«Наша цель — не дать им погибнуть»

Актеры БДТ собрали для больницы почти 4 миллиона рублей. Худрук театра Андрей Могучий — о том, почему важно помогать врачам любыми способами

17 мая БДТ имени Товстоногова провел марафон в поддержку врачей — актеры театра (среди них Алиса Фрейндлих, Олег Басилашвили, Нина Усатова и другие) прочитали тексты, написанные врачами во время пандемии коронавируса. За день театру удалось собрать 3,8 миллиона рублей — средства направят НИИ Скорой помощи имени Джанелидзе в Санкт-Петербурге. Эстафету акции #помогиврачам принял «Гоголь-центр» — его марафон начнется 20 мая, собранные актерами «Гоголь-центра» средства направят двум нижегородским больницам. Художественный руководитель БДТ Андрей Могучий рассказал «Медузе», как появилась эта акция, почему именно сейчас важно поддерживать врачей любыми способами и как еще можно им помочь.

— Как началась эта акция?

— Она началась со звонка. С [моего] звонка в НИИ Скорой помощи имени Джанелидзе. Должен сказать, что наш театр с этим институтом дружит давно. Они нас всегда выручают в самых разных ситуациях. У артистов и врачей вообще особый тип взаимоотношений, потому что врачи выступают настройщиками — тело и психика артистов должны быть всегда в порядке. Поэтому врачи для нас особенно ценны. Они всегда нам помогали. Я позвонил им, уже не помню зачем, за какой-то помощью — и услышал голос [собеседника] и понял, что там что-то не в порядке.

— Когда это было?

— В четверг [14 мая]. Я не буду называть имени этого человека, так как не спрашивал его согласия. Он начал с фразы «Чем я могу помочь?» Он — мне. Но он сказал это таким голосом, что я понял, что помощь нужна не мне, а ему. Я стал спрашивать, что у них происходит. Он аккуратно отвечал на вопросы, [стало ясно], что в общем все не очень хорошо. Проект не родился бы, если бы не этот звонок.

Я понял, что надо поднимать артистов, команду БДТ Digital. Возникла идея сделать этот проект в виде документального спектакля. Мы берем реальные тексты, написанные сейчас врачами [и читаем их]. Это очень похоже на то, что мы делали к 9 мая, — только там были дневники и письма войны, такой радиоспектакль, который 12 часов шел в онлайне. А сейчас мы оказались в другой военной теме. Артисты уже освоили этот тип социального театра и приняли все близко к сердцу. Они выстроились в очередь, чтобы произносить эти тексты.

— Свидетельства врачей, которые вы берете, принадлежат только работникам НИИ Скорой помощи имени Джанелидзе?

— Нет, есть и из других больниц тоже. Я должен сказать важную вещь, которую мы для себя определили. Мы хотим помогать конкретным людям, которых мы знаем. Так мы можем узнать, куда уходит эта помощь. Это конкретные люди, которые рядом с нами.

Мы помогаем НИИ Джанелидзе, а кому поможете вы? Сейчас нас поддержал «Гоголь-центр», они будут помогать нижегородским больницам — Городской клинической больнице № 5 и Рентгенологическому отделению ГБУЗ НО «Балахнинская ЦРБ» Нижегородской области. Это такая эстафета, которую мы делаем вместе с журналом «Театр», они нас решили поддержать, чтобы все не закончилось только нашей воскресной акцией. Мы призываем коллег продолжать эту инициативу, потому что, кажется, это тот момент, когда артисты должны отдавать свои долги врачам. Сейчас подключился «Гоголь-центр», «Приют комедианта», Виктор Рыжаков из «Современника»…

Я бы очень хотел, чтобы эта история продолжилась. Им непросто. Это мягкое слово. Им сурово. Судя по тем разговорам, по близким мне людям, врачам. Это очень сурово.

— Где вы брали тексты? Общались с авторами? Собирали их анонимно?

— Там не было одного пути. В основном искали в интернете, многие врачи ведут дневники в инстаграме; что-то присылали, что-то через знакомых. Вчера, например, мы нашли пост врача, обнаружившей с удивлением, что ее текст прочла Алиса Бруновна Фрейндлих. Автор не знала, что этот текст будет произнесен… Она написала в соцсетях свои мысли, Фрейндлих этот текст был распределен, — как это у нас принято в театре. Она взяла его как пьесу.

Автор этого текста, можно сказать драматург, нашелся — она работает где-то в Ленобласти. Она написала, что запись Алисы Фрейндлих вызвала у нее прилив радости и энтузиазма, как это замечательно. Она написала, что это важнее всяких государственных наград. Честно скажу, мне это очень приятно. Алисе Бруновне я тоже отправил этот пост, она прочитала. Очень важно оказать конкретную помощь этим людям. Это очень важно для артистов — они выстроились в очередь, не на всех текстов хватило.

