Евгений Коноплёв. Бог и материя, ч.1

Данный диалог в нескольких частях был задуман мной в 2013-2014, как способ осмысления разрыва с религиозной картиной мира, рефлексия перехода от христианства к материализму; первая часть, связанная с анализом ошибочности логических аргументов в пользу существования бога, была написана тогда же и публикуется впервые. Диалогическая форма предполагает не только более популярный формат изложения мысли, но и возможность рассмотрения обеих позиций, а в особенности представляющих их концептуальных персонажей как внешних автору. Как бы то ни было, современный материализм, предполагающий помимо атеизма, антигуманизма и акосмизма — то есть неверия в существование Бога, Человека и Мира как метафизических конструкций и идеологических практик, также деятельностную и интеллектуальную любовь к природе, к материи, может быть выражен различными способами. В любом случае, концептуальные персонажи, которым выпал этот жребий, имеют тенденцию говорить больше, чем знаю, но меньше чем хотят — и наоборот. Послушаем же их аргументацию:

Вступление. Опровержение Пари Паскаля

Неизвестный: Приятно увидеть тебя после столь долгого отсутствия! Сколько лет мы с тобой уже не виделись?

Материалист: Взаимно. А не виделись мы с тобой со школы лет десять.

Неизвестный: Да, немало времени с тех пор прошло! Чем ты сейчас занимаешься?

Материалист: Междисциплинарными исследованиями в области естественных наук, а в свободное время — философией.

Неизвестный: Что за беда тебя постигла!

Материалист: А в чём, собственно, дело? Мне и то и другое доставляет большое удовольствие, да и платят за них неплохо.

Неизвестный: Дело в том, что оба этих занятия — смертный грех.

Материалист: Да что ты говоришь…

Неизвестный: Именно. Ведь не зря же о них в Евангелии сказано: смотрите, чтобы кто не увлёк вас философией и пустым обольщением по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу, ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно — а ты, стало быть, и философией увлёкся, и стихии мира изучаешь.

Материалист: А ты, я вижу, серьёзно уверовал в бога?

Неизвестный: Конечно, я теперь веду благочестивый образ жизни и исполняю все заповеди.

Материалист: А хочешь я докажу тебе, что всякая религия — пустой обман и заблуждение?

Неизвестный: Как же ты мне это собираешься доказать?

Материалист: Исключительно логикой и фактами — если только ты признаёшь эти методы доказательства.

Неизвестный: Безусловно, признаю, — чем же ещё можно доказать существование или не существование, пользу или вред чего-либо? Но и ты пообещай, что если я сумею доказать логикой и фактами реальное существование творца вселенной и пользу веры в него, ты не станешь упорствовать в своей философии.

Материалист: Обещаю, только боюсь, как бы твои аргументы не исчерпались в скором времени.

Неизвестный: Я думаю иначе: не затянется ли наш спор слишком долго?

Материалист: Тогда мы продолжим его в следующий раз.

Неизвестный: Договорились.

Материалист: Итак, ты говоришь, что бог существует. Но в мире существует великое множество всевозможных религий — в бога которой из них ты веруешь?

Неизвестный: В бога Авраама, Исаака и Иакова, который затем сошёл на землю, им же сотворённую, и распялся за наши грехи.

Материалист: Короче говоря, ты христианин?

Неизвестный: Именно так!

Материалист: Ну, это слишком общее понятие — в мире существует свыше десяти тысяч христианских церквей — и в каждой толкуют библию по-своему.

Неизвестный: Нет, на самом деле есть только одна церковь — православная, — а все остальные не суть церкви, а только секты и еретики.

Материалист: Откуда же их взялось так много?

Неизвестный: Я так думаю, что они были специально учреждены дьяволом, чтобы отвлечь людей от истинного поклонения богу, и чтоб их души после смерти провалились в ад — прямо на сатанинскую сковородку!

Материалист: Вот прямо-таки на сковородку… не слишком ли это круто? Однако, ты сказал, что все церкви, называющие себя христианскими, кроме одной, — ложные, и тот, кто будет веровать в них и исполнять их обряды, не сможет спастись, если предположить, что какой-то бог всё-таки существует.

Неизвестный: Да, безусловно. И эта единственная церковь — восточная православная.

Материалист: В таком случае, ты сам опровергаешь один из знаменитейших аргументов в пользу веры в бога — Пари Паскаля.

Неизвестный: Как так?

Материалист: А вот так. Смотри: Блёз Паскаль утверждал, что верить в бога выгоднее чем не верить, так как в случае, если бога нет, а человек верит, то он понесёт лишь незначительные неудобства, связанные с тратами времени, сил и денег на отправление культа, но если бог есть, и человек в него верит, то наградой ему будет бесконечное блаженство в раю.

Неизвестный: Да, я слышал этот аргумент и разделяю его, однако он имеет продолжение для того случая, если человек не верит в бога, а он есть, — то наказанием ему будет бесконечные страдания в адском огне, в обществе чертей и демонов; а если бога нет, — то незначительная награда в виде средств, сэкономленных на церковной жизни.

Материалист: Однако, в этом пари имеется скрытое допущение, логически и фактически неоправданное.

Неизвестный: Какое же?

Материалист: А ты уже не помнишь, что раньше говорил про множество религий?

Неизвестный: Ты имеешь в виду, что недостаточно просто верить в бога, а важно верить в нужного бога правильно?

Материалист: Ага.

Неизвестный: И в таком случае Пари Паскаля следует скорректировать таким образом, что вместо двух возможных вариантов их будет бесчисленное множество, так что положительная бесконечность возможного выигрыша будет разделена на бесконечность возможных богов — тогда как возможность попасть в ад, выбрав неправильного бога, наоборот, будет стремиться к бесконечности.

Материалист: Видишь теперь, что Пари Паскаля после корректировки приводит человека в затруднительное состояние необходимости выбирать из бесчисленного множества равновероятных богов, — и не только известных на Земле, как например, Яхве, Иисус, Аллах, Шива, Вишну, Перун, Зевс, Аполлон, Венера, Кетцалькоатль и другие, — но также среди возможных богов, которые по тем или иным причинам решили не открывать своё существование землянам, например: одиннадцатиглазый Шурпундамкук с Сириуса, тысячеголовый Кариукаляг из галактики Андромеда, трёхзадый Засумпыдхиц, правящий Магеллановыми облаками, или Рошкиндуко-Варесин, обитающий в чёрных дырах. И можно до бесконечности придумывать миллионы всевозможных богов, так никогда и не добравшись до истинного. Так не разумнее было бы срезать всю эту дурную божественную бесконечность бритвой Оккама и не молиться никаким богам, раз уж невозможно найти ни одного истинного из них, тем более что даже, если какие-то боги и есть, то всё равно ни один из них себя в нашем мире не проявляет!

Неизвестный: Да, теперь я вижу, что скорректированное Пари Паскаля подрывает веру в богов, уравнивая их шансы, и сводя их к нулю, — так как единица, делённая на бесконечность, даёт в конечном итоге нулевую вероятность найти правильного бога таким вот софистическим способом. Однако, есть множество других доказательств бытия божия, как прямых, так и косвенных.

Материалист: Может быть, ты их перечислишь, чтобы нам было удобнее разобраться с ними со всеми по порядку?

Неизвестный: Пожалуй, попробую. Прежде всего, существование бога доказывается логически — это аргументы Фомы Аквинского и других учёных схоластов и богословов, затем доказательства Рене Декарта, Иммануила Канта, и Блёза Паскаля, — последнее, правда, как мы убедились, никуда не годится. Затем идут аргументы естественных наук и истории, в которой, как лично мне совершенно очевидно, невидимо действуют божественные и демонические силы, так что за всеми значимыми историческими и космическими событиями отчётливо просматриваются влияния ангелов злых и добрых.

Материалист: Иначе говоря, ты считаешь, что на существование бога указывают законы логики, а также разумное устройство мира и целесообразность истории?

Неизвестный: Да, именно так я и думаю. Ещё на бытие божье указывает мудрость, красота и пророческая сила священного писания, высокая нравственность церковных законов и установлений, польза благочестивого образа жизни и бесчисленные чудеса, которые бог, ангелы и все святые ежедневно ниспосылают верующим.

Материалист: То есть, по твоему мнению, бытие божье доказывается священными писаниями, нравственностью церковных заповедей, пользой от исполнения того и другого как естественной, так и сверхъестественной.

