«Всевышний защитит». Тысячи верующих в разгар эпидемии пришли в белорусские храмы с одобрения Лукашенко

В толпе около церкви — люди с подтвержденным коронавирусом. Архиепископа Гурия увезли со службы прямо в реанимацию с острой пневмонией. Меж тем Лукашенко продолжает упрекать тех, кто не пришел в храм, потому что «от коронавируса никто не умер» (хотя даже по официальным данным в стране от COVID-19 умер уже 51 человек). Митрополит Павел, наоборот, впервые выступил не в унисон с президентом и призвал верующих оставаться дома. Тем временем белорусские медики и активисты также продолжают бесстрашную борьбу с эпидемией.

Храм иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» не самая популярная церковь Минска. Туда не приезжают чиновники и бизнесмены, там не делают селфи хорошо одетые дамы из Instagram. Церковь эта строилась долго и открылась лишь два года назад в Слепянке — районе неподалеку от Тракторного завода. Рядом — «химия» и наркодиспансер, так что место вовсе не гламурное. Зато в храме бесплатно кормят бомжей, работают группы помощи алкоголикам и наркоманам. Субботним вечером, накануне православной Пасхи, на пятачке вокруг церкви довольно большая толпа — человек сто пятьдесят. Кто-то освящает принесенные куличи, кто-то покупает уже готовые, кто-то торгует продуктами к пасхальному столу, кто-то просто наблюдает. Все отнюдь не юного возраста, все без масок, все рядышком. Полторы сотни из группы риска.

— А что со мной станется? — говорит женщина с куличом. — Коронавирусом можно заразиться и в магазине, и в аптеке, и в лифте. Так что, теперь святой праздник пропускать из-за этой заразы?

— Всевышний защитит, — говорит вторая обладательница кулича. — Этот вирус американцы выдумали, вот он их сейчас и карает. А нам ничего не грозит.

— А я уже контакт первого уровня, — говорит третья. — У мужа подтвержден коронавирус, меня две недели подержали на больничном и ничего. Зато на заводе у меня 50 мужиков теперь с салфеточками ходят, руки моют, маски меняют по четыре за смену. А раньше ходили все в мазуте и не мылись. Так что спасибо коронавирусу.

Спрашиваю, намного ли меньше сегодня людей, чем обычно. Чуть-чуть, отвечают, меньше, но в принципе ненамного. Это же относится к посещаемости и других белорусских храмов на Пасху. То же самое было и в Свято-Духовом кафедральном соборе во время всенощной службы: толпа, которая «в принципе ненамного» меньше обычной. В основном женщины, многие с детьми. Все в платочках, но без масок. В масках две молодые женщины. Вернее, даже не в масках, а замотанные платками до самых глаз. Впрочем, в таком плотном окружении это вряд ли поможет.

Карантина в Беларуси нет. Коронавируса, по словам Александра Лукашенко, тоже. «У нас в стране не умер ни один человек от коронавируса», — заявил он 13 апреля на встрече с руководителями Минздрава и своей администрации. Тогда же он сказал: «Мы дорогу к храму никому не закрываем. Это мое жесткое требование. Мы никому ничего не запрещаем. Мы это довели до руководства всех церквей, конфессий, в том числе и православной церкви. Кто хочет, тот помолится, сходит в храм. Я буду в церкви». А на следующий день, 14 апреля, митрополит Павел, патриарший экзарх всея Беларуси, дал пресс-конференцию «Коронавирус как вызов: ответ Белорусской православной церкви». На пресс-конференции митрополит обратился к православным и призвал их оставаться дома: «Чтобы сберечь наших верующих людей, мы призываем всех вас, дорогие братья и сестры: как бы это ни было больно — воздержитесь, побудьте дома в эти дни Великой седмицы и праздника Пасхи! В этом будет больше пользы и для вас, и для ваших близких. Молитесь дома, как это делали наши бабушки в годы гонений на Церковь. Поверьте, как у наших бабушек никто не смог отнять праздник Пасхи, так и у нас никто не сможет отнять Воскресение Христово!» А тех, кто призывал идти в храмы, митрополит назвал псевдопастырями и подстрекателями. И это впервые в новейшей истории Беларуси, когда голоса официальной власти и православной церкви прозвучали не в унисон, когда Александр Лукашенко и белорусский митрополит призвали к совершенно противоположным действиям.

