Почему детский омбудсмен Анна Кузнецова не устраивает ни либералов, ни консерваторов

28 мая Уполномоченная по правам ребенка Анна Кузнецова родила седьмого ребенка — сына Петра. А 29 мая из ее ежегодного доклада президенту общественность узнала, что омбудсмен предложила ограничить финансирование абортов и запретить аптекам продавать «абортивные» препараты. И еще штрафовать граждан за нецелевое расходование материнского капитала. Оба предложения вызывают, по меньшей мере, недоумение. А предложение преследовать граждан за «нецелевое» расходование материнского капитала в то время, когда тысячи людей в стране столкнулись во время пандемии со стремительным обнищанием, выглядит и вовсе негуманным. «Новая» решила напомнить, чем отличилась на посту детского омбудсмена Анна Кузнецова. И почему ее деятельность вызывает у многих неизбежный вопрос: нужен ли России такой детский омбудсмен?

Впервые Анна Кузнецова появилась рядом с президентом на XV съезде «Единой России» в июне 2016 года, а уже 9 сентября была назначена на этот пост. Примечательно, что президент отдал предпочтение Кузнецовой, хотя на эту роль, по мнению «детских» НКО, в большей степени подходила президент фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская, человек с безупречной репутацией и хорошо известный в стране.

В пользу Альшанской подписали петицию 6 тысяч человек. Кузнецову же на тот момент знали мало. Было известно лишь, что она глава Пензенского фонда по поддержке семьи, материнства и детства «Покров».

Биография Анны Кузнецовой, если верить Википедии, складывалась вполне планомерно и предсказуемо. Родилась 3 января 1982 года в Пензе. Отец по профессии строитель, мать — инженер. После школы училась в Педагогическом лицее № 3, в 2003 году окончила с отличием Пензенский педагогический университет по специальности «педагог-психолог».

Ее первая общественная работа — волонтер по уходу за детьми-отказниками в областной детской больнице. В 2008-2010 годах создала общественную организацию «Благовест», в которой председательствовал ее супруг, священник Алексей Кузнецов, настоятель храма Воскресения Христова в Уварово Иссинского района, за которого она вышла замуж еще в университете.

В 2011 году основала и возглавила «Покров» — фонд помощи многодетным и малоимущим семьям. Одно из ключевых направлений деятельности фонда — профилактика, направленная на сокращение числа абортов, и пропаганда традиционных семейных ценностей. В 2014 году Анна Кузнецова вступила в ОНФ (сразу после этого «Покров» получил от государства грант в 600 тысяч рублей и финансирование Центра защиты материнства со стационарным приютом для матерей с детьми, находящихся в сложной жизненной ситуации). Тогда же она возглавила региональное отделение организации «Матери России».

Весной 2015 года Кузнецова возглавила созданную при ОНФ Ассоциацию организаций по защите семьи. В этом же году президент подписал указ, согласно которому фонд «Покров» стал оператором президентских грантов на общую сумму 420 миллионов рублей.

Весной 2016 года Кузнецова убедительно выиграла праймериз «Единой России» в Пензенской области, набрав более 65% голосов, и попала в предвыборный список партии на думских выборах.

В интервью пензенскому изданию она тогда сказала: «У меня нет политического опыта и, может, умения "носить чемодан", но я знаю, как живут в наших районах, я слышала о проблемах самых дальних сел и деревень, я знаю, как непросто порой семьям с детьми, мамам, которые остались одни с ребенком-инвалидом на руках». А уже в сентябре 2016 года, после скандальной отставки детского омбудсмена Павла Астахова, Кузнецова была назначена Уполномоченным при президенте Российской Федерации по правам ребенка.

Кузнецова — мать семерых детей.

Указом президента России в январе 2019 года она была переназначена на должность детского омбудсмена сроком еще на пять лет. Это означает, что до 2024 года защитником детства от лица государства будет Анна Кузнецова.