Неизвестный: Ты ухватил самую суть.

Опровержение первого аргумента Фомы Аквинского, о причине движения

Материалист: Да, было бы занятно пройтись по всем шести богословским аргументам. С какого из них начнём?

Неизвестный: Я думаю, что с первого, раз уж мы и так разобрали один из логических аргументов, а именно — Пари Паскаля.

Материалист: Хорошо, стало быть, у нас на очереди пять доказательств бытия божия, сформулированные Фомой Аквинским.

Неизвестный: Ты не помнишь, как они звучат?

Материалист: Сейчас посмотрю в планшете… Ага, вот они! Первое из них звучит так: “Respondeo dicendum quod Deum esse quinque viis probari potest. Prima autem et manifestior via est, quae sumitur ex parte motus. Certum est enim, et sensu constat, aliqua moveri in hoc mundo. Omne autem quod movetur, ab alio movetur…”

Неизвестный: Подожди, ты читаешь его на латыни.

Материалист: Конечно, на латыни — ведь ты спросил, как они звучат, а раз уж их автор был схоластиком и составил свои труды на этом языке, то я их и озвучил на языке оригинала.

Неизвестный: А ты сам разве понимаешь смысл прочитанного?

Материалист: Разумеется. Я вообще придерживаюсь того мнения, что знание латыни, древнегреческого и санскрита, как базовых языков человеческой цивилизации, на которых писали и говорили великие учёные и философы древности, делает знающему их в совершенстве человеку большую честь.

Неизвестный: Совершенно с тобой согласен, однако не мог бы ты снизойти к моему невежеству в этих областях, и изложить первое и последующее доказательства на русском языке, который мне известен значительно лучше.

Материалист: Если ты настаиваешь, то безусловно, — хотя на будущее тебе всё же стоило бы найти время и желание, чтобы обогатить свою память знанием языков как древних, так и современных. Так вот, Фома пишет в первом доказательстве следующее: “Отвечаю, что существование Бога может быть доказано пятью путями. Первый и наиболее очевидный путь исходит из понятия движения. В самом деле, не подлежит сомнению и подтверждается показаниями чувств, что в этом мире нечто движется.

Но все, что движется, имеет причиной своего движения нечто иное: ведь оно движется лишь потому, что находится в потенциальном состоянии относительно того, к чему оно движется. Сообщать же движение нечто может постольку, поскольку оно находится в акте: ведь сообщать движение есть не что иное, как переводить предмет из потенции в акт. Но ничто не может быть переведено из потенции в акт иначе, как через посредство некоторой актуальной сущности; так, актуальная теплота огня заставляет потенциальную теплоту дерева переходить в теплоту актуальную и через это приводит дерево в изменение и движение. Невозможно, однако, чтобы одно и то же было одновременно и актуальным, и потенциальным в одном и том же отношении, оно может быть таковым лишь в различных отношениях. Так, то, что является актуально теплым, может одновременно быть не потенциально теплым, но лишь потенциально холодным. Следовательно, невозможно, чтобы нечто было одновременно, в одном и том же отношении и одним и тем же образом и движущим, и движимым, — иными словами, было бы само источником своего движения. Следовательно, все, что движется, должно иметь источником своего движения нечто иное. Следовательно, коль скоро движущий предмет и сам движется, его движет еще один предмет, и так далее. Но невозможно, чтобы так продолжалось до бесконечности, ибо в таком случае не было бы Перводвигателя, а следовательно, и никакого иного двигателя; ибо источники движения второго порядка сообщают движение лишь постольку, поскольку сами движимы первичным двигателем, как-то: посох сообщает движение лишь постольку, поскольку сам движим рукой. Следовательно, необходимо дойти до некоторого Перводвигателя, который сам не движим ничем иным; а под ним все разумеют Бога.”

Неизвестный: Звучит весьма убедительно. Что ты на это можешь возразить?

Материалист: Против такого рассуждения можно возразить следующее: перводвигатель, являющийся источником движения, сам остающийся неподвижным, должен быть причиной самого себя. А причина самого себя, causa sui, по определению есть Субстанция. Поскольку субстанция обладает самобытием, то все частные вещи могут существовать лишь постольку, поскольку присущи самой субстанции. Действительно: всем существующим вещам присуща некая неуничтожимая субстанция, имеющая свойство самобытия, а именно материя. Сущностью (essentia) материи как субстанции является бытие — в силу причастности к которому и существуют отдельные вещи, а способом существования (subsistentia) сущности является ничто, или же отрицание, благодаря которому бытие не остаётся равным самому себе, неподвижным и не имеющим в себе никакого различия — а принимает форму множества вещей, различных по положению в пространстве, во времени, и в их взаимосвязи, то есть — в движении. Следовательно, поскольку бытие и ничто неотъемлемо присущи субстанции, составляющей все вещи, то из этого следует, что нет никакой необходимости в каком-либо перводвигателе, отличном от материи, движущейся во всех вещах во все моменты времени, а не в течение одного лишь момента первотолчка, как это ошибочно предположил Фома Аквинский, и которая, таким образом, имманентна природе во всём многообразии её форм.

Неизвестный: Я не поспеваю за твоей мыслью. Можешь выразить своё рассуждение проще?

Материалист: На самом деле всё очень просто — святой Фома утверждает, что всякая причина является абсолютно потусторонней, инаковой по отношению к своему следствию. Философски говоря — трансцендентной. Но это нелепо, так как если бы причина была только трансцендентной, то она бы не имела ничего общего со следствием, и потому, конечно, не могла бы его произвести.

Неизвестный: А, то есть ты имеешь в виду, что причина не только отлична от следствия, но и сопричастна ему, так что яблоня порождает подобные себе плоды, земля и камень притягиваются друг к другу, потому что оба обладают гравитацией, и так далее. Однако, на мой взгляд, всё это справедливо только для мира природы, тогда как в обществе человек делает вещи, отличные от него самого, и менее совершенные. В библии, когда описывают, как бог сотворил Адама, говорится о том же, и сравнивают бога с горшечником, а человека — с горшком. Что же общего может быть у разумного, мыслящего и деятельного духа с мёртвой материей? Кажется, Аквинский всё же прав хотя бы в отношении человеческих и божественных действий, которые остаются трансцендентными по отношению к пассивной материи.

Материалист: В таком случае, я могу задать тебе вопрос: ты когда-нибудь ловил ангела за крыло?

Неизвестный: Ангела? Да как же его можно поймать, если он нематериальный дух? Ясно, что если бы он даже мне и явился, то попробуй я его схватить за крыло, то моя рука прошла бы сквозь него, потому что имеет иную природу.

Материалист: Вот ты сам и ответил на свой вопрос, касающийся горшечника и глины: оба они могут взаимодействовать, потому что составлены одними и теми же материальными элементами, только организованными по-разному. Если бы человек был чем-то только трансцендентным по отношению к глине, дереву, металлу и всем прочим материалам, а также растениям и животным, то он, конечно, не смог бы с ними взаимодействовать, и его руки проходили бы сквозь любые материальные предметы, как проходят ангелы, черти, призраки, и тому подобные нематериальные сущности в фантастических фильмах и рассказах, к числу которых относится и ваше так называемое “священное писание”.

Неизвестный: Что ж, звучит весьма убедительно. Однако, как же тогда быть с душой? согласно учению церкви, душа хотя и является призраком, однако обитает в теле и им руководит.

Материалист: Здесь работает та же логика — если душа в самом деле нематериальна, то она не может оказать никакого влияния на материальное тело, что опровергает церковную догму, а если душа материальна, то есть состоит из атомов, то это опять же противоречит христианскому баснословию.

Неизвестный: А что, если предположить, что душа частично материальна, а частично нематериальна? Тогда она могла бы быть и причастна как к управлению телом, так и к ангельскому миру, в который она переселяется после смерти.

Материалист: И как это примерно выглядит на практике — быть наполовину материальным, наполовину нематериальным? Ты имеешь в виду, что ниже пупка душа состоит из атомов, а выше пупка она — призрак?

Неизвестный: Нет, не так.

Материалист: А может быть она сочетает в себе материальную и духовную субстанции так же, как чай сочетает взаимно растворённые частицы воды и чайных листьев?

Неизвестный: Пожалуйста, не издевайся. Я не знаю, как душа может быть одновременно материальной и нематериальной, только утверждаю, что это так, и что духовная составляющая души является активной по отношению ко всей душе, а вся душа — по отношению к телу.

