Общество не поверит в обнуление

Кремль обеспечивает явку силовыми приемами, но не способен породить доверие к процедуре

1,1 млн петербургских избирателей — 28% от общего числа — к 28 июня уже проголосовали (досрочно) по поправкам к Конституции.

Подавляющая часть из них — «бюджетники» и пенсионеры: первых городские власти в массовом порядке обязывали голосовать досрочно, вторых столь же массово по заказу тех же властей обзванивали «волонтеры», призывая голосовать «за поправки». Конечно, это признак крайней неуверенности властей в результате, который приказано обеспечить, в сочетании с жутким страхом, что этот результат не будет достигнут. И тогда со смольнинского крыльца полетят административные головы. Между тем, учитывая, что упор в ударном принуждении к голосованию был сделан на рабочие дни 25-26 июня, похоже, что основной ресурс, находящийся в распоряжении властей, почти исчерпан. И как достичь хотя бы обещанной ВЦИОМ явки в 52.6%?

Показатель и так на нижнем пределе. Видимо, опасаются предсказывать больше в условиях массового понимания полнейшей фарсовости предложенной процедуры, когда голосуют где угодно и как угодно: на рабочем месте, во дворе, на скамейке, в багажнике легкового автомобиля, в сарае, в кузове «Газели». Не возбраняется (хотя в Петербурге это после скандала объявили «неудачной шуткой») даже голосовать за родственников — мол, зачем пожилым людям тратить время...

Вывод прост:

дальше придется тупо рисовать.

По примерно такой схеме, о которой мне написали питерские «бюджетники».

Сотрудников бюджетного учреждения оформили «наблюдателями от Общественной палаты» и велели наблюдать.

Потом сказали, что они пойдут по домам — смотреть, как досрочно голосуют «надомники». На самом деле, привели в какое-то административное помещение, и член комиссии доверительно сообщила:

«Нам сказали, что вы — надежные люди. Вас предупредили, что вы должны нам помогать».

Затем выдали распечатки из домовых книг и велели заполнять книги учета проголосовавших избирателей — с ФИО, паспортными данными, временем «голосования», — и расписываться за этих якобы проголосовавших. При этом члены комиссии и какие-то неизвестные присутствовавшие граждане весело шутили, что, мол, мы потом все бюллетени «против» выкинем и вместо них положим бюллетени «за»...

Все описанное — 100-процентный состав статьи 142 УК РФ. И у меня нет ни малейших сомнений, что все описанное — чистая правда. И что именно так будут рисовать и явку, и результаты — пользуясь полным отсутствием реального наблюдения.

Собственно, тот факт, что за выходной день 27 июня при «уличном голосовании» во дворах число проголосовших якобы выросло на 350 тысяч человек (за день до этого было 760 тысяч) — доказательство «рисовки». Специально подошел к «уличному» участку во дворе моего дома — проголосовали 11 человек. При том, что в городе около 2 тысяч избирательных участков — даже если в среднем к участку подходило по 30 человек, более 60 тысяч проголосовавших ну никак не набирается.

Вообще, главная черта начавшегося голосования (это касается не только Петербурга) — абсолютное бесстыдство начальства, отбросившего остатки стеснения.

Раньше в ответ на обвинения в использовании «административного ресурса» следовали гневные опровержения и возмущенные заявления: мол, да как вы можете подумать? Теперь — все иначе.

Третью неделю пишу везде, где могу, о принуждении бюджетников к голосованию, цитирую десятки писем, названия учреждений, имена руководителей — и ни одного опровержения в «провокациях» или «возбуждении обстановки».

С «нагловатой улыбкой обесчещенного» (трудно не вспомнить Фазиля Искандера) чиновники отвечают в стиле

«Да, ну и что?».

С полной уверенностью, что за это ничего не будет. Что никакой ЦИК, никакая прокуратура и никакая полиция не посмеют помешать решению важнейшей государственной задачи — показать, как народ продолжает любить президента. Настолько, что готов дать ему возможность править еще шестнадцать лет.

Но даже среди, казалось бы, абсолютно управляемого электората все чаще возникают очаги сопротивления.

Так, преподаватель техникума «Приморский» Екатерина Шашкова открыто заявила, что руководство техникума принуждает ее голосовать досрочно. При этом ей заявили (цитирую ее обращение ко мне), что

«в случае не исполнения с моей стороны порядка открепления и досрочного голосования 25–26 июня 2020 года на избирательном участке 18.2 гимназии № 41, я буду уволена.

