Подозреваемую не узнали, потерпевшие не пришли

Стартовал процесс против аспиранта МГУ Азата Мифтахова по делу о разбитом окне «Единой России»

Головинский суд Москвы 8 июля после нескольких переносов из-за коронавируса начал рассмотрение уголовного дела в отношении аспиранта МГУ Азата Мифтахова, а также двух других фигурантов Елены Горбань и Андрея Ейкина. Их обвиняют в том, что они разбили окно и бросили дымовую шашку в офис «Единой России» в столичном районе Ховрино. Горбань и Мифтахов отказались признать вину, только Ейкин во всем сознался и согласился с обвинением. Защита настаивает, что вмененное преступление не соответствует тому, что представлено в обвинительном заключении.

Завести дело против Мифтахова силовикам удалось лишь со второй попытки. Сперва следствие попыталось связать аспиранта МГУ с изготовлением самодельной бомбы, найденной на автобусной остановке в Балашихе (ч. 1 ст. 223.1 УК). В феврале 2019 года вместе с ним задержали еще 11 человек. К ним приходили с обысками, нескольких активистов допросили и потом отпустили. Все это время Мифтахова держали в ИВС Балашихи. Позже он заявил, что правоохранители угрожали ему, пытались выбить признательные показания. По словам Мифтахова, ему приставляли к груди шуруповерт, били по лицу, ударяли кулаком по груди, пинали по ногам.

Следы от шуруповерта остались на теле у активиста — следы от пыток потом замазали в больнице зеленкой.

Это зафиксировал член ОНК Московской области Валерий Борщев.

Почти сутки Мифтахова скрывали от адвоката. Разыскать активиста удалось только на следующий день после задержания. Его то перевозили из одного местного отдела полиции в другой, то держали в изоляторе в следственном управлении при МВД Балашихи. Уголовное дело о применении насилия СК не возбудил и на все заявления защиты постоянно штамповал отказные постановления.

Доказательств, указывающих на причастность Мифтахова в изготовлении взрывчатых веществ, следствие в итоге не нашло, а городской суд Балашихи не стал его заключать под стражу. Мифтахова отпустили, но сразу же задержали на выходе из ИВС по подозрению в вандализме (ч. 1 ст. 214 УК) за нападение на офис «Единой России». Однако «вандализм» найти не вышло. В итоге дело переквалифицировали на «хулиганство», совершенное группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 213 УК). 12 февраля 2019 года Головинский райсуд столицы арестовал Мифтахова.

Остальные фигуранты дела — Елена Горбань и Андрей Ейкин — после допроса остались под подпиской о невыезде. Опасаясь за свою жизнь, двое других обвиняемых, Алексей Кобаидзе и Святослав Речкалов, не стали дожидаться окончания следствия и уехали за пределы страны.

Речкалов заявил членам ОНК, что после задержания его пытали электрошокером. Их дела выделены в отдельное производство, а самих обвиняемых объявили в международный розыск.

На протяжении года Мифтахову продлевали содержание под стражей, ссылаясь на одни и те же доводы. Следствие полагало, что отпускать аспиранта нельзя «из-за его прошлого» — судимость по делу о насилии в отношении полицейского (в 2018 году Тверской суд Москвы назначил Мифтахову штраф в 45 тысяч рублей по ст. 318 УК — Ред.). Также в деле есть две справки из ГУ МВД по противодействию экстремизму, в которых указано, что активист в 2014 году вступил в анархистское движение «Народная самооборона».

По сведениям правоохранителей, эта организация «ставит своей целью насильственную смену власти по сценариям цветных революций» и

«может быть причастна к проведению незаконных акций по всей России и даже в Париже».

За время всего следствия на Мифтахова периодически оказывали давление и в его адрес устраивали провокации. 26 апреля к нему в СИЗО нанесли визит двое оперативников, они потребовали во всем сознаться. Аспирант отказался с ними разговаривать, тогда ему пригрозили «запуском репрессивного аппарата». Давление оказывали и на родных Мифтахова. В июне к его родителям в квартиру в Нижнекамске заявились силовики. Они пригрозили, что поставят на учет несовершеннолетнюю сестру аспиранта за то, что она расклеивала стикеры в поддержку брата, а отчиму грозили проблемами на работе, если тот не даст показания против пасынка.

В октябре прошлого года всем фигурантам следствие предъявило обвинение в окончательной редакции без серьезных изменений. Исключен был лишь квалифицирующий признак «использование предмета в качестве оружия». Экспертами установлено, что дымовая шашка, брошенная в офис «Единой России», не является боеприпасом или оружием.

В марте дело поступило в Головинский районный суд, но из-за пандемии коронавируса слушания несколько раз откладывали. Спустя четыре месяца суд начал рассматривать дело по существу. 8 июля поддержать Мифтахова пришли его друзья и однокурсники. Однако в небольшой зал пустили лишь маму Азата и прессу. Рядом сидели Горбань и Ейкин. Все кое-как уместились на трех лавочках.

— Почему люди так плотно сидят? Как же меры предосторожности? — возмутился судья Сергей Базаров (именно он санкционировал арест Мифтахова в феврале 2019 года — Ред.).

— Мы тоже плотно сидим, — заметили адвокаты, которые сидели близко друг к другу.

