Оригинал материала
Дома доболеете
В Ленобласти пациент четыре часа брел на отказывающих ногах домой из больницы, которую экстренно закрыли на карантин
Официально в Ленобласти запрещен прием в стационары с 30 марта. Но, не дожидаясь распоряжения правительства, еще 20-го числа в Приозерской межрайонной больнице решили, что пора готовиться к эпидемии. Одним днем десятки пациентов были распущены по домам, как будто и не болели вовсе.
Как стоял, так и рухнул
«Рома, я умираю», — такими словами старого друга встретил Дмитрий Дымников, с трудом доползший до двери своей квартиры, чтобы открыть на настойчивый стук. Подняться не было сил. Ноги и спина жутко болели. Накануне мужчина два километра шел пешком, хотя неделю назад был почти парализован и мог передвигаться только ползком.
Дмитрия угораздило заболеть в феврале.
«У меня старая травма позвоночника, — рассказывает он. — Занимался легкой атлетикой, в детстве быстро проходило, а во взрослой жизни начало вылезать. В 2016-м сделал МРТ, выявили целый букет заболеваний — остеохондроз, грыжи, люмбалгия. А тут перенервничал, много работал, и ноги просто отнялись: дома как стоял, так и рухнул».
Ему тридцать лет. Живет один. Родом он из Петербурга. Два года назад перебрался в Сосново Приозерского района Ленобласти. Тихий поселок, чистый воздух, жизнь дешевле городской. Но только медицина «своеобразная».
«Когда ноги отказали, у меня паника началась. Вызвал скорую. Бригада приехала, осмотрели, сделали укол, а в больницу забирать отказались. Сказали, что без справки от терапевта не госпитализируют, — до сих пор недоумевает Дмитрий. — Терапевта я ждал две недели, кажется, она была в отпуске.
Я все это время спал на полу, на жестком, так было чуть легче, ползал по квартире на четвереньках.
После того как терапевт выдала справку, я снова вызвал скорую, и меня наконец увезли в больницу».
В этом году 11 марта Дмитрия положили в сосновский стационар, подразделение Приозерской межрайонной больницы. Назначили, по его словам, процедуры на 20 дней. Но не прошло и половины срока, как врач сказал срочно собирать вещи и отправляться домой — больница закрывается на карантин.
Все ушли самостоятельно
Из дома на скорой Дымникова домчали до поселковой больницы за пять минут. Назад те же два километра он брел четыре часа.
«Утром 20 марта нам сказали, что пришла директива сверху закрываться на карантин. Нам померили температуру, раздали документы — и все, дальше врачам было уже не до нас, им надо было директиву выполнять. Сказали только: "Возвращайтесь в мае", — рассказывает Дмитрий. — Я вышел на крыльцо, вдохнул свежий воздух и пошел пешочком. Было очень больно. Я брел, качаясь, как пьяный, сначала по тропинке лесом, который вокруг больницы, потом улицами. Прохожих не встретил. Может, они и были, но у меня плохое зрение, большой минус, и я по пути никого не видел. Останавливался, наверное, каждые 50 метров, потом шел дальше».
Очки и мобильник Дмитрий оставил дома, когда его увозили в больницу, не до них было. Такси ему никто не предлагал вызвать, тем более отвезти обратно домой на скорой. Трости или костылей тоже не выдали. Говорит: «Добравшись до дома, я просто упал, передвигаться дальше мог только на коленях».
«Все пациенты, которых мы в тот день выписали, 15 человек, были в удовлетворительном состоянии. И Дмитрий тоже, его и так планировалось в ближайшие дни выписывать», — уверяет заведующий сосновской больницей Сергей Бесчастнов.
По его словам, в клинике исполняли спущенный сверху из Приозерской МБ внутренний приказ.
«Наш основной контингент — это лица старше 65 лет, и предусмотрительно было решено закрыть больницу на карантин.
Мы и сейчас закрыты. Все пациенты ушли самостоятельно», — констатирует заведующий.
Дмитрий постепенно приходит в себя. Пришлось потратиться на лекарства, ноги постепенно начинают слушаться. Друг Рома возит в Питер к остеопату, помог с продуктами. Местный участковый полицейский, совершавший обход территории, принес ему одноразовую маску. Юридическая организация «Правозащита Открытки» вызвалась помочь с адвокатом.