Когда я возразила: на каком основании — мне было заявлено, что для начала мне сократят нагрузку до минимума, чтобы было не выгодно экономически работать, а потом уволим».

И несколько сотрудников питерской библиотеки имени Маяковского отказались голосовать досрочно, несмотря на давление. И выложили в Интернете скрины с корпоративного портала библиотеки, где написано: «те, кто не смогут проголосовать в библиотеке на наб. р. Фонтанки, 46, ОБЯЗАНЫ (выделено мной — Б.В.) проголосовать на избирательном участке по адресу: Графский пер., 1, 25 и 26 июня с 16.00 до 20.00».

А библиотекарь Екатерина Кутерницкая прислала мне и опубликовала в Сети открытое письмо «Я не могу и не хочу больше молчать».

Выдержки из него стоит процитировать.

ПИСЬМО БИБЛИОТЕКАРЯ ЕКАТЕРИНЫ КУТЕРНИЦКОЙ
«Нас принуждают досрочно голосовать на работе в указанные дни и часы – такая же ситуация наблюдается во всех бюджетных организациях. Муки людей, которые душат свою совесть или пытаются сохранить ее я наблюдаю каждый день. Я бы сказала, что «это — дно», но боюсь, что постучат снизу. Не напоминает ли вам это времена, когда «застенки» были реальностью? Когда люди оглядывались каждую минуту и боялись сказать слово? На нас в любой момент могут начать давить, «потрошить» нашу личную жизнь, бесцеремонно нарушить наши личные границы, вскрывать аккаунты...

Наша реальность — это усиление давления и контроля. Но мы больше не будем терпеть. И нас оправдает любой суд. Мы будем стоять до конца и защищать своих коллег – и старших, и младших, если их попытаются сделать «крайними» в этой ситуации. Россия изменилась. И, мне кажется, люди наверху (на самом верху) этого не понимают. Мы всеми силами защищаем честь своей библиотеки, которую очень любим и которую ценит весь Санкт-Петербург.

Самое кощунственное – хороших людей заставляют поступать плохо. Делают нравственными калеками.
А люди – должны оставаться ЛЮДЬМИ, чтобы быть настоящим живым НАРОДОМ, способным дать миру прекрасное светлое искусство, музыку, кино, науку, образование, личностей. А значит – у них должна оставаться совесть, честь, достоинство и идеалы, которые они несут будущему поколению. Душа не должна стать безжизненной пустыней, где не осталось ничего кроме страха и угрызений совести. Нельзя предавать себя! Нельзя предавать культуру – наследие и совесть целой нации! НЕЛЬЗЯ!».

Напомним, что по опросу Левада-центра, только 25% поддержали бы поправки Путина к Конституции, если бы на голосование вместе с ним выносилась бы «Конституция свободных людей», предложенная Общественным конституционным советом вместе с «Яблоком». При этом 28% поддержало бы «Конституцию свободных людей», и 26% проголосовали бы против обоих проектов.

Это означает, что есть очень серьезный запрос на альтернативу. Самый серьезный за все путинские годы: ни разу еще Путин не терял поддержки большинства.

И это означает, что в честном споре с альтернативой путинские поправки не смогли бы победить.

Только в нечестном — еще более нечестном, чем недавняя игра «Сочи» против мальчишек из «Ростова». В таком, где команде соперника вообще не позволяется выйти на поле, поскольку никакого другого варианта поправок к Конституции, кроме «путинского» (да и то — «пакетом», без возможности оценить каждую поправку отдельно) на голосование не выносится.

Именно поэтому все силы власти брошены на административное принуждение «бюджетников» к голосованию, на предельное облегчение процедур голосования, упрощающее работу фальсификаторов, и на «досрочку», результаты которой легко будет подменить.

Так не организовывают голосование за предложения, которые популярны в народе. Так организовывают только голосование за крайне непопулярные предложения.

Растянув «общероссийское голосование» на неделю, власти, видимо, стремились изобразить его как всенародный праздник демонстрации любви народа к президенту.

Получилось обратное: растянутый на неделю балаган, видимый любому, кто наблюдает за происходящим у себя во дворе или на улице — что бы ни показывали по телевизору. И если на «голосование» приходится на протяжении недели или заставлять приходить, или зазывать с притопами и прихлопами — становится очевидным, что граждане в массе своей совершенно не заинтересованы в «путинских поправках».

И это означает, что если утром 2 июля будет объявлено о якобы массовой поддержке поправок к Конституции, — общество этому не поверит.