Материалист: Ну, в таком случае у тебя выходит как бы две души — одна более материальная, и соединённая с телом, а другая более нематериальная, и командующая первой.

Неизвестный: Похоже на то…

Материалист: Но в таком случае кто нам помешает присовокупить ко второй душе ещё третью душу, ещё более нематериальную, которая будет руководить второй? А к третьей — четвёртую, ещё ближнюю к ангельскому миру; к четвёртой — пятую, к пятой — шестую, к шестой — седьмую, к седьмой — восьмую, руководящую ей, и так — до бесконечности.

Неизвестный: Ты сведёшь меня с ума!

Материалист: Да нет, дорогой, это ты сам себя с ума сводишь. Ибо нельзя, принимая церковные догмы, не прийти к подобным логическим противоречиям. А логика здесь, между прочим, та же самая, что и в случае доказательства Фомы Аквинского. Допуская трансцендентность причины, нужно либо признать, что она не может произвести никакого следствия, будучи ему абсолютно посторонней, как ангел не может повлиять на человека, человек — на ангела, бог на природу, а природа на бога. Однако, кому нужны такие бесплодные и бессильные боги и ангелы, которые ничего не могут сделать с материальным миром, даже если захотят? Либо нужно допустить бесконечную череду промежуточных форм между духовной и материальной субстанциями, что в свою очередь ведёт к разным смешным и нелепым логическим противоречиям, так что душа превращается в какую-то чудовищную матрёшку вложенных друг в друга душ, каждая из которых руководит следующей. Но поскольку число таких душ стремится к бесконечности, то, если первая душа что-нибудь подумает или захочет сделать, её приказ должен будет пройти через бесчисленное множество промежуточных душ, на что понадобится бесконечное время, так что в итоге приказ до тела так и не дойдёт. А даже если мы предположим, что дойдёт — то где гарантия, что промежуточные души его по дороге не переврут и нее перепутают?

Неизвестный: Непременно перепутают! Я недавно своей жене сказал, чтобы она приготовила ужин, так как я приду поздно, а она это истолковала в том смысле, что я пойду к любовнице и, пока с ней развлекаюсь, то проголодаюсь, вот зачем мне суп и понадобился, так что вместо супа она мне приготовила скандал на два часа, а потом всё, что она навоображала ещё и разнесла по соседям и подругам.

Материалист: И то же в случае с богом как конечной нематериальной мира — либо такая причина не в состоянии произвести мир, будучи от него качественно отличной, либо нужно вообразить бесконечную череду полуматериальных богов, которая, конечно, никогда не сможет создать мир, так как прежде чем создать материальный мир, духовный бог должен создать наполовину материального бога, а для того чтобы создать его — четверть материального бога, для создания которого нужен бог, материальный на одну восьмую, так что в конечном итоге процесс творения мира нематериальным богом так и не сдвинется с места, как стрела в апории Зенона.

Неизвестный: Да, теперь я вижу, что первое доказательство Фомы Аквинского никуда не годится, и что конечная причина мира не может быть только трансцендентной. Однако, ты не сказал, что в таком случае она собой представляет?

Материалист: А представляет она собой не что иное, как материальную субстанцию, которая не только и не столько трансцендентна миру и всем событиям в нём, сколько имманентна, присутствуя в нём в любой момент времени, и являясь средой взаимодействия материальных тел, которые являются её же частными проявлениями.

Неизвестный: О чём-то подобном писал голландский философ Спиноза.

Материалист: Да, Спиноза писал именно об этом, — что конечная причина всех событий, которую богословы, то есть попы и поповствующие, называют богом, в действительности есть не что иное, как сама материальная субстанция, или природа, имманентно присущая всем вещам на свете.

Неизвестный: Пожалуй, что так. Однако, как же обстоит дело с остальными четырьмя доказательствами?

Материалист: А примерно так же. Для начала я их зачитаю, а потом покажу, что везде в них встречается одна и та же ошибка абсолютизации трансцендентности и отрицания имманентности.

Неизвестный: Я тебя слушаю.

Опровержение второго аргумента Фомы Аквинского, о производящей причине

Материалист: “Второй путь исходит из понятия производящей причины. В самом деле, мы обнаруживаем в чувственных вещах последовательность производящих причин; однако не обнаруживается и невозможен такой случай, чтобы вещь была своей собственной производящей причиной; тогда она предшествовала бы самой себе, что невозможно. Нельзя помыслить и того, чтобы ряд производящих причин уходил в бесконечность, ибо в таком ряду начальный член есть причина среднего, а средний — причина конечного (причем средних членов может быть множество или только один). Устраняя причину, мы устраняем и следствия. Отсюда, если в ряду производящих причин не станет начального члена, не станет также конечного и среднего. Но если ряд производящих причин уходил бы в бесконечность, отсутствовала бы первичная производящая причина; а в таком случае отсутствовали бы и конечное следствие, и промежуточные производящие причины, что очевидным образом ложно. Следовательно, необходимо положить некоторую первичную производящую причину, каковую все именуют Богом.”

Неизвестный: Ну, согласен, эти два аргумента похожи. Если в первом говорилось про причину движения, которую Фома полагал абсолютно отличной от природы, то здесь всё то же самое, только применительно к производству.

Материалист: Действительно, данный аргумент является вариантом предыдущего, и опровергается следующим способом, — хотя Фома в начале аргумента отрицает возможность того, чтобы некая вещь была своей собственной производящей причиной, в дальнейшем он выдвигает тезис существования некой первичной производящей причины, которая произвела на свет и саму себя, и все остальные вещи, и которую именует Богом. Однако, подобно тому, как было доказано в предыдущем тезисе, что causa sui является субстанцией, имманентной всем вещам, и движется во всех видах движения во все моменты времени, а не только в какой-то один “изначальный момент”, — так же и здесь, причинно-следственная связь может существовать лишь в том случае, если производящая причина не только трансцендентно, но и имманентно действует во всех возникающих вещах. Значит, не может быть некоей первичной производящей причины, — но производящая причина действует во всех произведённых формах во все моменты времени, являя собой субстанцию не только бытия, но и причины, под каковой субстанцией все понимают материю.

Неизвестный: Да, здесь мне всё понятно, движемся дальше.

Опровержение третьего аргумента Фомы Аквинского, о возможности и необходимости

Материалист: Третий аргумент заключается в следующем. “Третий путь исходит из понятий возможности и необходимости и сводится к следующему. Мы обнаруживаем среди вещей такие, для которых возможно и быть, и не быть; обнаруживается, что они возникают и гибнут, из чего явствует, что для них возможно и быть, и не быть. Но для всех вещей такого рода невозможно вечное бытие; коль скоро нечто может перейти в небытие, оно когда-нибудь перейдет в него. Если же все может не быть, то когда-нибудь в мире ничего не будет. Но если это истинно, уже сейчас ничего нет; ибо не-сущее не приходит к бытию иначе, как через нечто сущее. Итак, если бы не было ничего сущего, невозможно было бы, чтобы что-либо перешло в бытие, и потому ничего не было бы, что очевидным образом ложно.

Итак, не все сущее случайно, но в мире должно быть нечто необходимое. Однако все необходимое либо имеет некоторую внешнюю причину своей необходимости, либо не имеет. Между тем невозможно, чтобы ряд необходимых сущностей, обусловливающих необходимость друг друга, уходил в бесконечность (таким же образом, как это происходит с производящими причинами, что доказано выше). Поэтому необходимо положить некую необходимую сущность, необходимую самое по себе, не имеющую внешней причины своей необходимости, но самое составляющую причину необходимости всех иных; по общему мнению, это есть Бог.”

Неизвестный: На мой взгляд, этот аргумент по своему смыслу темнее предыдущих.

Материалист: Нисколько. Здесь имеется всё та же логика, что и в предыдущих аргументах, и решается он сходным образом. Фома утверждает, что причина является абсолютно внешней — что неверно как для относительных причин, имеющих со своим следствием как единую природу, так и точки соприкосновения, по которым передаётся движение, — так и для причины абсолютной, то есть материальной субстанции, которая не только является актуальной бесконечностью, из глубин которой к нам приходят все импульсы, побуждающие нас и все остальные вещи действовать, но и субстратом всякой вещи, наполняя её форму так, что та вне субстанции вовсе не имеет никакого существования. Так же и в случае возможности и необходимости — если исправить рассуждение Аквинского, то получится, что он доказывает не что иное, как абсолютную необходимость материи, являющейся субстанцией всех вещей, необходимо присущей всему сущему, и для которой всякая случайность является частной формой, впрочем, выражающей всю её актуальную бесконечность.