Что не так с омбудсменом Кузнецовой

Если говорить о презентационной составляющей деятельности детского омбудсмена, то она выглядит настолько безупречно, что даже вызывает настороженность. На ее официальном сайте в разделе фото можно насчитать десятки клонов ее фотографий, снятых практически с одного ракурса и с одним сюжетом — Анна Кузнецова либо рядом с ребенком во время визита в больницу, либо на заседании какого-нибудь ведомства.

Везде с безупречным внешним видом и одной эмоцией на лице — спокойного вдумчивого внимания.

Самые «больные» для нее детские темы — аборты. Здесь Кузнецова полностью действует в русле политики РПЦ. Настолько, заметим, преданно, что вызывает оторопь даже у государственных чиновников.

На ее очередную (уже не первую) майскую инициативу сократить финансирование абортов негативно откликнулся Геннадий Онищенко, экс-глава Роспотребнадзора: «Мы уже запрещали аборты, в сараях повивальные бабки в антисанитарных условиях гробили молодых девочек, лишали их здоровья и счастья быть матерями».

Сама же Кузнецова, похоже, искренне считает, что деторождение можно насильственно стимулировать, причем во благо самой женщины.

«Аборт для женщины — это бомба замедленного действия, — утверждала она несколько лет назад в интервью Медицинскому порталу Пензы. — Дело в том, что осознание своего поступка приходит не сразу.

Однако впоследствии практически каждая женщина начинает испытывать сильную душевную боль и чувство вины. Это сочетание психических симптомов и заболеваний, которые приводят к глубочайшей депрессии».

Еще сомнительнее прозвучало несколько лет назад ее признание лженауки: «Основываясь на сравнительно новой науке Телегонии, можно говорить о том, что клетки матки обладают информационно-волновой памятью. Допустим, если у женщины было несколько партнеров, то велика вероятность рождения ослабленного ребенка из-за смешения информации. Особое влияние данный факт оказывает на нравственную основу будущего ребенка».

Позже она всячески открещивалась от этого заявления.

Мировоззренческие пассажи можно было бы детскому омбудсмену простить, если бы они столь очевидно не транслировали позицию РПЦ, которая не первый год пытается навязать воинствующую религиозную нравственность светскому государству. Именно религиозная нравственность и семейные скрепы доминируют в деятельности детского омбудсмена. Основной стиль — точечные мероприятия с патриотическим уклоном.

«Новой» не удалось найти ни одного резонансного дела, связанного с детьми, в котором позиция Кузнецовой сыграла бы решающую роль.

Неоднозначные действия

Самый свежий пример — ее реакция на историю с девочкой, которая пять лет прожила в перинатальном центре, откуда ее не хотели забирать родители, хотя ребенок был абсолютно здоров и не нуждался в медицинском уходе.

Общественники настаивали, что права ребенка на семью грубо нарушаются и необходимо вмешательство органов опеки. Кузнецова же в первоначальном комментарии ТАСС заявила, что родители «все обязательства исполняют и заботятся о своем ребенке». Она охарактеризовала семью девочки как «обеспеченную, многодетную, полную».

Примечательно, что позже ее комментарии изменились, и в правленой версии интервью она отмечала, что «ситуация с девочкой неоднозначная».

Эта странная «лояльность» в вопиющей ситуации вызвала острую реакцию директора благотворительного фонда профилактики социального сиротства Александры Маровой. Она заявила о своем уходе из Общественного совета при детском омбудсмене: «Есть вещи, которые принципиальны. Есть должности, на которых без четких позиций, в том числе по не всегда однозадачным вопросам, невозможно быть эффективным», — написала она в фейсбуке, прикрепив новость с комментарием Кузнецовой.

Компетентные наблюдатели отмечают и еще одну «странность» омбудсмена Кузнецовой — это практически полное игнорирование дискуссии по поводу закона о домашнем насилии. А от рук семейных тиранов страдают не только женщины, но и дети.

