Латинская Америка рискует стать главной жертвой коронавируса. Бразилия вышла на третье место в мире по числу зараженных, Аргентине грозит дефолт

По Латинской Америке эпидемия коронавируса ударила особенно сильно. Бразилия вышла на третье место в мире по числу зараженных; Перу, Мексика и Чили — в первой двадцатке. Латиноамериканские правительства выбирают разные стратегии борьбы с коронавирусным кризисом, но, скорее всего, никто не справится с ним без серьезных потерь. Экономика и медицина в этих странах устроены так, что у них есть большие шансы стать главными жертвами пандемии.

Все материалы «Медузы» о коронавирусе открыты для распространения по лицензии Creative Commons CC BY. Вы можете их перепечатать! На фотографии лицензия не распространяется.

Первый официальный случай заражения COVID-19 в Латинской Америке был зарегистрирован 25 февраля в Бразилии — Италия к тому моменту сообщила уже о 12 погибших. Через месяц, выступая перед журналистами, президент страны Жаир Болсонару, которого называют «Трампом из тропиков», в очередной раз отказался считать коронавирус серьезной угрозой, заявив, что «бразильцев ничем не заразить», ведь они могут «нырять в канализацию и не болеть». К этому моменту в Бразилии только по официальным данным насчитывалось 2980 зараженных и 77 умерших от коронавируса. Всеобщий обязательный карантин не введен в стране до сих пор.

Впрочем, эксцентричное поведение лидера и отсутствие внятных мер реагирования на эпидемию для этого региона скорее исключение. 15 марта власти Перу первыми в Латинской Америке объявили о всеобщем обязательном карантине, 16 марта режим чрезвычайного положения ввел Эквадор, 17 марта о принудительной самоизоляции объявила Венесуэла, 18 марта чрезвычайное положение ввели власти Чили. К концу марта границы государств уже были закрыты, частично прекращено авиасообщение, а большая часть граждан (за исключением бразильцев) так или иначе отправлена на самоизоляцию.

Странам Латинской Америки и Карибского бассейна было критически важно успеть использовать небольшой выигрыш во времени, чтобы подготовиться к пандемии. Но даже быстрый карантин не перевесил структурные проблемы, которые копились в регионе десятилетиями.

Недофинансирование медицины, нехватка больничных коек, очереди на похороны

В странах Латинской Америки слабая, плохо финансируемая медицина. Государства региона в среднем инвестируют в здравоохранение 2,2% ВВП, хотя, по оценкам Панамериканской организации здравоохранения (ПОЗ), чтобы обеспечить всеобщий доступ к медицинским услугам, нужно тратить в три раза больше. Например, Италия, где из-за вспышки коронавируса медицинские учреждения оказались на грани коллапса, инвестирует в общественное здравоохранение 6,7% ВВП. В Бразилии этот показатель составляет 4%, в Мексике 3%, а в Венесуэле — 1,7%.

В среднем на одну тысячу жителей региона приходятся только две больничные койки — это в четыре раза меньше, чем в России, и почти в шесть раз меньше, чем в Японии. В больницах критически не хватает средств защиты, медицинского кислорода, аппаратов ИВЛ и другого оборудования. Почти вся медицинская инфраструктура сконцентрирована в крупных городах, доступ к больницам очень неравномерный.

Ситуацию осложняет и местная эпидемиологическая картина: вирусные эпидемии регулярно превращаются в серьезное испытание для систем здравоохранения многих стран Латинской Америки. В 2016 году там распространился вирус Зика, в 2019-м — лихорадка Денге, охватившая три миллиона человек. 1538 из них умерли, что стало рекордным показателем для региона. Новую эпидемию латиноамериканские врачи встретили с исчерпанными ресурсами.