Неизвестный: Выходит, что опять доказательства святого Фомы хромают на обе ноги. Отчего же они получили такую большую популярность, если при ближайшем рассмотрении оказываются никуда не годными?

Материалист: Думаю, здесь причина двойная — невежество масс и корыстный интерес церковников.

Неизвестный: Насчёт невежества соглашусь, а вот святая церковь не может в себе содержать ничего нечистого. Как же могут священники, предстоящие самому богу на молитве и на литургии, силой божией благодати совершающие бесчисленные чудеса и попирающие силы самого ада, быть корыстными?

Материалист: Да очень просто. Вот скажи мне, знаешь ли ты, сколько стоит шапка у епископа?

Неизвестный: Честно говоря, никогда не задумывался.

Материалист: Но ведь, наверное, немало, раз она вся изукрашена золотом, серебром и драгоценными камнями, — изумрудами, сапфирами, рубинами, алмазами, — разве что не турмалинами!

Неизвестный: Да, должно быть, она стоит бешеных денег.

Материалист: А теперь посуди сам, захочет ли адекватный человек напялить такую шапку и прилюдно ходить в ней, не стыдясь, — прекрасно зная, что она одна стоит больше, чем годовой доход любого из большей части наших сограждан? И это не считая того, что на нём ещё разных других золотых, серебряных и драгоценных причиндалов навешано больше, чем гирлянд и игрушек на новогодней ёлке?!

Неизвестный: Конечно же нет! Если бы он был благочестивым христианином, то он со слезами на глазах упал на колени, и просил у народа прощения за такую чудовищную, противоестественную роскошь.

Материалист: Видишь теперь, что сами церковники, — по крайней мере, самые главные из них, — не верят ни в бога, ни в чёрта, а только в капитал. А золото и драгоценности они навешивают на себя специально, чтобы поглумиться над простыми верующими, и ещё сильнее унизить их.

Неизвестный: Да, видно и в самом деле епископы — безбожники — не то они бы побоялись Христа, и не стали глумиться над людьми таким образом. Однако, при чём здесь доказательства святого Фомы?

Материалист: А при том, что чем больше людей церковные иерархи смогут убедить, будто на небесах есть боженька, который всё видит, всё слышит, всё знает и каждого контролирует, тем больше увеличатся их капиталы от торговли свечками, пожертвований и прочих благочестивых спекуляций. Потому что, согласно христианским догмам богу и подчиняется всё на свете, а сам он послушный раб поповских молитв и заклинаний, и немедленно исполняет всё, чего только попы у него ни потребуют. А поскольку в буржуазном обществе у человека большая часть желаний неосуществимы, то люди, не понимая их экономической природы, приписывают свои неудачи злым силам — чертям, демонам, асмодеям, суккубам и инкубам, домовым, лешим, сатане и всем дьяволам, усмирить которых может только бог, который умилостивляется попами посредством молитв, которые священноначалие совершает не просто так, а за денежную мзду. Вот для этого церковники и пропагандируют разные “доказательства” бытия божия, чтобы одурманивать ими несведущих в философии людей и опустошать их карманы.

Неизвестный: Всё же, Аквиант был католическим святым и на православную религию твоя критика его доказательств не распространяется.

Материалист: Пусть так. Однако, по ходу дела ты увидишь, что священники всех религий, и православные, и католические, и протестантские и сектантские, и мусульманские, и какие угодно другие, на практике самые отъявленные безбожники, денно и нощно, впрочем, приносящие жертвы не своему Иисусу или Аллаху, или Вишне, или Кришне, а всемирному безмозглому идолу — буржуйскому Капиталу, чтобы приобщиться к его благодати, то есть прибыли.

Неизвестный: Страшные вещи ты говоришь. Однако, мне не терпится услышать, что ты скажешь про четвёртый аргумент Фомы Аквинского.

Опровержение четвёртого аргумента Фомы Аквинского, о степенях совершенства

Материалист: Пожалуйста. “Четвертый путь исходит из различных степеней, которые обнаруживаются в вещах. Мы находим среди вещей более или менее совершенные, или истинные, или благородные; и так обстоит дело и с прочими отношениями такого же рода. Но о большей или меньшей степени говорят в том случае, когда имеется различная приближенность к некоторому пределу: так, более теплым является то, что более приближается к пределу теплоты. Итак, есть нечто в предельной степени обладающее истиной, и совершенством, и благородством, а следовательно, и бытием; ибо то, что в наибольшей степени истинно, в наибольшей степени есть, как сказано в II кн. «Метафизики», гл. 4. Но то, что в предельной степени обладает некоторым качеством, есть причина всех проявлений этого качества: так, огонь, как предел теплоты, есть причина всего теплого, как сказано в той же книге. Отсюда следует, что есть некоторая сущность, являющаяся для всех сущностей причиной блага и всякого совершенства; и ее мы именуем Богом.”

Неизвестный: Этот аргумент вселяет в меня надежду. В самом деле, везде в природе встречаются степени совершенства, сходящиеся к точке бесконечного блага, которая и есть живая личность. сотворившая весь мир и нас с тобой. Посмотрим, как ты это будешь опровергать?

Материалист: Примерами из твоей же жизни. Вот скажи мне, что совершеннее, истиннее и блаженнее — медная кастрюля, апельсин, злая собака, оранжевый цвет или зелёный покемон?

Неизвестный: Ну и список же ты сочинил! Тут каждый объект имеет свои собственные качества, а общих для них для всех, в которых можно было бы отчётливо установить степени совершенства, я лично не вижу. Разве что можно расставить их в таком порядке: сначала оранжевый цвет как наиболее абстрактный предмет; затем кастрюля, поскольку она обладает массой; затем апельсин, так как он обладает ещё и вкусом; наконец, собака не только обладает вкусом, если её изжарить, но и сама способна им наслаждаться. А вот куда здесь покемона отнести? — даже и не знаю. Наверное, тут есть какая-то закавыка, так что не темни, и рассказывай, в чём суть твоего примера, и куда на самом деле следует отнести покемона в этом ряду.

Материалист: А по-моему, в этом списке никакой закавыки нет, а содержится она в тексте предыдущего доказательства бытия божия, с которым ты попробовал подойти к объективной реальности и получилась ерунда. Вернее, содержится там не закавыка, а вполне определённая логическая ошибка, связанная с абсолютизацией линейных последовательностей, которые Фома примысливает к природе, когда на самом деле она устроена сложнее.

Неизвестный: То есть, ты хочешь сказать, что в природе нет единой градации вещей по степеням совершенства?

Материалист: Именно. Однако, чтобы ты сам это лучше понял, ответь ещё на такой вопрос — что ты понимаешь под словом “совершенство”?

Неизвестный: Я полагаю, что совершенство — это некая гармония, или соответствие формы содержанию, а содержания — форме.

Материалист: Однако, содержание и форма являются какими-то конкретными формой и содержанием, или формой и содержанием “вообще”, безотносительно к их конкретному содержанию?

Неизвестный: Конечно, форма и содержание, когда мы ведём речь о совершенстве или несовершенстве, всегда конкретны. В противном случае выходит как в той сказке про дурака, который отправился искать самого совершенного зайца на свете, не имея представления о том, что это такое, и как выглядит, уверовав, что этот совершенный заяц и есть “заяц вообще”. А кончилось дело тем, что его поймали разбойники, и самого употребили в качестве зайца — содрали шкуру, зажарили и съели.

Материалист: И поделом. Однако, тот пример, который ты привёл, весьма хорош — он отсылает нас к проблеме платоновских Идей — нематериальных, неподвижных и самотождественных сущностей всех вещей, которые будто бы парят где-то в астрале, и проецируют в бесформенную материю свои отражения; а также к критике этого концепта выдающимися французскими философами-постструктуралистами Жилем Делёзом и Феликсом Гваттари в начале их книги Анти-Эдип. Там они разбирают концепт “идеального стола” или “стола вообще”, который выдумал некогда Платон, а от него эту идею усвоил и Фома Аквинский. И приводят другой пример, а именно то, как шизофреник пытается этот платоновский “стол вообще” нарисовать. Но поскольку очевидно, что идеальный стол должен обладать всеми совершенствами неидеальных столов, то шизик так его и рисует — столешница покрывается невероятными узорами, ящичками, ручками, ножки стола множатся и мутируют, превращаясь то в лапы зверя, то в птичьи крылья, то в скипетры, от которых ответвляются ножки второго порядка, от них третьего и так до бесконечности. Ящики покрываются ящиками второго порядка и пересекаются в глубине стола под невозможными углами; наконец, сама древесина (ύλη) стола начинает течь, смешиваясь с металлом, пластиком, человеческой плотью, прорастая растительными чащами, кишащими бешеными зверями и наполненными чапарыжником.

