатам, организация публичных мероприятий.
В целом, такой детальный учет весьма полезен для стратегического планирования. Он позволяет прогнозировать, сколько времени, усилий и иных ресурсов потребуется на проведение кампании; обеспечивает внутренние бенчмарки для оценки эффективности кампаний. Появляется возможность сегментации групп сторонников по количеству времени, инвестированному в деятельность организации; расчета затрат на их привлечение и удержание.
В то же время метод ROI не идеален. Здесь также перекос в сторону финансов. Как и в предыдущих подходах, не прослеживается прямая связь между вложенными ресурсами и достижением цели – можно попутно создать массу иных результатов и ценностей, но миссия так и не будет достигнута.
Кроме того, подбор показателей под конкретную кампанию усложняет проведение кросс-секторных сравнений, выявление и тиражирование успешных практик. Непростая задача – детальный, централизованный учет по действиям каждого сторонника.
Авторы доклада предлагают присмотреться к используемым подходам и метрикам, с помощью которых можно измерить влияние участников кампаний. Возможно, какие-то из них пригодятся и вам.
Авторы доклада:
Полную версию доклада вы можете прочитать по ссылке.