Домашний кинотеатр: Михаэль Ханеке

Фильмы о жестокости и любви — «Забавные игры», «Пианистка», «Белая лента» и другие

Каждые выходные в рубрике «Домашний кинотеатр» на «Медузе» выходят рекомендации для всех, кто хочет изучить историю кино. В этом выпуске кинокритик Антон Долин рассказывает об одном из самых знаменитых европейских режиссеров, обладателе «Оскара» и двух «Золотых пальмовых ветвей» — Михаэле Ханеке.

Седьмой континент

1989 год

Гордость австрийского кино, уроженец Мюнхена Михаэль Ханеке прошел долгий путь перед тем, как дебютировал в «большом» прокатном кинематографе в возрасте 47 лет. До того он успел многое: изучал философию и психологию в Венском университете, где много лет спустя начал преподавать, попробовал себя в качестве музыканта, драматурга и кинокритика, снял несколько более или менее успешных картин на телевидении (семь работ за десять лет). Возможно, поэтому «Седьмой континент», формально первый фильм Ханеке, производит столь оглушительное впечатление, поражая зрелостью рефлексии, выдержанностью формы, оригинальностью языка и эмоциональной силой. Картина участвовала в конкурсе фестивале в Локарно и получила «Бронзового леопарда».

Сюжет родился у Ханеке после прочтения новостной заметки, сюжет которой более-менее точно передан в фильме. Режиссер с первой картины тесно привязан к криминальной хронике и газетной повестке; несколько лет спустя свою минутную картину для приуроченного к 100-летию кинематографа альманаха «Люмьер и компания» он полностью построил на теленовостях. В центре «Седьмого континента» — обычное австрийское семейство: мама, папа, дочь. Их жизнь благополучна и устроена, лишена ярких событий. Буржуазная рутина не предвещает никаких катаклизмов. Тем более шокирующим в своей будничной катастрофичности выглядит непредсказуемый финал.

Можно рассматривать эту трагическую ленту как притчу о тупиковости комфорта, как критику современной Европы, или видеть в ней метафизическое исследование влечения к смерти и небытию. Так или иначе, режиссер избегает риторики и концентрируется на изображении — мнимо-статичном и обманчиво нейтральном. Со смехом автор рассказывал, как на пресс-конференции напуганные журналисты спрашивали его, действительно ли жизнь в Австрии настолько невыносима; разумеется, действие «Седьмого континента» могло бы разворачиваться и в любой другой стране — например, в «антиподе» Австрии, куда собирается уехать семья героев, Австралии. Также автор замечал, что самой шокирующей для зрителя оказывается сцена уничтожения денег — это зрелище кажется более невыносимым, чем любые мучения или смерти.

Впервые здесь появляются его «постоянные» персонажи — мужчина по имени Георг и женщина по имени Анна (такие имена носят большинство героев Ханеке). Очевиден тонкий музыкальный вкус режиссера: за кадром звучит музыка Альбана Берга, протягивающая нить от австрийского декаданса начала века к опустошению, настигшему европейцев в финале того же столетия. Принято считать, что «Седьмой континент» — первая часть неформальной «австрийской» трилогии, в которую также вошли «Видео Бенни» (1992) и «71 фрагмент хронологии случайностей» (1994).

Забавные игры

1997 год

Скандально знаменитая картина, представленная в конкурсе Каннского фестиваля со специальным предупреждением для особо нервных и чувствительных зрителей, предсказуемо разделила публику и критиков на два лагеря. Треть зала на премьере не смогла досидеть до конца сеанса. Для Ханеке — своего рода манифест, концептуальный ответ на пришедшую вместе с картинами Тарантино и Родригеса моду на «комичное насилие» и постмодернистскую этику.

Австрийская семья — муж Георг, жена Анна, их сын и собака, — приезжают отдохнуть в летний домик на берегу озера. В дверь стучатся двое молодых незнакомцев. Вскоре выясняется, что их намерение — садистски пытать и в конечном счете убить всех трех членов семьи. Попытки растерянных жертв спастись или хотя бы понять мотивы убийц, не приводят ни к чему. При этом один из двух пришельцев постоянно ведет собственный диалог со зрителями фильма, ломая «четвертую стену», и даже заключает с ними пари — удастся ли Георгу с Анной дожить до рассвета? С одной стороны, «Забавные игры» мучительно подробны, психологически детальны и очень правдоподобны в каждом нюансе, что противоречит общепринятым условностям жанра «хоррор», который взят здесь за формальную основу. С другой, Ханеке намеренно обращает внимание зрителя на то, что тот привык получать удовольствие от пыток и убийств вымышленных персонажей, и предлагает переосмыслить потребительское отношение к «комфортному» изображению насилия на экране.