Неизвестный: Какая ужасная картина.

Материалист: А всё потому, что именно к таким выводам ведёт представление, будто существует какой-то “стол вообще”, совершенно аналогичное представлению о том, будто есть какое-то “благо вообще”, “истина вообще”, и тому подобные небылицы, которые нам рассказывает святой Фома. Впрочем, ужасной она кажется для тех, кто не сведущ в материалистической философии. Вот скажи мне, из чего состоит вот этот стол?

Неизвестный: Ну, известно из чего — столешница, ножки, пожалуй, ещё гвозди.

Материалист: И всё?

Неизвестный: Ну, а что ты ещё хочешь услышать?

Материалист: А не кажется ли тебе, что помимо ножек, столешницы и гвоздей, в состав стола входят также атомы и молекулы?

Неизвестный: Нет, не кажется, так как прежде стол составлен названными мной частями, а вот они, в свою очередь, и составлены атомами и молекулами.

Материалист: Однако, все они находятся в объёме, очерченном границами стола, так что различие лишь в том, где проводить границы. Можно провести сечение стола на названные тобой несколько элементов, можно провести более детальную сетку, которая бы отграничивала каждую молекулу от другой, или углубиться на субатомные уровни. Но истина в том, что под поверхностью стола одновременно существуют все способы его сечения, так как сегментация есть способ существования всех объектов во вселенной. Допустим, стол весит пятнадцать килограмм. В его состав входят в основном атомы водорода, кислорода, углерода, азота, железа и другие в количестве, которым можно пренебречь. Пусть средняя молярная масса атома стола составляет 20 грамм/моль, тогда в его составе будет находиться порядка 4,515×1026 атомов, или четыреста пятьдесят один септиллион и пятьсот секстиллионов.

Неизвестный: Это дьявольски большое число. Мне такого и не вообразить.

Материалист: Согласен. А теперь вообрази, сколько можно провести разных кривых поверхностей, чтобы разделить это множество элементов всеми возможными способами? Сначала мы выделим один атом и отрежем от него все остальные атомы стола, затем возьмём другой и поступим с ним также, затем третий, и так, пока не переберём все — число вариантов, очевидно, будет равно числу атомов, которое мы только что назвали. Затем мы возьмём два атома и будем перебирать все возможные комбинации, что составит уже число атомов стола в квадрате. С тремя атомами это будет то же число в кубе, и так, пока мы не дойдём до середины, а затем комбинации начнут повторяться. Но это ещё не всё, так как в этом случае мы перебрали все способы деления множества на две части. Затем нужно будет перебрать все возможные варианты деления на три, на четыре, на пять частей и так далее, пока мы опять не исчерпаем все возможные способы сегментации.

Неизвестный: Что же ты хочешь доказать своей богоборческой, богохульной и богопротивной алгеброй?

Материалист: А то, что между реальным столом и столом шизофреника нет принципиальной разницы. И тот и другой составлены умопомрачительными множествами всех возможных сечений, являясь пределом их комбинаторики. В философии такой предел называется телом без органов, и представляет собой реальное единство вещей, а не выдуманное метафизиками, к числу которых относится и Фома Аквинский. Вспомни тот пример, который я приводил в начале, — и про покемона, которого ты не знал, куда отнести. Природа осуществляет сегментацию объектов всеми возможными способами, так что какой бы то ни было единой иерархии совершенства в ней нет, и не может быть. Ведь мы же не можем выделить один из бесчисленных гуголплексов, которыми делится множество элементов стола, и провозгласить его единственно верным, правильным, истинным и благочестивым, и по мере подобия ему выстроить иерархию других элементов. Вернее, конечно, можешь — но это будет не более чем ненаучный произвол и насилие над фактами. Так же и с названными мной предметами — они не выстраиваются ни в какую иерархию, оставаясь различёнными на плане консистенции. Оранжевый цвет есть характер отражения электромагнитных волн, медная кастрюля блестит и в ней можно сварить вкусный суп, апельсин это плод дерева из семейства цитрусовых, злая собака наверняка тебя укусит, а зелёный покемон был выдуман японскими аниматорами. Что их объединяет, являясь пределом их сегментации, так это всё та же материальная субстанция, присущая каждому из них, а вовсе не христианский бог.

Неизвестный: Да, ты прав. Если в природе всё соткано одними лишь множествами, то откуда в ней взяться иерархии степеней совершенства, через которую Фома доказывает бога?

Материалист: Именно об этом я и говорю. Ты, конечно, можешь попытаться оправдать бога, заявив, что бог сам является множественным, то есть составленным из каких-то материальных элементов, и потому он и породил материальный мир по своему множественному образу. Но это противоречит не только католическим, но и вообще христианским церковным догмам, так как из материальности и телесности бога следует, что он был не всегда, а был некогда материальными элементами составлен, и некогда в будущем опять же на них распадётся. Впрочем, такое представление не очень-то отличается от верований средневековых восточноевропейских крестьян, которые думали, будто христианский бог и в самом деле телесный, что когда-нибудь он помрёт, а после него на небесах будет править святой Никола-Угодник.

Неизвестный: Хорошо, хоть не Фома Аквинский!

Материалист: Я тоже так думаю, что от правления святого Фомы, воцарись он в небесной канцелярии, было бы очень много вреда и очень мало пользы, так как с логикой у него явно большие проблемы.

Опровержение пятого аргумента Фомы Аквинского, об упорядоченности природы

Неизвестный: Давай разберём его пятый и последний аргумент, чтобы удостовериться, не скажет ли он что-нибудь логичное хоть напоследок.

Материалист: “Пятый путь исходит из распорядка природы. Мы убеждаемся, что предметы, лишенные разума, каковы природные тела, подчиняются целесообразности. Это явствует из того, что их действия или всегда, или в большинстве случаев, направлена к наилучшему исходу. Отсюда следует, что они достигают цели не случайно, но будучи руководимы сознательной волей. Поскольку же сами они лишены разумения, они могут подчиняться целесообразности лишь постольку, поскольку их направляет некто одаренный разумом и пониманием, как стрелок направляет стрелу. Следовательно, есть разумное существо, полагающее цель для всего, что происходит в природе; и его мы именуем Богом.”

Неизвестный: В самом деле, вдохновляющая целесообразность и разумная красота природы были для мне несомненным и духовным свидетельством, что у неё имеется разумный творец, должным образом в ней устроивший всё для радости рода человеческого.

Материалист: А если тебя, например, укусит муха цеце, и заразит трипаносомой, от которой у тебя сделается сонная болезнь, тебе в том будет много радости? А каждый год, между прочим, тысячи человек умирают от этих “красивых” и “разумно устроенных” созданий божьих.

Неизвестный: Признаюсь, этот вопрос ставит меня в тупик. Вообще-то, я слышал в церкви такое объяснение, — что когда Адам согрешил, съев волшебный плод, то вся вселенная сотряслась, а у животных все органы переставились местами, железы начали вырабатывать совершенно иные вещества, и всё их строение трансмутировало, потому что грехопадение Адама вызвало беспрецедентные энергетические волны по всему духовному миру, так что когда эти волны греховной энергии ударялись в души живых существ, то они начинали мутировать в самую греховную и неблагочестивую сторону. Отсюда, по учению церкви, и пошли зловредные качества тигров, львов, скорпионов, змей, болезнетворных бактерий, мух и комаров, и всех остальных гадов земных и подводных, какие только есть в природе.

Материалист: Ты забыл сюда присовокупить паразитических червей, крапиву, пырей, репейник, ядовитые грибы и всевозможные вирусы.

Неизвестный: Да, а до грехопадения все они были мирными и ласковыми животными, и питались божьей благодатью, которую им приносили в лукошках ангелы.

Материалист: Очень интересно. А где об этом написано в библии?

