Оригинал материала
Лекарства от COVID-19 нет. Чем же от него лечат?
«Человек простой: если умрет, так и умрет;
если выздоровеет, то и так выздоровеет»
Н. В. Гоголь
Тема коронавируса не отпускает, да это и не удивительно, вся наша жизнь сейчас ею пронизана, каждый день начинается со сводки: сколько новых зараженных, сколько умерших. Еще недавно Гренландия – страна-остров, почти весь покрытый ледником, была последним местом, где не было инфицированных, но уже и она пала. Осталась только Антарктида, но пингвины, вроде, держатся, не сдаются врагу.
На самом деле шутить на тему коронавируса не получается, и больше всего страшит неизвестность. Неизвестно, как долго продлится пандемия. Неизвестно, возникает ли иммунитет у переболевших. Неизвестно, насколько разрушительна для организма выздоровевших перенесенная инфекция. И совсем неизвестно, чем лечить заболевших.
Эксперимент ВОЗ
Месяц назад Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила о проекте «Солидарность» – глобальном исследовании, цель которого -найти препараты, способные подавить или уничтожить коронавирус SARS-CoV-2. (Более привычный нам термин COVID-19 – это коронавирусная инфекция или тяжелый острый респираторный синдром (ТОРС), вызываемый коронавирусом SARS-CoV-2.)
Из-за временного цейтнота ученые и ВОЗ решили пойти нестандартным путем: так как на создание и тестирование новых лекарств уйдут годы, которых нет, было принято решение использовать для лечения и профилактики COVID-19 уже существующие лекарства, применяемые для лечения других заболеваний, и фиксировать результаты. В сущности, проект «Солидарность» – это массовый клинический эксперимент на людях, проводимый без соблюдения золотых стандартов, принятых в медицинских исследованиях, – на войне как на войне.
Ученые поначалу предложили для тестирования десятки препаратов, но ВОЗ приняла решение ограничиться четырьмя, как ей кажется, наиболее перспективными. Вот их краткое описание.
1. Ремдесивир – экспериментальный противовирусный препарат, разработанный компанией Gilead для борьбы с лихорадкой Эбола. В борьбе с Эболой он не показал никаких результатов, так что сейчас ему дали второй шанс. Надежды на него связаны с тем, что в 2017 году ученые из Университета Северной Каролины в Чапел-Хилле в ходе исследований в пробирке и на подопытных животных доказали, что препарат подавляет коронавирусы, вызывающие SARS (атипичную пневмонию) и MERS (ближневосточный респираторный синдром).
2. «Калетра» – комбинированный препарат против ВИЧ, содержащий два ингредиента: лопинавир и ритонавир. Он применяется в США с 2000 года для лечения ВИЧ-инфекций. Считается в целом безопасным, но при взаимодействии с другими препаратами, которые обычно назначаются тяжелым пациентам, может стать причиной серьезных повреждений печени. В программу «Солидарность» его включили, потому что он хорошо себя показал на мартышках, инфицированных вирусом MERS, и тестировался на людях с SARS и MERS, хотя результаты этих испытаний нельзя назвать удачными.
3. Тот же комбинированный препарат против ВИЧ (лопинавир и ритонавир) плюс интерферон бета-1b. Это сочетание тоже дало эффект на мартышках, инфицированных MERS.
Но использование интерферона на пациентах с тяжелой формой COVID-19 рискованно, считает эксперт по легочным инфекциям Гиссенского университета в Германии Сюзанна Херольд. «Если его давать на поздней стадии заболевания, это может вместо помощи привести к серьезному повреждению тканей», – предупреждает она.
Похожего мнения придерживается и ведущий научный сотрудник отдела иммунологии ЦНИИ туберкулеза Татьяна Кондратьева: «Есть предположение (только предположение!), что в самом начале COVID-19 есть отставание в выработке интерферонов 1 типа. В остром же периоде начинается воспаление и “цитокиновый шторм” (очень бурная иммунная реакция, вызывающая цепочку разрушительных явлений в организме, ведущих к его гибели). Пока никто не может отличить эти фазы. Если во время шторма еще добавить интерферон – будет только хуже».
4. Хлорохин и гидроксихлорохин. Хлорохин – разработанное еще в 1934 году лекарство от малярии. Гидроксихлорохин – производное хлорохина, обладающее менее тяжелыми побочными эффектами, появился на фармрынке в 1955 году. Оба препарата внесены ВОЗ в список важнейших лекарственных средств. Из-за способности подавлять иммунитет хлорохин и гидроксихлорохин применяются при некоторых аутоиммунных заболеваниях, например, при волчанке и ревматоидном артрите.
Как отмечает доктор биологических наук Татьяна Кондратьева, у этих препаратов сильные побочные эффекты, в частности, они поражают печень. Еще один серьезный побочный эффект этих веществ – нарушение сердечного ритма, которое может привести к острой сердечной недостаточности.
Поначалу ВОЗ эти два препарата исключила из проекта «Солидарность», но затем передумала. В докладе рабочей группы ВОЗ, изучающей лекарственный потенциал, говорится, что этим лекарствам «уделялось пристальное внимание» во многих странах и «лекарства привлекли очень большой общественный интерес», что побудило ВОЗ включить их в проект.
Коронавирус и геополитика
«Очень большой общественный интерес» – это, в первую очередь, восторженный твит Трампа: «ГИДРОКСИХЛОРОХИН И АЗИТРОМИЦИН, принимаемые вместе, имеют реальный шанс стать одним из крупнейших поворотных моментов в истории медицины», – опубликованный американским президентом 21 марта.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]