Значит ли это, что православные поддержали Лукашенко? Кто-то видит это иначе: эта ситуация выявила реальное количество верующих, они оказались в меньшинстве: именно их не было в храмах во время пасхальных богослужений.

Александр Лукашенко со своим сыном Николаем на Пасху посетил Свято-Благовещенский Ляденский храм в Смолевичском районе

— У нас в церкви есть шутка, — рассказала Евгения, мать семерых детей, преподаватель церковной воскресной школы. — «А что это я, как ни зайду, в храм, слышу одно и то же: «Христос воскресе! Христос воскресе!»?» В этом суть. Разница между прихожанами и «захожанами», как мы их называем. «Захожане» — это те, кто раз в год с вербочками или с куличами приходит в церковь. Для них важна атрибутика: вот кулич освятим, храм посетим — вроде и отметились как православные. Но это скорее языческий путь. Церковь, конечно, не армия с ее дисциплиной, святые отцы ничего никому приказать не могут. Но настоящие верующие, конечно, послушают митрополита и останутся дома.

Евгения в храме, можно сказать, выросла. Там и с мужем познакомилась. Не пропустила ни одного церковного праздника за исключением тех, которые провела в роддоме. Но в этом году на Пасху вместе со своей семьей она осталась дома. Как и дизайнер Анна, которая пришла к серьезной, глубокой вере тридцать лет назад: «Мы с мужем будем смотреть трансляцию Всенощной по телевизору. Потому что мы вменяемые. А те, кто невменяемый, пусть слушают проповеди настоятеля Свято-Елисаветинского монастыря».

Настоятель Свято-Елисаветинского монастыря протоиерей Андрей Лемешонок — личность в Белорусской православной церкви известная и одиозная. Это он во время празднования Вербного воскресенья в Могилеве утверждал, что святыня не может быть переносчиком инфекции, а потому целовать иконы во время эпидемии — это нормально. Но большинство священнослужителей дружным церковным хором убеждали прихожан оставаться дома и неодобрительно высказывались о тех, кто все-таки шел в церковь. «Мне трудно сказать, почему они это делают, — говорит отец Георгий, клирик одного из минских храмов. — Каждый случай стоит рассматривать отдельно. И это отдельная большая тема в плоскости религиозной психологии (осмысления религиозной традиции) и социологии (идентификации себя с ней). Но в любом случае это уже их личный выбор, потому что это явное непослушание Церкви. Я переживаю за жизни людей и молюсь о том, чтобы заболевших было как можно меньше».

После пасхального богослужения в реанимацию увезли архиепископа Новогрудского и Слонимского, ректора Минской духовной семинарии Гурия. Это он в ночь с субботы на воскресенье участвовал в службе в Жировичском Свято-Успенском монастыре, которую транслировал белорусский канал СТВ. Жировичи давно называют оплотом белорусского православия. Это действительно знаменитый монастырь, центр паломничества, основанный в XVI веке. В любой религиозный праздник там всегда толпы. На этот раз ненамного меньше, чем обычно. Информацию о госпитализации архиепископа 20 апреля разместил на своей странице в Facebook минский священник Александр Шрамко. Вечером журналисты «Газеты Слонимской» получили подтверждение от отца Вадима, благочинного Слонимского церковного округа: «Действительно, владыка лежит в реанимации в Гродно. Ему на пасхальной службе стало плохо. Он до Вербного воскресения лежал в Гродно в больнице, лечился. Приехал не совсем выздоровевший, находился неделю на самоизоляции. На пасхальной службе он побыл немного, ему стало плохо. Медики забрали и сказали, что у него воспаление легких. Взяли анализ на коронавирус, говорят, вроде бы результат положительный, а как на самом деле, не знаю… Пока точно могу сказать, что у владыки пневмония. Сейчас санстанция проверяет семинарию».