«Из-за распространения CОVID-19 в рамках обширных ограничительных мер в Ленобласти введены запреты на плановую госпитализацию больных, — объясняет юрист Алена Борисова, — за исключением больных из списка тяжелых заболеваний, например с туберкулезом, ВИЧ, злокачественными опухолями. Однако отдельно уточняется, что нет запрета на плановую госпитализацию людей с иными заболеваниями, если отсрочка оказания медицинской помощи может повлечь угрозу их здоровью. В Ленобласти так называемый карантин больниц был введен 30 марта отдельным постановлением правительства региона. А Дмитрия выписали еще 20 марта. То есть вообще непонятно, на каких основаниях; кто принимал решение о выписке, почему решили, что преждевременная выписка не угрожает его здоровью».
В пресс-службе Ленинградской области сообщили, что региональный комздрав проводит проверку по заявлению Дмитрия Дымникова. Кроме него, никто не пожаловался на врачей, досрочно закрывших больницу на карантин и отправивших пациентов «в удовлетворительном состоянии» ковылять до дома.
Кстати
Первое сообщение о выявлении коронавируса в Сосново появилось 1 апреля. На данный момент известно о двух заразившихся.
С начала апреля под прием больных с COVID-19 начали перепрофилировать один из корпусов Приозерской МБ. Больных туда должны начать направлять с середины этой недели.
Тем временем
Без справок не принимаем. Справки не выдаем
Не только в Ленобласти, но и в Петербурге пациенты с различными диагнозами столкнулись с трудностями в получении медицинской помощи в условиях эпидемии и ограничительных мер. В городе с 24 марта действует распоряжение главного санитарного врача о запрете амбулаторного приема и планового лечения в стационарах. Спустя сутки появился список исключений, в котором рак, диабет, гипертония, ВИЧ, туберкулез, гепатит, холера, чума и еще ряд заболеваний.
Петербуржцы довольно стойко переносят ограничения. В аппарате уполномоченного по правам человека отметили, что им на горячую линию поступило только две жалобы, связанные с неоказанием медпомощи. Мужчина просил разъяснений, что будет с его деньгами, уже отданными за протезирование зубов. Второе обращение пришло от блокадницы Майи Александровны. Из кардиологического отделения Госпиталя ветеранов войн в начале апреля ее выписали досрочно. 80-летняя женщина ложилась больше для профилактики, но все же объявление о выписке сразу после завтрака ее удивило, а еще больше расстроил острый бронхит, подхваченный в последний день госпитализации. Госпиталь перепрофилирован на прием пациентов с признаками ОРВИ и пневмонии.
«Очень много людей сейчас жалуется на то, что в стационары не принимают онкобольных без справок, что у них нет коронавируса, — рассказала «Новой» председатель петербургского регионального отделения «Лиги защитников пациентов» Надежда Марусева.
— От больных требуют справку не старше двух дней с момента сдачи анализа. Так быстро тест просто не сделать.
За пять-шесть дней результаты приходят в частных клиниках, за две-три недели — в государственных поликлиниках. Люди не знают, что делать, наши пациентские чаты забиты просьбами о помощи».
Петербурженка Анастасия Левина также столкнулась с этой проблемой. Новое правило в онкостационарах ввели 8 апреля. Незадолго до этого в диспансер в Песочном на операцию попал пациент, чья супруга болела коронавирусом. Сам он, к счастью, не заразился. Но об этом стало известно уже после операции.
«Я являюсь пациентом городского онкологического диспансера на Березовой аллее. 8 апреля у меня должна была начаться плановая госпитализации в дневной стационар, необходимо было пройти курс химиотерапии. Но мне отказали в приеме без справки, — говорит Анастасия. — О том, что она нужна, я узнала накануне и 7 апреля сдала анализ в 109-й районной поликлинике. Но там мне сказали, что справка будет только через 14 дней. Точнее, объяснили так: все результаты поступают сначала в комздрав. Если тест положительный, человека об этом извещают и госпитализируют, если отрицательный — справка возвращается обратно в поликлинику. Но пока ее туда-сюда возят, проходит две недели, и для госпитализации в онкоцентр она уже недействительна».