Самый важный источник текстов был таким — под конец марафона стали приходить тексты из НИИ Джанелидзе. Они же не знали, что мы будем это делать. Они слушали весь день наш марафон — и к концу дня, когда находили лишнюю минуту, присылали тексты прямо оттуда, написанные прямо в течение этого дня. И мы озвучивали их мгновенно. Они ждали, кто будет читать. Кого я распределю на эти тексты. Им было это очень важно. Я надеюсь, что мы сделали все правильно, как им и хотелось.

Наша роль — не навредить, как и у врачей по отношению к пациентам. Мы стараемся быть очень тактичными и не нарушать этических границ.

— Получается, что таким образом вы даете врачам голос. Не все из них готовы, например, говорить с журналистами, но так их точно услышат.

— Да, это так. Мы говорим за них, это правда.

Я никогда не занимался такой деятельностью, ни социальным театром активно, ни благотворительностью. Но я почувствовал, как легко на эту тему садятся люди, которые хотят получить свои дивиденды — личностные, политические, какие угодно. Эти проявления были не очень сильными, но они были. Я понимаю, как легко это присваивают те, кому не интересны люди, а интересны свои цели.

Я призываю всех не навредить этим людям. Быть очень осторожными. Наша цель — не дать им погибнуть. От невнимания, от болезни, от отсутствия защиты, на которую нет денег. Мы долго можем говорить о бюрократии, о коррупции, о всей этой чуши, которая в нашей стране творится, но сейчас не тот момент, когда с этим надо разбираться, мне кажется. Государство в таких вещах, конечно, менее поворотливо, чем мы. Поэтому мы пытаемся помочь сейчас, пока эта бюрократическая машина разворачивается в нужную сторону, пока она начнет адекватно реагировать на то, что происходит в поле, в бою. Мне кажется, наш долг сейчас, долг тех, кто может чем-то помочь — попробовать взять эту историю на себя.

— Как оцениваете результаты первого марафона? Собрали почти 4 миллиона рублей?

— Да, за день мы собрали 3,8 миллиона, деньги еще идут. Я не ожидал, честно скажу. Я не знаю, как работают эти механизмы. Но мне кажется, что это неплохой результат. Очень быстро откликнулся фонд «Не напрасно», который вместе с другими фондами создал движение «Что делать», направленное на борьбу с COVID-19. Я знаю, что этих денег хватит, может, не надолго, но условно говоря, месяц можно будет продержаться. Главное, не обольщаться по этому поводу, а пытаться продолжать помогать.

Для меня главная цель была другая — обратить внимание. На врачей, на то, что им плохо, что им тяжело. Чтобы они услышали, что они не брошены. Они же заперты в больницах — по причине карантина, по причине болезни… Они просто болеют ковидом. Мне кажется, важно дать сигнал этим людям, что они не одиноки.

— Какие еще были отклики от врачей? Кроме поста, о котором вы рассказывали.

— Телефонные в основном. Я слышал благодарности. Но об этом я меньше всего хочу говорить, на самом деле.

— Продолжите ли вы делать такие акции?

— Посмотрим. Я внимательно слежу за процессом. Не знаю, будем ли мы делать это так шумно, — если надо будет, конечно, будем. Но мне кажется, сейчас важно, чтобы нас поддержали. Я имею в виду театральных людей, которые по жизни всегда обязаны врачам. У каждого свой врач — и это тоже важно, ты можешь не топить космос, просто скажи спасибо и помоги тому человеку, который тебе помогал. Это очень простая же вещь.

Я был бы рад, конечно, если бы подключились не только актеры, но и медийные личности. Мне кажется, все зависит от нас. Тут есть реальный шанс помочь. Его надо использовать.

— Вы на связи с врачами. Что они говорят, как еще можно помочь?

— Я бы говорил, в первую очередь, про движение «Что делать» — оно объединяет несколько фондов [для борьбы с эпидемией]. Я знаю, что другие театры будут взаимодействовать с другими близкими им фондами, — тут нет никаких границ.

Помощь простая — внимание. И средства индивидуальной защиты. Насколько я понимаю, еще грядет проблема с тестами на антитела, они в дефиците. Поэтому врачи ни больных, ни себя не могут проверить. И еще еда. Хочу вспомнить еще одну организацию — «Антон тут рядом», они сейчас готовят еду и возят ее в больницы, студенты организации кормят врачей, шьют маски, хотя им самим нужна помощь. Они как могут собирают деньги на себя, но успевают еще и помогать.

Наталья Гредина