За все время обсуждения закона Кузнецова ограничилась единственным комментарием: «Его нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации. Они противоречат действующему законодательству, содержат дублирующие действующие нормы». Однако никакого участия в доработке документа, в публичной дискуссии, во взаимодействии с экспертами она принимать не стала, ограничившись ремаркой, что нужно заниматься профилактикой домашнего насилия, а не вводить «силовые методы применительно к семье».

Силовыми методами консервативные родительские организации считают ограничительные предписания, которые запрещают агрессорам приближаться к жертве, которая чаще всего и есть жена домашнего тирана. Собственно, ее позиция умолчания вполне понятна, если учесть, что РПЦ заявляла, что закон о домашнем насилии приведет к «бракоразводным войнам».

Надо отметить, что временами критикуют Кузнецову и с традиционалистского фланга. В 2017 году с жесткой критикой детского омбудсмена, вплоть до призывов ее отставки выступили родительские организации консервативного толка. Они упрекали Кузнецову в том, что в ежегодном докладе президенту она сообщила, что прецедентов незаконного изъятия детей из семьи не выявлено. Позже член Совета Федерации Елена Мизулина представила альтернативный доклад, основанный на данных, собранных общественными организациями, выступающими против Кузнецовой.

Так неожиданно матушка настроила против себя ярых сторонников Домостроя.

Сайт всероссийских акций

Подробное изучение сайта Уполномоченной по правам ребенка выявило любопытную особенность. Львиная доля рабочего времени Кузнецовой уходит на акции — преимущественно патриотического содержания и преимущественно краткосрочные.

В 2017 году — акция «Письмо солдату». В 2018-м — акции «Совет отцов», «Вектор «Детство», «Безопасность детства», «Детский совет». В 2019 году — всего одна акция «Класс доброты. Герои нашего времени». В апреле 2020-го — «Память победы».

Чем хороши акции? Тем, что с минимальными затратами позволяют заполнять сайт позитивным видеорядом и многобуквенной отчетностью.

Впрочем, есть темы, которые реально интересуют Кузнецову и в которых она проявляет жесткую и последовательную позицию. Во-первых, это борьба с педофилами.

Первым ее громким делом было обращение в сентябре 2016 года в Прокуратуру РФ с просьбой проверить на предмет детской порнографии организованную в Москве Центром фотографии братьев Люмьер выставку Джока Стерджеса «Без смущения», где были представлены фотографии обнаженных подростков. Выставку закрыли.

В декабре 2016 года Кузнецова выступила с инициативой создания реестра педофилов, чтобы не допустить их на работу в учебные заведения. Еще через год омбудсмен предложила ввести пожизненный административный контроль над педофилами. В начале 2019 года Кузнецова предложила ввести уголовную ответственность за хранение детской порнографии без какой-либо цели. Однако УК РФ не предусматривает за это ответственности.

Еще одна тема, к которой постоянно возвращается омбудсмен — реформирование органов опеки. После истории в июне этого года с истощенной девочкой из Брянска, за которой не следили приемные родители, пропивая детские пособия, она в очередной раз в интервью телеканалу «Россия 1» сказала о планах реорганизации опеки:

«Рассматривается как поступательное реформирование, так и достаточно радикальное, но то, что система должна в корне изменить принцип своей работы с карательного на помогающий, это однозначно точно».

Если бы это увенчалось какими-то реальными изменениями, то это можно было бы смело записать в актив омбудсмена Кузнецовой. Пока, правда, их не видно.

Из неоконченного

Почти все инициативы, которые выдвигает детский омбудсмен, вроде бы находят поддержку президента. В 2017 году Анна Кузнецова предложила создать институт социальных нянь для помощи малоимущим мамам, чтобы таким образом дать возможность выйти на работу женщинам, чьи дети еще не доросли до детсадовского возраста. Социальные няни при этом должны были проходить обучение и получать зарплату от государства.

Проект завис на уровне инициативы.