Несмотря на карантинные меры, к середине весны ситуация с COVID-19 во многих странах региона начала стремительно ухудшаться. Серьезный удар пришелся на Эквадор, в частности, на крупнейший город страны — Гуаякиль. По подсчетам The New York Times, смертность в апреле там превысила аналогичный показатель прошлых лет в пять раз. Большое число заражений в этой стране связывают в том числе с тем, что эквадорцы формируют самое большое сообщество мигрантов в Испании, где вспышка коронавируса была особенно тяжелой — оттуда же прибыл в страну нулевой пациент. Эквадор оказался не готов к такому количеству жертв: в самые тяжелые недели эпидемии похоронные службы не справлялись с нагрузкой, поэтому тела умерших буквально ожидали своей очереди на захоронение на улицах.

В Перу, несмотря на быстро объявленный карантин, число зараженных уже превысило общее количество зараженных в Китае. Особенно тяжелая ситуация в отдаленных регионах, вроде расположенной в Амазонии провинции Лорето. Больных иногда приходится лечить под открытым небом, а из-за нехватки медицинского кислорода смертность от коронавируса там еще выше. Правительство отправляет в Лорето баллоны с кислородом военными самолетами, но запасов все равно не хватает. Кстати, именно Лорето стал в Перу и главным очагом лихорадки Денге: с начала года здесь зарегистрировано 1666 случаев. В ответ на вопрос журналистов, каковы шансы на выздоровление у пациентов с обоими заболеваниями сразу, региональный министр здравоохранения ответил: «Сказать честно? Нам остается молиться».

В Бразилии особенно тяжелая ситуация: президент, который говорит, что свобода дороже жизни, и губернаторы, которые бунтуют против него

Одна из сильнейших вспышек коронавируса продолжается в Бразилии, там заболели более 310 тысяч человек. 21 мая в Бразилии зарегистрировали рекордное число смертей за сутки — 1188. Но президент Жаир Болсонару вновь выступил против тотального карантина, заявив, что «свобода важнее жизни».

Главная причина бразильского кризиса — отсутствие единой позиции и плана действий у руководства страны. Болсонару настаивает на том, что экономические последствия для страны будут хуже последствий эпидемии, выступает за возобновление работы малого бизнеса и предлагает включить в схему лечения пациентов с коронавирусом гидроксихлорохин — препарат с сильными побочными эффектами, но недоказанной эффективностью в борьбе с COVID-19.

С Болсонару открыто конфликтуют губернаторы и другие чиновники. С момента регистрации первого случая заражения в стране сменились уже два министра здравоохранения. Луис Энрике Мандетта и Нелсон Тейш выступали в поддержку жесткого карантина и отвергли идею использовать гидроксихлорохин. Сейчас министерство здравоохранения Бразилии в статусе и. о. возглавляет генерал Эдуарду Пазуэлу, под руководством которого 21 мая ведомство все-таки одобрило использование гидроксихлорохина на всех стадиях болезни.

Бразильские губернаторы попытались ввести режим изоляции на подотчетных территориях самостоятельно, но на фоне споров в верхах принятые меры оказались малоэффективными: бразильцы в сложившихся обстоятельствах действуют на свое усмотрение.

Тем временем кризис набирает обороты: 17 мая мэр Сан-Паулу Бруно Ковас заявил о том, что 90% мест в отделениях интенсивной терапии уже заняты и, если не предпринять срочных мер, систему ждет коллапс. Похожие новости теперь постоянно появляются в разных странах региона. Например, 91% коек в интенсивной терапии уже заняты в Столичной области Чили, 71% — в колумбийском городе Кали.

Показатели заболеваемости бьют рекорды, но власти признают, что и они ниже реальных

Между тем из-за многочисленных проблем со статистикой настоящие масштабы эпидемии оценить трудно. Власти некоторых стран, например Эквадора и Мексики, открыто признают: реальное число как зараженных, так и умерших граждан может быть в разы больше.

Процесс сбора данных тормозит низкий уровень технической оснащенности и цифровизации. В Эквадоре, например, родственникам госпитализированных пациентов до сих пор приходится не один день искать их по больницам, потому что информация никак не систематизирована в доступном виде.