Радикальный художественный жест и декларативно невыносимое кино, «Забавные игры» надолго стали визитной карточкой не только режиссера, но и многих его актеров, в особенности Ульриха Мюэ (он играл еще в двух картинах Ханеке, а потом в нашумевшей «Жизни других») и его жены Сюзанны Лотар (также снималась в других лентах Ханеке и позже в «Чтеце»), которые оба трагически рано ушли из жизни, а также Арно Фриша, открытого Ханеке в «Видео Бенни». Снимал «Забавные игры» Юрген Юргес, много лет спустя взявшийся за другой экспериментальный проект — «Дау» Ильи Хржановского. Десять лет спустя Ханеке продолжил судьбу «Забавных игр», сняв в США чрезвычайно точный англоязычный римейк в аналогичных декорациях — только с другим оператором, Дариусом Хонджи, и другими актерами, Тимом Ротом, Наоми Уоттс и Майклом Питтом, в главных ролях.

Пианистка

2001 год

Сняв после «Забавных игр» свой последний на сегодняшний день телефильм — скрупулезную экранизацию «Замка» Франца Кафки с Ульрихом Мюэ в главной роли, — Ханеке в знак протеста против избрания праворадикала Йорга Хайдера на выборах 1999 года начинает делать кино за пределами Австрии. В 2000-м выходит снятый во Франции «Код неизвестен» — фрагментарная хроника парижской жизни с Жюльетт Бинош в одной из главных ролей. А в 2001-м режиссера настигает первый фестивальный триумф. «Пианистка» — драма с французскими актерами на французском языке, но по одноименному роману современного классика австрийской литературы Эльфриды Елинек, — получает в Каннах Гран-при и две малые актерские «Пальмы», для Изабель Юппер и Бенуа Мажимеля.

40-летняя профессор Венской консерватории Эрика — строгая высокомерная женщина, живущая вдвоем с пожилой матерью. Ее тайная страсть — порно-кинотеатры, ее возбуждают фетишизм и садомазохизм, о чем не знает ни один человек. Но однажды Эрика встречается со студентом Вальтером — музыкантом-любителем, который разделяет ее страсть к Шуберту и, кажется, готов принять ее любой. Пианистка решается пойти ва-банк, впервые в жизни раскрыв кому-то свой секрет.

Одновременно бескомпромиссная лавстори и безнадежное исследование неудовлетворимой потребности в любви, «Пианистка» — хирургически выверенное зрелище, автор которого тщательно дозирует эмоции и таким образом достигает максимального эффекта. Перенося на экран новаторскую прозу Елинек, которая через три года получит Нобелевскую премию по литературе, Ханеке находит точные бессловесные эквиваленты для ее текста, построенного на модернистской формальной технике. Но прежде всего «Пианистка» — актерский Эверест, лучшая роль в карьере Изабель Юппер, одной из самых выдающихся и разноплановых европейских актрис. Когда-то она побоялась сыграть в «Забавных играх» Ханеке, о чем впоследствии пожалела, и теперь компенсировала упущение с лихвой. Не меньшего восхищения заслуживают Бенуа Мажимель и великая Анни Жирардо, с незабываемой экспрессией исполнившая роль матери Эрики. Позже Ханеке вновь снял Жирардо в «Скрытом», а с Юппер работал не раз, во «Времени волков», «Любови» и «Хэппи-энде».

Белая лента

2009 год

После «Пианистки» Ханеке становится одним из самых влиятельных европейских режиссеров. Негласный статус закрепляют минималистское постапокалиптическое «Время волков» и «Скрытое», жуткий интеллектуальный психотриллер с Даниелем Отоем и Жюльет Бинош (приз за режиссуру в Каннах). Попытка завоевать американскую публику с римейком «Забавных игр» не увенчивается успехом. Тогда Ханеке возвращается на родной континент — точнее, в Баварию, где он когда-то родился на свет. Там он снимает фильм, который многие назовут его высшим достижением, «Белую ленту». Эта камерная и одновременно глобальная драма, время действия которой перемещено в Германию перед Первой мировой войной, получит «Золотую пальмовую ветвь». Президентом каннского жюри в том году была Изабель Юппер, но ни у кого не повернулся язык обвинить ее в предвзятости — лидерство Ханеке было слишком очевидным.

