К лингвистике 2070 года

О науке «в целом» через полвека, конечно, много сказать не могу: я уже не совсем, быть может, философ. Но у меня есть ясное мнение о ближайших задачах практической лингвистики — к чему тут, на мой взгляд, нужно стремиться.

Прежде всего, это документация «угрожаемых языков», endangered languages. Языков на Земле становится всё меньше, ценность каждого из них очевидна всякому человеку с минимальным филологическим чутьем, да просто с базовым уровнем интеллектуальной культуры. То есть тут дело идет о скорой помощи, о спасении того, что еще можно спасти. А это бесписьменные языки, разбросанные по планете.

Что такое эта «документация»? Во-первых, мы должны собирать тексты в их естественном экологическом окружении. К примеру, если дело идет о бесписьменном языке, которым веками пользовалось преимущественно сообщество традиционных земледельцев в определенном уголке земного шара, то специфика этого языка — лексическая, но не только — глубже всего скажется в текстах, связанных с традиционной культурой этого сообщества. Глубже, чем, скажем, в миссионерских переводах Библии на этот язык. Важно сохранить для вечности и оригиналы полевых записей, желательно с видео.

Во-вторых, в обозримом будущем надо создавать текстовые базы данных, с лексическим и морфологическим анализом каждой словоформы — вроде тех баз, которые уже созданы для классических (мертвых) языков и для некоторых из современных литературных языков. Если речь идет о бесписьменном языке, которому предстоит исчезнуть в ближайшие 50–100 лет, то надо уже сейчас стремиться к тому, чтобы электронный корпус такого языка включал не меньше миллиона словоформ.

В-третьих, такой корпус послужит материалом для создания современного словаря.

В-четвертых, на основании корпуса и словаря нужно будет создать грамматику этого языка. Это, быть может, самая трудная задача, так как работа над грамматическим описанием предполагает «философию», т. е. у автора грамматики непременно есть свой образ лингвистики, пусть не до конца продуманный или даже вовсе не отрефлексированный.

В таком виде — корпус (с оригинальными записями и переводом), словарь, грамматика — плоды нашей работы по документации станут вполне доступны пользователям, в частности, теоретическим лингвистам всех направлений, историкам, культурантропологам…

Мы не можем предвидеть, кому и когда это может оказаться полезным. Но одно предвидеть можно: труд, в который вложена подлинная интеллектуальная энергия любви, ум, талант и преданность делу. Такой труд найдет благодарного потребителя. Потому что эта энергия творческого человека никуда не девается, она всегда в том, что он придумал и создал.

Сергей Лёзов,
лингвист, переводчик