Неизвестный: В библии о таких подробностях, конечно, не написано, однако они следуют из логического размышления. Ведь если бог не сотворил ничего дурного, а “всё было хорошо весьма”, как написано в библии, то, стало быть, все животные были не вредными, а приятными, и следовательно, друг друга есть не могли, так как поедание другого организма есть признак вредоносный для поедаемого. Однако, поскольку животные всё же были несовершенны, будучи сотворёнными, то они всё же нуждались в какой-то пище, — и этой пищей могла быть только божья благодать.

Материалист: Вот ты говоришь, что ангелы приносили её в лукошках — почему не в рюкзаках?

Неизвестный: Так рюкзаков до потопа ещё не изобрели.

Материалист: А, тогда всё понятно. Продолжай.

Неизвестный: И, соответственно, поскольку все животные питались благодатью, то и сами они от неё становились благодатными и святыми. Святыня же есть нечто такое, что очень легко осквернить греховным поступком и даже помышлением, на что указывают писания святых старцев. И в тот момент, когда Адам надкусил волшебный плод с Древа Познания, то из него излучилась греховная энергия во всех направлениях со сверхсветовой скоростью, и от облучения её все животные и сам Адам в первую очередь мутировали, приобретя свойство смертности, поедания друг друга и прочие вредоносные свойства, о которых ты сказал.

Материалист: Тогда библейский рассказ опровергает доказательство Фомы Аквинского. Ведь все вещи и животные в природе оказываются не целесообразными, а испорченными неблагочестивой энергией, выделившейся в момент грехопадения первых людей, каковая энергия пребывая в них и в их потомках, направляет их не к наилучшему исходу, о котором пишет Фома, а к наихудшему, а именно — пожиранию друг друга и человека в частности.

Неизвестный: Подожди, мне кажется, что хотя животные и заражены нечестивыми энергиями, божественное управление на них и на людей всё же действует, только не на отдельных особей, а на всю совокупность в целом. Так как если бы они полностью были испорченными, и направлялись демонами только к наихудшему, то они просто уничтожили бы друг друга. Но поскольку этого не происходит, то это указывает на действие божьей благодати, которая удерживает растительный, животный и человеческий мир в бытии.

Материалист: Тогда скажи мне, что хуже — страдание, имеющее конец, или бесконечное страдание?

Неизвестный: Конечно, то, которое не заканчивается.

Материалист: Ну, а ты говоришь, что наихудшим для поражённых демонической скверной животных и растений было бы умереть, то есть прекратить свои взаимные страдания — тогда как божья благодать их удерживает в бытии, продлевая страдания животного мира без конца.

Неизвестный: Да, об этом я не подумал. Как же быть в такой ситуации, если мир оказывается лишённым целесообразного управления свыше?

Материалист: Обратиться к теории Дарвина.

Неизвестный: Так он же перед смертью сам отрёкся от неё.

Материалист: Ничего не отрёкся. Этот анекдот про него сочинила какая-то английская религиозная фанатичка, угробившая несколько тысяч фунтов стерлингов, чтобы обратить его в свою секту, но так ничего и не добившаяся. Когда же Дарвин умер, она распустила слух, будто перед смертью его всё же обратила, однако родственники Чарльза опровергли эту небылицу.

Неизвестный: Однако, как же ты при помощи его теории объяснишь порядок в природе, сосуществующий с бесчисленными и бесконечными страданиями живых существ?

Материалист: Смотри — животным свойственно размножаться.

Неизвестный: Ну, это я и без тебя знаю.

Материалист: И в каждом поколении новые особи немного отличаются от предыдущих.

Неизвестный: Это мне также известно.

Материалист: А если группу особей посадить в загон с ограниченными ресурсами, то ведь животные начнут отбирать друг у друга пищу?

Неизвестный: Непременно начнут. Даже люди, которых сажают в тюрьму, так поступают, потому что тюремщики по приказу начальства, специально морят заключённых голодом и избивают их, чтобы лишить их воли к сопротивлению и посеять среди них вражду, так как если те объединятся, то непременно восстанут, и освободятся от своих мучителей.

Материалист: А не кажется ли тебе, что животные, которые родились с более полезными признаками, смогут добыть больше еды, и станут ещё сильнее?

Неизвестный: Да, именно так и будет — если только слабые животные не собьются в стаю, и не нападут на более сильное, но одинокое животное.

Материалист: В таком случае, у них, наверное, должен быть полезный признак, позволяющий им объединяться в стаю?

Неизвестный: Ну да — наличие этого признака будет делать их сильнее не прямым, а косвенным и опосредованным путём.

Материалист: Именно. Так вот, те животные, которые обладают более полезными признаками, не важно, непосредственными или опосредованными, и благодаря которым они получат больше пищи чем те особи, которые этих признаков не имеют, смогут породить и вырастить более здоровое потомство?

Неизвестный: Конечно.

Материалист: А как ты думаешь, в следующем поколении все те же закономерности сохранятся — вариативность потомства, успешность обладателей полезных признаков и неуспешность обладателей признаков бесполезных или вредных?

Неизвестный: Да, и через поколение, и через десять, и через сотню.

Материалист: Но если в каждом из поколений будут выживать и давать потомство самые приспособленные особи, передавая своим потомкам полезные для выживания и размножения признаки, то не усовершенствуется ли на протяжение многих поколений этот вид?

Неизвестный: Непременно усовершенствуется, и весьма значительно!

Материалист: Вот в этом-то и состоит сущность эволюции путём естественного отбора.

Неизвестный: И это всё? До этого я сталкивался с двумя формами его истолкования — одну давали церковники, нисколько не объясняя его логический механизм, и всё больше говорили про то, что Дарвин был одержим тысячей бесов, и что его теорию использовали Гитлер, Сталин и Пол Пот; а другую — разные профессора, которые уводили разговор в такую тёмную терминологию, и в такие дебри частных случаев, в которых стороннему человеку почти невозможно разобраться.

Материалист: Это всё потому, что ни те ни другие не знают материалистической диалектики, и на её место водружают то, к чему привыкли. Попы — небылицы про бога, ангелов, чертей и безбожников, а позитивистские профессора — бессвязные груды фактов, насильственно лишённых какой-бы то ни было внутренней взаимосвязи, а также теории, не менее насильственно оторванные от природной и политической реальности. Я же полагаю, что уход в оторванную от жизни схоластику вреден для здоровья, бессмысленен и антинаучен, потому и считаю философию диалектического материализма, связывающую факты и теории друг с другом, с этой бесконечной природой, и с политической практикой борьбы за коммунизм, прогресс и торжество разума, — что по сути одно и то же.

Неизвестный: Да, всё выглядит настолько логично, что мне кажется, к этой дарвиновской теории совершенно невозможно подступиться ни с которой стороны, по крайней мере, в логическом и теоретическом плане. Однако я слышал множество фактов, которые опровергают эту теорию.

Материалист: Хорошо, давай их рассмотрим в следующий раз, вместе с естественными науками, а сегодня закончим с логическими аргументами

Повторение опровержения аргументов Фомы Аквинского

Неизвестный: Не стану возражать. Однако, мы похоже, разобрали все аргументы Фомы Аквинского?

Материалист: Да, разобрали, и убедились в их логической несостоятельности и несообразности.

Неизвестный: Можешь ли ты кратко повторить суть доказательств и способ, которым каждое из них опровергается, чтобы мне лучше его запомнить. Признаюсь, я не ожидал от тебя столь убедительной аргументации, и хотел бы о них ещё подумать на досуге.

Материалист: Разумеется.

Первое доказательство утверждает, что поскольку всякое движение имеет абсолютно внешнюю причину, и потому источник всего движения в мире должен быть внешним миру, и его называют богом. Но это рассуждение ошибочно, так как источник движения, чтобы сообщить движение чему-то отличному от себя, должен иметь с ним общую природу, так что нематериальная субстанция вообще и нематериальный бог в частности вовсе не способны сообщить никакого движения миру. Следовательно, абсолютный двигатель имманентно присущ природе, и есть сама природная субстанция, которую все называют материей.

Второе доказательство подобно первому, и утверждает то же самое относительно производящей причины — что все предметы производятся чем-то абсолютно отличным от них, следовательно и мир должен был быть произведён чем-то отличным от него, то есть богом. Но это ошибочно по той же причине, что и первое доказательство, так как нематериальный ангел или призрак не в состоянии ни слепить горшок, ни родить ребёнка, поскольку его субстанция отлична от материи и не может с ней взаимодействовать. Значит, абсолютная производительная сила имманентно присуща природе, и есть сама природная субстанция, которую все называют материей.

