Дому не нужны

Родственницы вахтовиков, которых местные власти не забирают с месторождения в Чаянде, провели акцию протеста

Двадцать омичек 6 мая вышли к зданию облправительства. Все — в масках. Трое из них встали в ряд, развернув плакаты: «Верните наших сыновей и мужей», «Не позволим нарушить права наших родных», «Хочу, чтоб мой папа был дома».

Вторую неделю женщины добиваются от руководства области, чтобы оно вывезло их родственников, прописанных и проживающих в Омске, из «зоны бедствия», каким стало в последние три недели Чаяндинское нефтегазоконденсатное месторождение (Якутия, Ленский улус), где находятся в настоящее время около полутора тысяч вахтовиков-омичей.

Как сообщала «Новая», с 17 апреля указом главы республики в нем введен «режим самоизоляции».

— Это одно название, — говорят участницы акции. — Никакой там изоляции нет: живут в скотских условиях — в бараке по 8‒9 человек, на пятьсот душ — пять душевых. Выдали им каждому по три маски на месяц — толку от них? И никакой дезинфекции.

Напомним, по первоначальным данным регионального оперативного штаба, инфекция выявлена у 3,5 тысячи работников месторождения — трети от общей их численности.

Вскоре эти цифры с его сайта исчезли, и никакой официальной статистики по зараженным коронавирусом в Чаянде нет. Хотя вахтовики утверждают, что результаты первого теста, взятого 22 апреля, им известны: по их сообщениям, «очень много» «положительных».

Муж Алены Ахметжановой, например, работает мастером и живет, по ее словам, в «еще более-менее сносных условиях».

— Их трое в комнате. А есть, например, вагончики, где восемь зараженных рабочих, и с ними один здоровый, — рассказывает Алена.

— Как он может изолироваться? Им выдали маски только 2 мая. Муж должен был вернуться 16 апреля, а теперь, сказали нам в областном правительстве, до возвращения нужно пройти еще два тестирования, а на каждое по две недели уходит — не пойму, почему так долго.

Как рассказывают женщины, омские власти приютили 50 «чаяндинцев» (об их размещении в медсанчасти сообщали местные СМИ), большинство из которых — не омичи, но зато все они — «не простые работяги, а руководители».

3 мая протестующие обращались с петицией к областному правительству, 4 мая отправили обращение в администрацию президента.

— Мы с 25 апреля «бомбим» каждый день все областные структуры — минздрав, приемную губернатора, нас пинают с одного номера на другой. И такая проблема только с Омском.

Есть график вывоза людей с Чаянды: до 10 мая будут отправлены [домой] три тысячи человек, в Уфу, в Челябинск… Всего 11 регионов. А Омской области в этом графике нет.

Все губернаторы дают добро, кроме Буркова. Президент Башкирии сказал: я своих не брошу и с 30 апреля всех вывозит. Их там 1800, половина из них — зараженные. А омичей только 15 человек вывезли из 1450, до остальных властям дела нет.

Пикетчицы свернули плакаты, но с площади у облправительства не ушли: Сотрудники полиции переписали их паспортные данные и, услышав много нелестного в свой адрес, хотели некоторых из них задержать, но так и не рискнули.

Следующим шагом протестанток, если от областных властей не последует никакой реакции, станет обращение на горячую линию президента.

Тем временем к омскому губернатору Буркову обратился и генеральный директор фирмы-работодателя вахтовиков — «Стройтранснефтегаз»: он просит главу области «принять вахтовых рабочих в количестве 1450 человек, имеющих положительные и отрицательные результаты тестов по COVID-19».