Кроме того, в регионе до сих пор было сделано гораздо меньше тестов, чем во многих других странах. Например, региональный лидер по числу тестов —Венесуэла — сделала больше 21 тысячи тестов в расчете на один миллион жителей. Это в два раза меньше, чем аналогичный показатель в России. Бразилия с населением 209,5 миллиона человек отстает еще сильнее, сделав примерно 3,5 тысячи тестов на один миллион жителей. Недостаточное количество тестов лишает врачей и ученых возможности оценивать динамику пандемии и правильно реагировать на ситуацию.

Наконец, путаницу могут вносить технические неполадки в оборудовании для анализа уже взятых тестов. Так случилось в Колумбии, когда вышел из строя аппарат, используемый для извлечения рибонуклеиновых кислот из проб. Официальное число новых случаев заражения тут же снизилось в четыре раза по сравнению с предыдущими днями.

Жизнь или экономика

В условиях пандемии коронавируса латиноамериканским лидерам пришлось выбирать, что спасать — жизни людей или экономику. Как и в Северном полушарии, тут нашлись политики с разным мнением на этот счет. Президент крупнейшей страны континента, бразилец Жаир Болсонару следует в фарватере Дональда Трампа, смягчившего риторику только после того, как в США ежедневно стали регистрировать до 10 тысяч новых случаев заражения. «Люди будут умирать, мне очень жаль, но такова жизнь, такова реальность. Мы не можем остановить автомобильный завод только потому, что в год регистрируют 60 тысяч смертей в результате ДТП, ведь верно?» — заявил Болсонару в конце марта.

Ему заочно оппонирует президент Аргентины Альберто Фернандес. Страна ввела обязательный карантин уже 20 марта, когда число зараженных, по официальным данным, едва превысило 100 человек. «Между жизнью и экономикой я выбираю жизнь», — отметил тогда Фернандес.

Между тем в странах Латинской Америки и Карибского бассейна сделать этот выбор гораздо сложнее, чем государствам Европы или США. В некоторых случаях выбор в пользу карантина подвергает население более чем реальной опасности умереть если не от вируса, то от голода.

11 мая группа жителей города Кочабамба в Боливии в качестве протеста против продления карантина заблокировала доступ на городскую свалку. В результате на некоторых улицах города образовались горы мусора, угрожавшие ухудшить и без того сложную санитарную обстановку. Протестующие требовали либо позволить им вернуться на работу, либо помочь с едой и чистой питьевой водой. 21 мая власти города согласились на план из 16 пунктов, предусматривающий дополнительные меры поддержки.

Тем временем 13 мая министр здравоохранения Чили Хайме Маналич объявил о введении тотального обязательного карантина в провинции Сантьяго и некоторых соседних коммунах. Страна подошла к пику заболеваемости СOVID-19: только за один день в Чили было выявлено 2660 новых случаев заражения. Через шесть дней после ужесточения режима в столице произошли столкновения протестующих с полицией.

«Мы находимся на карантине четыре недели, и, конечно, те немногочисленные запасы, которые были у людей, почти закончились», — говорил в интервью мэр коммуны Эль Боске Сади Мело, пока протестующие скандировали: «Мы голодаем!» Президент Чили Себастьян Пиньера объявил о новых мерах поддержки населения. 21 мая в стране был зафиксирован очередной пик заражений и рекордное число умерших за сутки — 45 человек. Общее число диагностированных случаев СOVID-19 превысило 57 тысяч.

В Мексике одновременно с коронавирусным кризисом развивается, как здесь ее называют, «вторая эпидемия» — самая масштабная волна убийств за последние 15 лет. Ее не смог остановить даже всеобщий карантин: в апреле в стране были убиты 2950 человек, больше, чем в январе и феврале этого года. Для сравнения, по официальным данным, от COVID-19 в Мексике за все время умерли 6090 человек.