Третье доказательство утверждает, что всё случайное существует приобщаясь к необходимому, и имея в нём свою причину, а значит у мира должна быть абсолютно необходимая сущность отличная от него, которая и есть бог. Это доказательство также ошибочно, так как всякая необходимая причина не только трансцендентна, но прежде всего имманентна к своему следствию, а абсолютно необходимая причина абсолютно имманентна всем своим акциденциям, составляющим природу, и есть сама природная субстанция, которую все называют материей.

Четвёртое доказательство утверждает, что у каждого свойства существует предел линейной последовательности степеней проявления признака, являющийся трансцендентной причиной ряда; а поскольку будто бы все вещи мира также выстраиваются в чёткую линейную иерархию по степени благости, то её пределом и вершиной и будет христианский бог. Но такое рассуждение ложно, так как реальные пределы вещей или свойств включают в себя неисчислимые множества без центра и иерархии, которые по этой причине могут быть названы плоскими, а сами пределы имманентные вещам поверхности, на которых эти фрагментарные множества регистрируются. Поэтому реальные пределы вещей есть тела без органов, а полное ТбО природы и есть сама природная субстанция, которую все называют материей.

Пятое доказательство утверждает, будто в природе царит совершенная гармония, имеющая внешнюю причину. Но такое рассуждение ложно, так как в природе царит закон естественного отбора, из неисчислимых страданий, голода и смертей вырабатывающий всё более и более совершенные формы живых организмов вплоть до человека, и имеющий свою имманентную причину в атрибутах самой природной субстанции, которую все называют материей.

Неизвестный: Боюсь, если наши беседы пойдут и дальше в том же духе, ты меня обратишь-таки в свою материалистическую и безбожную философию.

Материалист: Очень на это надеюсь. Однако, у нас остались ещё логические доказательства Рене Декарта и Иммануила Канта.

Неизвестный: Давай их разберём, и закончим на сегодня.

Опровержение доказательства Рене Декарта, о двух субстанциях

Материалист: Давай. Итак, доказательство, выдвинутое Рене Декартом соприкасается с нашим рассуждением относительно двух субстанций, материальной и духовной, которые никак не могут друг с другом взаимодействовать, и носит следующий схоластический характер.

Неизвестный: Прямо-таки и схоластический?

Материалист: Именно такой. Однако, не отвлекайся, сейчас я всё объясню. Дело в том, что Рене Декарт верил, будто существуют две субстанции, мыслящая и протяжённая, под которыми он понимал дух и материю. Как он в это уверовал — виноваты ли в том слабое развитие тогдашней науки, не умевшей объяснить явления сознания материалистически; или фанатизм Декарта, искренне веровавшего в бога и молившегося ему; или он опасался церковных инквизиторов, которые могли его арестовать и осудить за ересь и безбожие; или он проглядел в своих рассуждениях логическую ошибку — не суть важно. Важно здесь то, что доказывает существование бога как третьей субстанции, обеспечивающей взаимосвязь материальных и призрачных сил, или по крайней мере сходный порядок следования духовных и материальных явлений, создающий видимость того, что призрачная душа управляет телом, а тело доставляет душе соответствующие ощущения.

Неизвестный: Но это же противоречит библии, в которой сказано, что “бог есть дух”.

Материалист: Вот поэтому я и предположил, что Декарт вполне мог знать об этой логической нестыковке, и ввёл в свою систему бога для отвода глаз тогдашним богословам-инквизиторам, которые по своей безграмотности не только не сожгли его за ересь, но впоследствии и подняли на знамя, как поборника вероучения своей клерикальной секты.

Неизвестный: Но если мы всё же предположим, что бог есть третья субстанция, или мета-субстанция, качественно превосходящая и духовную и материальную, то не докажем ли мы тем самым его наличие?

Материалист: Нет, не докажем, и вот по какой причине. Если бог есть третья субстанция, то для него будет справедливым всё то, что мы установили относительно взаимодействия духа и материи, которые по причине своей абсолютной чуждости друг другу абсолютно не способны взаимодействовать, и не могут оказать друг на друга никакого воздействия. Если же бог есть третья субстанция, соприсущая духу и материи, то он также не способен на них оказать никакого воздействия, и уж тем более согласовать все бесчисленные процессы в природе с процессами в астрале, который выдумали попы.

Неизвестный: А если бог есть мета-субстанция, то что тогда?

Материалист: В таком случае мышление и протяжение оказываются не субстанциями, а атрибутами новой божественной субстанции, которая по этой причине не обладает личностью, желаниями, ипостасями и усиями, и всеми теми качествами, которые святоши приписывают своему богу. При ближайшем рассмотрении такая субстанция, которая собой объемлет и дух, и вещество, и пространство, и время, и всё что в них происходит, оказывается ничем не отличающейся от этой бесконечной природы, что было установлено выдающимся голландским философом-материалистом Бенедиктом Спинозой, который в своих произведениях опирался на тексты Декарта, однако бога истолковывал материалистически, утверждая Deus sive Natura, то есть, что картезианский Бог это и есть Природа.

Неизвестный: Похоже, что Декарт и в самом деле, намеренно или случайно, допустил в своём доказательстве серьёзную ошибку, и вместо бога доказал существование Природы.

Материалист: Это действительно так. Об этом же писал французский атеист и коммунист Жан Мелье, в восемьдесят третьей главе своего Завещания разъясняя, что картезианцы путают бесконечное бытие, которое и есть материальная субстанция, с бесконечно совершенным существом, то есть богом, которого нет. Вообще, всё его Завещание — лучший на мой взгляд в истории учебник по научному атеизму, столь же блестящий по форме, сколь научный по содержанию, так что так называемые “новые атеисты” — Доукинс, Деннет, Харрис, Хитченс, Стенджер и иже с ними — не идут ни в какое сравнение, особенно учитывая тот факт, что Мелье показывал социальную сущность религии и указывал на сговор тогдашних церковников и тиранов, а “новые атеисты” делают вид, будто современные церкви не состоят в союзе с глобальным капиталом и империалистическими государствами, чьи усилия по сохранению капитализма тормозят общественный прогресс, препятствуют установлению всеобщего равенства, основанного на общности имущества и всеобщем просвещении.

Неизвестный: Однако, насколько мне известно, Доукинс опровергает религию, опираясь на теорию эволюции, которую ты и сам разделяешь. В чём же проблема, что ты его критикуешь?

Материалист: Проблема в том, что он старается истолковать эволюцию позитивистским, схоластическим способом, отрывая её от развития общества, которое от дообщественной природы отличается наличием орудийной деятельности, и на развитии которой базируется вся общественная история. Доукинс же и компания не знают, что история общества есть история развития производительных сил и производственных отношений, на определённом этапе движения которых последовательно возникают три формы отчуждённого, ложного сознания, — магия, религия и идеология. Следовательно, нельзя их устранить из общественного сознания, не экспроприировав прежде частную собственность на средства производства, лежащую в основе капиталистической формации, которая сегодня создаёт голод и нищету для сотен миллионов людей, содержа их в унизительном состоянии наёмного рабства. Ясно, что испытывая ежедневный жестокий стресс, будучи подвергнутыми эксплуатации и бесправию, массы будут искать призрачного утешения в магических обрядах, в религиозных песнопениях и литургиях, в либеральных или консервативных идеологиях вместо того, чтобы экспроприировать экспроприаторов прибавочной стоимости. Ещё Ленин писал, что научный атеизм — это азбука материализма, однако марксизм не есть материализм, остановившийся на азбучных истинах. Конечно, просвещение людей в рамках капитализма полезно и необходимо, как порой необходимо у больного сбить температуру и ослабить аллергическую реакцию, однако это ни в коем случае не замена борьбе за коммунизм, в котором только всё общество и сможет окончательно освободиться от всех и всяческих пережитков и предрассудков.

Неизвестный: Ты хочешь сказать, что так называемые “новые атеисты” непоследовательны в своём атеизме, и борясь с симптомами, игнорируют причину их появления?