— А почему девушка без маски? — продолжал возмущаться судья.
— Это подсудимая.
— Не узнал Горбань. Давно ее не видел после карантина.

Заседание началось с ее ходатайства, в котором подсудимая попросила, чтобы в процессе участвовал еще один ее защитник Роман Устинов. Но судья сразу дал понять, что ее обращение ему не по нраву:

— Вам-то это зачем? Просто повеселиться?

— Один адвокат хорошо, а два — лучше, — настаивала Горбань.

Прокурор тоже не оценила просьбу подсудимой, а судья без промедления отказал. После этого слово передали гособвинителю, которая по очереди зачитала обвинение каждому подсудимому. Как следует из текста, 31 января 2018 года все трое совершили нападение на офис «Единой России». Горбань вменяют, что она разбила окно молотком, Кобаидзе бросил в офис дымовую шашку, Ейкин все происходящее снимал на видео, Речкалов опубликовал запись в интернете, а Мифтахов стоял вблизи и следил за обстановкой.

Позднее 20-секундное видео под названием «Анархисты передают привет “Единой России”» разместили «ВКонтакте» в группе «Народной самообороны». Гособвинитель считает, что подсудимые совершили преступление «по мотивам политической ненависти против политической партии “Единая Россия”». В сети до сих пор можно найти ту самую видеозапись, как несколько людей разбивают окно и закидывают что-то дымящееся.

Все обвинение по делу держится на показаниях секретных свидетелей. 9 февраля 2019 года состоялась очная ставка Мифтахова с одним из них, лицо свидетеля заблаговременно скрыли под маской и представили под псевдонимом «Андрей Иванович Петров». Свидетель утверждал, что в ночь на 31 января он видел на Онежской улице, где находится офис «Единой России», группу молодых человек. Они привлекли его внимание, и «Петров» решил за ними проследить. Спустя год свидетель вдруг вспомнил, что нападавшие разделились на две группы, в одной из которых находился Мифтахов. Что конкретно там делал подсудимый, свидетель не смог объяснить. Отметил только, что тот «размахивал руками и командовал». Петров узнал Мифтахова, когда о нем появились новости в СМИ, тогда он решил обратиться в полицию и заявить о нем.

Свидетель запомнил подсудимого по лицу, потому что у него «выразительные брови».

Помимо засекреченного «Андрея Ивановича» по делу проходит некий свидетель под псевдонимом «Караульный». По его словам, с Мифтаховым он познакомился в 2015 году на одной их протестных акций, которая была организована «Народной самообороной». Свидетель охарактеризовал Азата как «начитанного, идейного анархиста, готового пожертвовать личными целями ради общей цели». Также «Караульный» добавил, что Мифтахов одно время был модератором паблика «Народной самообороны», «занимался в неизвестном ему клубе страйкболом» и «участвовал в тренировочных мероприятиях анархистов по боевой подготовке, ножевому бою, в том числе в тренировках, где отрабатывались приемы против сотрудников полиции». Собственно больше о Мифтахове свидетель ничего не сказал, про нападение на офис «Единой России» ему тоже ничего неизвестно. «Караульный» обмолвился на допросе, что Речкалов ему известен как лидер «Народной самообороны», который организовывал большинство анархистских протестов. Остальных фигурантов дела он знает в качестве участников этих акций.

Вместе с этим в деле находится переписка Мифтахова, после осмотра планшета и телефона следователь сделал вывод, что аспирант якобы обсуждал намерение совершить акцию протеста у офиса единороссов. По данным следствия, обвиняемые общались в месседжере Wire. Мифтахов использовал ник Grothendieck (фамилия французского математика Александра Гротендика), у Горбань — Rakscha, у Кобаидзе — Kkoba.

Представительница потерпевшей стороны от «Единой России» по фамилии Шешина рассказала на следствии, что после инцидента они заменили оконную раму, ущерб составил 48 000 рублей.

После выступления прокурора суд спросил у фигурантов их позицию по предъявленному обвинению. Горбань и Мифтахов отказались признать вину, они согласились дать показания после того, как обвинение закончит представлять свои доказательства. Ейкин заявил, что полностью признает вину и свою позицию по делу скажет позже. Его защитник Олег Елисеев также не был многословен и решил выступить на стадии прений.

«Вмененная квалификация не соответствует тому, что представлено в обвинительном заключении и в материалах дела», — сказал защитник Горбань Никита Таращенко. В остальном, свою позицию он также выразит на прениях.

Адвокат Мифтахова Светлана Сидоркина считает, что в обвинении не указано, в чем выражалась ненависть к «Единой России», каким образом установлено членство Мифтахова в «Народной самообороне», и нет конкретики, какие именно действия он совершил.

«Позиция Мифтахова, о том, что он имеет анархистские убеждения, не может быть предметом уголовного преследования», — полагает Сидоркина.

Представитель потерпевших от «Единой России» и свидетели обвинения не явились в суд. Прокурору на заседании больше нечего было представить, и она попросила отложить слушания. «Из-за этого коронавируса у нас много дел зависло. Давайте встретимся в следующий раз 23 июля в 14:30», — сказал председательствующий и завершил заседание. Конвой выводил Азата из зала под громкие крики его друзей: «Свободу!»