После пасхального богослужения в реанимацию увезли архиепископа Новогрудского и Слонимского

А будут ли проверять прихожан? Вряд ли. Они документы не предъявляют, имена посещающих храмы не записывают. Но белорусские врачи убеждены, что после Пасхи количество зараженных коронавирусом возрастет многократно.

Елена, анестезиолог-реаниматолог одной из минских клинических больниц:

— Пасха — это не один день, это цикл, который длится довольно долго. Если человек считает себя принадлежащим к церкви и всерьез следующим ритуалам, то надо учитывать, что начинается все с Вербного воскресенья, а заканчивается Радуницей. Это две недели, когда люди плотно готовятся, часто ходят в магазины, покупают не только предметы культа, но и продукты, потому что это застолья, семейные встречи, беспрерывные контакты. Люди ходят то на исповедь, то освящать продукты, то на кладбище, где в эти дни тоже много народу. Так что количество зараженных будет расти волнообразно. При том, что многие уже сообразили: следует защищать себя масками, обрабатывать руки. Тем не менее непосредственные контакты все еще являются основным путем передачи вируса, как и при любой инфекции. Те же, кто приходит в церковь без маски — а таких большинство, — видимо, считают себя находящимися под защитой высших сил и не понимают простую вещь: вирусу все равно, во что мы веруем. Он либо попал в организм, либо не попал, а дальше все зависит не от нашей веры, а от нашего здоровья. Возможно, эти люди считают, что иммунитет поможет им справиться. Но практика показывает, что бывают неожиданности.

Наша система здравоохранения пытается работать с опережением. Если бы власть так долго не утверждала, что вируса у нас нет, потому что его глазом не видать, все было бы еще более продумано. На самом деле готовятся и освобождаются койки для массовых поступлений, переориентируют систему диагностики, разрабатывают систему помощи на дому, когда нетяжелые пациенты будут лечиться амбулаторно в условиях самоизоляции. Есть график посещения этих пациентов: на первый, седьмой и на четырнадцатый день они будут осмотрены очно, в остальное время их будут консультировать по телефону. Минздрав разрабатывает систему защиты. Поскольку врачи не железные, уже разрабатывается модель, откуда будут браться кадры для реанимации, если понадобятся дополнительные специалисты. Отделениям поставлена задача — выделить и подготовить людей, которые будут при необходимости дежурить в бригадах реанимации. В общем, мы готовимся. Понятно, что такие специалисты, подготовленные на краткосрочных курсах, не будут задействованы при тяжелых манипуляциях, но оценить состояние больного они вполне смогут. Конечно, старшие коллеги будут их страховать и помогать. В любом случае даже физическое присутствие дополнительных специалистов будет облегчать нам жизнь, потому что снаряды падают все ближе. А вообще, врачи, которые работают «на земле», с грустью смеются, слушая как чиновников от здравоохранения, так и чиновников в целом, поскольку нам очевидно, что та смертность в один процент, которую нам с завидным упорством демонстрирует министерство здравоохранения, является столь же достоверной, как и результаты выборов в нашей стране. Их будто бы учили считать в одной и той же конторе.

"Если бы власть так долго не утверждала, что вируса у нас нет, все было бы более продумано"

Александр Лукашенко в воскресенье тоже побывал в церкви — он поставил свечку в Свято-Благовещенском храме в деревне Малые Ляды Смолевичского района и перед телекамерами отчитал тех, кто остался дома: «Как только наступил этот психоз — даже не болезнь, — все рванули не в храм, а от храма. Нехорошо». Несомненно, он уже знал, что архиепископа Гурия увезли прямо с пасхальной службы в Жировичах, но виду не подал.

Ирина Халип

Читайте также: Козой против вируса. Провал Лукашенко в борьбе с эпидемией может подорвать его легитимность внутри страны