Материалист: Да, и тем самым отвлекают массы от классовой борьбы. А причина тому проста — сами “новые атеисты” веруют в догмы либеральной и позитивистской идеологии — права человека, свободу воли, в мир как совокупность фактов, и в непредсказуемость прогресса. Причём как правило не уточняют, что под правами человека они подразумевают право финансовой олигархии владеть неисчислимыми капиталами и ещё больше их наращивать за счёт экспроприации прибавочной стоимости у рабочих, а также меньших капиталов не столь богатых капиталистов; под категорией свободы воли они контрабандой протаскивают религиозное суеверие о нематериальной душе, якобы живущей в организме человека, им управляющей, и действующей беспричинно; позитивистское понимание мира как совокупности фактов неизбежно ведёт к солипсизму, до которого недавно договорился выдающийся физик и негодный философ Стивен Хокинг, по мнению которого “реальность сама по себе существует в сознании наблюдателя”, тогда как на самом деле всё наоборот, и это наблюдатель вместе с сознанием существует в реальности; наконец, они принимают догму исторического идеализма, провозглашённую некогда ярым антисоветчиком и идеологом позитивизма Карлом Поппером, по мнению которого будущее непредсказуемо, и к хорошим результатам приводит только медленный эволюционный отбор гипотез, из чего он делает вывод о вреде плановой экономики и социальных революций, оправдывая тем самым тираническую власть крупного финансового капитала, уже развязавшего две мировые войны, несколько сотен локальных войн и бесчисленное множество частных случаев грабежа и насилия, с одной-единственной целью — максимализации прибылей.

Неизвестный: В таком случае, этим господам не стоит особенно доверять в деле распространения научного знания и атеизма, раз у них самих и научность, и атеизм хромают на обе ноги.

Опровержение доказательства Иммануила Канта, о нравственности

Материалист: Я тоже так думаю. Однако, у нас с тобой осталось ещё доказательство Иммануила Канта.

Неизвестный: Да, я о нём слышал, что он самостоятельно опроверг пять доказательств бога Фомы Аквинского, но вместо них придумал своё, шестое, которое с тех пор ни один безбожник опровергнуть не может.

Материалист: На самом деле, в общественное сознание этот анекдот попал из книги реакционного писателя-антисоветчика Михаила Булгакова “Мастер и Маргарита”, а в реальности всё было значительно сложнее. На самом деле Кант пытался опровергнуть доказательства Фомы Аквинского не с позиций материализма, как это я тебе только что продемонстрировал, выделяя в его рассуждениях здравое зерно, и отбрасывая мистический вздор, так что будучи скорректированными и очищенными от логических ошибок, эти рассуждения превращаются в доказательства бесконечной материальной субстанции, и опровергают бога монотеистических религий. Кант же пытался критиковать аргументы Аквинского с позиций агностицизма, доходящего местами до субъективного идеализма, так что по его мнению бог, как и материя каким-то образом всё же есть, только познать мы их никак не можем. Само собой разумеется, что бог, который не творит чудес, не творит мир, и не способен совокупиться с Марией, способен вдохновить разве что какого-нибудь реакционного интеллигента, заплесневевшего и выжившегося из ума от непрестанного сидения в четырёх стенах наедине с позитивистской и пиетической литературкой в духе Достоевского или Карла Поппера.

Неизвестный: Однако, какое-то доказательство бога Кант всё же выдвинул?

Материалист: Да, только что именно какое-то. В своём сочинении “Религия в пределах только разума” он утверждает, что бога нельзя доказать какими бы то ни было чудесами, которых нет, что церковные догмы, молитвы, поклонение иконам, посты, ночные бдения и тому подобное — всего лишь грубые суеверия, не имеющие ни к религии ни к богу никакого отношения. А истинный бог, по его мнению, это просто-напросто олицетворённый моральный принцип, существующий где-то у себя в потустороннем мире, и проявивший себя лишь тем, что привил в души всех людей морально-этическое и нравственное чувство, которое Кант называет категорическим императивом, и которое, по его мнению, принуждает всех воспитанных людей поступать в отношении себе подобных согласно такой максиме, которую они бы желали сделать всеобщей; или использовать другого человека всегда как цель и никогда как средство, и тому подобное; а в случае, когда мы нарушаем этот императив, заставляет нас испытывать душевные страдания, называемые угрызениями совести.

Неизвестный: Я думаю, что за такое “доказательство” бог сослал душу Иммануила Канта в огненную геенну, так как это явное богохульство против церковных догматов о боговоплощении, распятии и воскресении Иисуса Христа, а также против учреждённого им ритуала литургии, в ходе которого священник посредством особых песнопений и телодвижений призывает божью благодать, которая трансформирует хлеб и вино в мышцы и кровь самого бога. Каждому христианину совершенно очевидно, что вся суть нашей религии состоит в том, чтобы правильно исповедоваться и регулярно причащаться, чтобы в организме от этого накопилось достаточное количество божественной благодати, излучение которой отпугивает бесов, а после смерти возносит душу прямо в рай, где на протяжение вечности она будет петь «Аллилуйю» самому творцу вместе с легионами ангелов и святых угодников.

Материалист: Я тоже думаю, что по причине своей половинчатости и непоследовательности Кант не способен убедить ни христиан ни материалистов в существовании своего бога и пользе веры в него. Так как для христианина самое важное — это исполнение литургических ритуалов и обрядов благочестия, — не считая протестантов, у которых всё крутится вокруг текста библии и степени веры в бога; а мне как материалисту прекрасно известны примеры человеческих обществ, в которых никакой “совести” не просто нет, а даже отсутствует слово, которым бы люди именовали это явление психической жизни. Приведу тебе пример из книги Георга Бюхнера “Материя и сила” — может быть, ты помнишь, её рекомендует почитать отцу своего друга главный герой романа Тургенева “Отцы и дети” Евгений Базаров, учёный безбожник, нигилист и материалист.

Неизвестный: Да, нас заставляли читать эту книгу в школе — честно говоря, я тогда ничего не запомнил, потому что нет ничего отвратительнее, чем выполнять приказания вздорных и некомпетентных педагогов. Вообще, в современном обществе школа по моему мнению — это учреждение, призванное мучить детей, которые находятся от взрослых в зависимом положении — самое отвратительное преступление, какое только можно вообразить. Однако, что за пример из Бюхнера ты мне хотел привести?

Материалист: А пример следующий — в какое-то туземное племя приехал миссионер, и решил приобщить аборигенов к христианскому благочестию. Но когда попробовал объяснить местному жителю что такое угрызения совести и внутреннее моральное чувство, наличием которого Кант старается доказать своего нравственного бога, то с удивлением обнаружил, что туземцы с понятиями нравственности в принципе не знакомы, а их воззрения о том, что такое хорошо и что такое плохо сводятся к тому, что когда они убивают врагов, грабят их имущество и крадут самых красивых женщин, то это хорошо, а когда то же в их отношении делают враги, то это плохо. Что же касается угрызений совести, или нравственного раскаяния за содеянное в отношении врагов, то их туземцы никогда не испытывали, и в их языке отсутствовали слова для их обозначения, так что восторженные рассказы миссионера об огне, снедающем согрешившего человека изнутри и о мышечных спазмах, стесняющих его грудь, туземец понял как описание кишечных колик, и в свою очередь рассказал миссионеру, что для освобождения от них использует в качестве слабительного такую-то местную траву. А когда миссионер попытался привить им основы христианской этики в области эротических практик, и рассказал, что единственно правильной и богоугодной считается одна-единственная поза, известная с тех пор как “миссионерская”, а все остальные — неблагочестивые и греховные, то туземцы подняли его на смех и прогнали из своей деревни, не желая слушать эти нелепые небылицы про бога и нравственность, о которых попусту баснословит Иммануил Кант, не в силах доказать их истинность.

Неизвестный: Всё сказанное тобой — весьма логично, и согласуется друг с другом. В самом деле, если есть народы, в языке и практике которых вовсе нет ни малейших представлений о христианской нравственности, то кантовское доказательство оказывается ещё более несостоятельным, чем все рассмотренные нами выше. Однако, мне ещё хочется обдумать наедине всё сказанное тобой, чтобы не сделать поспешных выводов.

Материалист: Вот и замечательно. На сегодня я предлагаю закончить, а завтра разобрать аргументы, которые богословы — то есть попы и поповствующие — приводят для доказательства бога из явлений природы, извращая данные естественных наук, свидетельствующих о бесконечной материальной субстанции, которая есть, и которая сама производит всё многообразие материальных форм без помощи и участия каких бы то ни было потусторонних богов, которых нет.

Неизвестный: Договорились. Завтра об этом и поговорим.