Еще один проект — «Социальный навигатор» — должен, по замыслу, приблизить социальную помощь к человеку, чтобы ему не приходилось преодолевать бюрократические барьеры. Суть проекта — в создании социальной службы с единым телефонным номером, куда поступают все тревожные сигналы и просьбы о помощи, которые впоследствии координаторами распределяются по соответствующим ведомствам. Пока такой проект действует только в Пензенской области.

В 2016 году Кузнецова предлагала ввести в школьную программу курс «Семьеведение». Минобразования тогда эту инициативу одобрило, однако в общеобразовательный стандарт курс введен не был. Когда же в 2017 году Республика Северная Осетия — Алания — заявила, что станет первым регионом России, в котором в 10–11-х классах реализуют проект «Семьеведение», Кузнецова похвалила первопроходцев: «Это еще раз подтверждает, что Кавказ берет четкий курс на защиту традиционной семьи и семейных ценностей. Об уроках семейного счастья говорили давно. И сейчас перед нами стоит задача адаптировать программу, обогатить ее тем опытом, который есть в республике».

Но вот тема ранних браков по принуждению, почти узаконенному насилию и обрезанию девочек на Кавказе Кузнецовой никак не комментируется.

Не стала приоритетной для нее и тема обеспечения детей редкими лекарствами. Бились за их регистрацию и право получения больными детьми благотворительные фонды и СМИ. Кузнецова же сообщала «о неоднократном обращении в Минздрав» и о «недопустимости происходящего». Но ни одного публичного выступления с возмущением и последовательным «пробиванием» проблемы не последовало.

Лучше же всего Анне Кузнецовой удаются точечные «защиты», которыми она делится в разделе «Помогли» на своем сайте. Вот, например, что было сделано за апрель-май: «Анна Кузнецова помогла пациентке детского хосписа из Кемеровской области», «Анна Кузнецова оказала содействие в помощи 6-летнему мальчику из детского дома», «Детский омбудсмен помогла семье получить выплаты на ребенка»… Собственно, это то самое «ручное управление», которое успешно демонстрирует президент, вмешиваясь после ежегодной прямой линии в решение бытовых проблем некоторых россиян.

Но и на этом пути случаются сбои. В 2018 году певица Лолита Милявская записала на ютубе ролик, в котором прямо упрекнула Кузнецову в присвоении чужих заслуг.

В 2018 году у семьи Богдан из Рязани сгорел дом, шестерых детей забрала опека. После публикации этой истории в СМИ на помощь семье откликнулось множество людей. Организацию помощи взяла на себя Лолита, обратившись к своим подписчикам в инстаграме. Однако через некоторое время Милявская обнаружила, что Кузнецова в релизе о помощи семье Богдан все успехи приписала исключительно себе. Якобы сразу после ее вмешательства у семьи появился дом, а детей вернули родителям. Милявская в ролике, который и сейчас можно найти на ютубе, говорит: «Как же так, матушка, нас ведь много было…».

Парадоксально, но репутация омбудсмена Кузнецовой как активного защитника прав детей так и не сформировалась. Она — яркий пример функционера, который действует по правилам, определенным государственной идеологией.

Ее стиль — транслировать от своего имени решение, которое уже согласовано с руководством, а не пробивать его принятие.

В этом смысле, она, безусловно, подходит для своей должности.

Но в стране, где права человека отстаивать надо с железной волей и непоколебимостью, а права ребенка — и вовсе изо всех возможных сил, оставаться бесконфликтным и лояльным персонажем — позиция почти безнравственная.

P.S.

А вот последнее предложение детского омбудсмена правительство не поддержало. Она предлагала распространить выплаты в размере 10 тысяч на семьи с детьми 16 и 17 лет. Ее обращение было передано в Минтруда, где ответили, что для детей с 16 лет существует возможность трудоустройства.

К сожалению, есть почти стопроцентная уверенность, что продолжать дискутировать на эту тему после отказа Кузнецова уже не будет.