Подзаголовок «Белой ленты» — «История детей Германии». Действие происходит в сельской местности и небольшом городке вокруг усадьбы местного барона. В центре сюжета подростки, еще не прошедшие первого причастия. Вместе с рассказчиком, молодым школьным учителем, мы пытаемся узнать и понять причину нескольких происшествий, в ходе которых пострадали местные жители, среди них мальчик с когнитивными нарушениями. Медленно и тщательно Ханеке погружает зрителя в размеренный быт богобоязненных фермеров и лишь намекает на то, что творится за закрытыми дверями их домов. Режиссер предпочитает избегать шоковых эффектов, оставляя самое страшное за кадром, и выбирает фигуры умолчания, так до конца и не раскрывая подоплеку происходящего. Тем не менее, понемногу проясняется, что дети — первопричина всех трагедий, одновременно жертвы и преступники, а их невольные соучастники — родители, практикующие дедовские воспитательные методы.

По большому счету, в этой чистой, строгой, сложной, но прозрачной картине Ханеке показывает генезис фашизма, который расцветет в тех же краях через пару десятилетий. Исследуя свои постоянные темы — насилия, репрессированных чувств, невостребованности и одиночества, а также коллективной ответственности, — Ханеке достигает наибольшей выразительности, сокращая художественные средства до минимума (это его первый черно-белый кинофильм). Главным источником вдохновения для режиссера и его постоянного оператора Кристиана Бергера стал монументальный цикл портретных фотографий Августа Зандера, вознамерившегося запечатлеть всю Германию в своих снимках и создавшего таким образом уникальную визуальную панораму довоенной Европы.

Любовь

2012 год

Первый и единственный случай в практике Каннского фестиваля — режиссер получает вторую «Золотую пальмовую ветвь» за второй фильм подряд. А потом еще «Золотой глобус» и «Оскар». Но сногсшибательный триумф «Любви» неудивителен. К тому же, у этой вновь снятой во Франции современной камерной драмы нет практически ничего общего со стилизованной исторической фреской «Белой ленты».

Этим фильмом Ханеке будто бы возражает своим критикам, нередко обвинявшим его в бесчувственности, расчетливости, апологетике «нелюбви». Благородная сдержанность его картины никак не противоречит ее чувственной природе, а внешняя прямолинейность интриги делает глубину «Любви» лишь более очевидной. В центре интриги двое стариков по имени (разумеется) Жорж и Анна. Они бывшие преподаватели музыки, давно вышли на пенсию, дети выросли; пара мирно живет в просторной парижской квартире. Однажды Анна переживает инсульт, результатом чего становится частичный паралич. Ее состояние медленно ухудшается. Жорж ухаживает за ней сам, ожидая неизбежного конца. Этим сюжет «Любви», в общем исчерпывается. Зная, что великие истории любви требуют преодоления препятствий, Ханеке ставит на пути своих героев непобедимого противника — старость и смерть. Тем не менее, их борьба друг за друга и за собственное достоинство превращает фильм в одно из высших достижений европейской культуры XXI века, а некоторые сцены — с инвалидной коляской или с влетающим в квартиру голубем — достойны того, чтобы войти в хрестоматии.

Роль Жоржа исполнил 82-летняя звезда «Конфоримиста» и «Мужчины и женщины» Жан-Луи Трентиньян, роль Анны — 85-летняя Эмманюэль Рива, знаменитая на весь мир ролью в «Хиросима, любовь моя»; таким образом, оба прославились ролями «героев-любовников» в культовых фильмах прошлого. В других ролях — Изабель Юппер, сыгравшая дочь пожилой пары, пианист Александр Таро и певец Уильям Шимелл. Оператором фильма стал Дариус Хонджи. За кадром звучит фортепианная музыка любимого композитора Ханеке — Франца Шуберта.

Пять лет спустя Ханеке представил в Каннах едкую социальную комедию «Хэппи-Энд», одного из персонажей которой, дедушку Жоржа, сыграл Жан-Луи Трентиньян. Его линия в фильме — своеобразный сиквел или оммаж «Любви». Эмманюэль Рива к тому моменту уже ушла из жизни.

Антон Долин