«Наши единственные опасения и усилия в данный момент связаны с убийствами. Все остальное пошло на убыль. Мы продвинулись вперед», — заявил 20 мая президент Мексики Лопес Обрадор.

Бразилии угрожает самый тяжелый экономический кризис в истории, Аргентине — дефолт

По данным экономической комиссии ООН по странам Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК), коронавирус пришел в регион на фоне глубокой экономической стагнации.До кризиса самый оптимистичный прогноз обещал рост совокупного ВВП максимум на 1,3%, но развитие пандемии, вероятно, помешает достичь и этого результата.

Население, живущее в бедности и нищете, по данным ЭКЛАК, суммарно составляет в Латинской Америке около 42%, и с 2014 года этот показатель только увеличивается. При этом 99% всех предприятий в латиноамериканских странах относятся к малому и среднему бизнесу, то есть первыми пострадают от ограничительных мер.

Ко всему прочему, большая часть экономики в странах Латинской Америки приходится на теневой сектор, в нем задействована половина (53%) трудоспособного населения. Большинство этих людей торгуют на улицах или заняты в сфере услуг, например убирают в домах состоятельных граждан. Перевести на домашний режим работы их, очевидно, невозможно. Впрочем, организовать «удаленку» для легальных работников тоже трудно из-за плохого доступа к интернету. В итоге во всех странах Латинской Америки мало граждан, продолжающих трудиться на карантине. Например, в Эквадоре через неделю после объявления обязательной самоизоляции дистанционно работали около 250 тысяч человек, а это лишь 3,5% всего работающего населения страны.

Правительства, разумеется, объявили о дополнительных мерах экономической помощи населению. Например, Аргентина упростила выдачу кредитов на зарплаты для сотрудников и запретила увольнения в течение 60 дней, Перу и Бразилия объявили об отсрочке уплаты налогов. Для защиты самых уязвимых слоев населения, в том числе задействованных в неформальном секторе, власти Перу, Колумбии, Чили, Боливии, Эквадора, Бразилии и Сальвадора разработали специальные программы по выдаче единовременных денежных бонусов.

Но даже эти меры сопровождались серьезными организационными ошибками. В странах Латинской Америки плохо развита банковская инфраструктура, и далеко не у каждого есть даже банковская карточка. Поэтому получить выплаты можно было только в центральных отделениях. В результате 29 марта тысячи жителей Сальвадора выстроились в длинные очереди у банков, чтобы узнать, могут ли именно они претендовать на обещанные президентом Найибом Букеле 300 долларов. Похожая история произошла в Аргентине 3 апреля, когда в очередях за материальной помощью оказались одновременно и будущие матери, и пенсионеры, входящие в группу риска.

Аргентине, судя по всему, удалось сдержать эпидемию: по официальным данным, число зараженных здесь составило 9931 человек, а смертей — 416, что примерно в 48 раз меньше, чем в соседней Бразилии. Однако при всех этих успехах коронавирус быстро приближает страну к девятому дефолту в ее истории. 22 мая истекает срок действия очередного предложения кредиторам о реструктуризации суверенного долга общим объемом 83 миллиарда долларов, и до сих пор Буэнос-Айрес и держатели госдолга страны не смогли достигнуть компромисса. Между тем прошлый год Аргентина завершила с инфляцией 53,8% — самым высоким уровнем с 1991 года.

Но и Бразилия, несмотря на все «проэкономические» декларации Болсонару, готовится к худшему экономическому кризису в своей истории. По оценкам правительства, ВВП снизится на 4,7% (в МВФ считают, что падение будет еще сильнее), хуже было только в очень далеком 1901 году. А уровень безработицы к концу года может подняться в Бразилии с текущих 12,2% до почти 19%.

Еще до начала пандемии МВФ предупреждал о рисках растущих долгов стран Латинской Америки и Карибского бассейна: в 2018 году совокупный внешний долг региона составил 1,87 триллиона долларов. Но в нынешней ситуации новые международные кредиты могут оказаться последней надеждой.

Анна Титова