"Обезболивающих не дают, хотя рак подтвержден"

Добиться встречи с Николаем Мистрюковым, бывшим бизнес-партнёром арестованного губернатора Хабаровского края Сергея Фургала, членам ОНК удалось только с четвёртой попытки – уже после того, как их пропустили в СИЗО к Фургалу. Именно на показаниях Мистрюкова строится обвинение губернатора в организации убийств 16-летней давности. Однако показания эти Мистрюков дал на фоне онкозаболевания, без лечения и обезболивания, говорит зампредседателя Общественной наблюдательной комиссии Москвы и журналист Ева Меркачёва.

9 июля в Хабаровске сотрудники спецслужб задержали главу региона Сергея Фургала. Его обвиняют в создании преступной группы, действовавшей в 2004–2005 годах на территории Хабаровского края и Амурской области. Кроме Сергея Фургала задержаны и арестованы ещё четыре человека, один из которых – Николай Мистрюков – был задержан в ноябре 2019 года в Хабаровске и этапирован в Москву. По данным следствия, "члены преступной группы" виновны в убийстве предпринимателей Евгения Зори и Олега Булатова, а также покушении на бизнесмена Александра Смольского, совершённых в 2004 году. Обвинение Фургалу строится на показаниях бизнесмена Николая Мистрюкова, который проходит по делу в качестве соучастника.

Обезболивающих ему, по его словам, не дают, хотя боль постоянная, острая. И даже прописанных ранее лекарств – тоже не дают. Он ослеп на один глаз, второй тоже начинает терять зрение – отслоение сетчатки

– Ещё до ареста губернатора Фургала мы пытались увидеть Николая Мистрюкова, – рассказывает зампредседателя ОНК Ева Меркачёва. – Дело в том, что он писал жене странные письма – то просил адвоката, то потом отказывался от него, и так без конца. Жена, встревоженная этим несвойственным ему поведением, умоляла ОНК проверить, живой ли он вообще. Нам такое поведение также показалось странным – обычно так ведут себя подозреваемые, когда начинают "давать показания". Наши опасения подтвердились – вскоре после этих странностей с заключённым Николаем Мистрюковым был арестован Сергей Фургал. Они – приятели, вместе начинали как предприниматели, потом вместе стали делать политическую карьеру. Мистрюкова посадили ещё в ноябре прошлого года по тому же обвинению. Но губернатора не трогали, поскольку, видимо, не хватало прямых показаний на него. И вот Мистрюков их дал. Когда мы пытались его увидеть – еще до ареста Фургала – сотрудники ФСИН нам заявили, что Мистрюков отказывается выйти из камеры, даже чтобы просто показаться на глаза. "Он не хочет, мы не можем тащить его силой, – заявил сотрудник. – Общение с членами ОНК – право, а не обязанность". "Запишите это на видео и покажите нам, – попросила я. – Мы должны убедиться, что это он и что он живой и здоровый, без травм и ранений. На днях писали, что его вывозили в целях безопасности на конспиративную квартиру". – "Где же может быть более безопасно, чем у нас? Его вывозили, но только в больницу. Это дважды было. А видео показать прямо сейчас не можем, у нас нет такой технической возможности. Пишите запросы".

– Почему тогда встреча ваша с Мистрюковым все-таки состоялась?

– Точно не знаю, но накануне нашей встречи в СИЗО с плановой проверкой прибыл депутат Госдумы Иван Сухарев. По камерам его не пустили, ссылаясь на карантин, а общаться с заключенными запретили, ссылаясь на то, что в законе это не прописано. Но после этого случая он начал "бить во все колокола", в том числе настойчиво обращаться к руководству изолятора, это дало результат – Мистрюкова вдруг к нам вывели. "Передумал, решил все-таки поговорить с вами", – пояснили сотрудники.

– В каком состоянии был Мистрюков во время встречи?

– Я была в шоке, увидев, в каком он состоянии. Его вывели в перчатках и маске, когда я попросила её снять – поняла, что он постарел лет на 20, и такие измученные глаза. Спросила, на самом ли деле он отказывался от общения с ОНК. Он сообщил, что "не понял, кто вы". "Мне не разъяснили. А потом уже пришли и рассказали подробно, чем вы занимаетесь. Если бы знал, то не отказывался бы", – сказал он. "То есть вам не передавали, что мы пришли по обращению супруги, которая с ума сходит от страха за вас?" Ответил со слезами на глазах: "Передайте ей, что все хорошо". На вопрос, били ли его, или пытали, ответил отрицательно. "Нет, я не избит. Пытать можно психологически. Стены тут такие (через стенку ФСБ)…". В изоляторе, по его словам, кормят хорошо, но он не получает лечения, хотя у Мистрюкова диагностирован рак нескольких органов малого таза. "Диагноз подтверждён. Каждый день дорог. Прогнозы не дают".

– Этот диагноз Мистрюкову поставили уже после ареста?

– Я так поняла – да. И судя по тому, что его только однажды вывозили в медучреждение (на освидетельствование на наличие заболевания, препятствующего содержанию под стражей) и до сих пор не ознакомили с результатом, – лечения он никакого не получает. При этом в онкоцентре с ним обошлись довольно жёстко, он предположил, из-за того, что его привезли в наручниках. "Отношение как к подопытному. На мне студентов тренировали. Они все процедуры проводили без обезболивания. Это было невыносимо, – сказал он. – Если мне скажут, что нужна срочная операция, я откажусь – не смогу такое перенести больше". То есть его привезли и даже не спросили, согласен ли он, чтобы забор и другие манипуляции проводили студенты – обычные же пациенты от такого отказываются, а с заключенными не церемонятся. Обезболивающих ему, по его словам, не дают, хотя боль постоянная, острая. И даже прописанных ранее лекарств – тоже не дают. Он ослеп на один глаз, второй тоже начинает терять зрение – отслоение сетчатки. Нужен курс очень дорогого лечения. Так вот жена получает разрешение на лекарства, летит из Хабаровска в Москву, возвращается с лекарством, а "рецепт уже не годен по срокам".

– Как он объяснил свой отказ от адвокатов?

– Он подтвердил, что отказывался много раз "после общения со следователем", который его убеждал в том, что адвокат не нужен. "Я не выдержал всего", – так сказал, видимо, имея в виду свои показания. Мы сильно не настаивали на продолжении разговора, так как было видно, что ему трудно говорить.

– По вашему мнению, Мистрюков был с вами полностью откровенен?

– Насколько позволяли условия. Понятное дело, что в следственном изоляторе мало кто может быть на 100% откровенен. Но по крайней мере нам показалось, что его на самом деле не били, не пытали физически. Если исключить эпизод в онкоцентре.

– Такое отношение к нему в онкоцентре, думаете, было умышленным?

Фургал же вышел к ОНК очень бодро, в спортивном костюме, а не в тюремной робе. Условия в камере описал как нормальные

– Думаю, с этим сталкиваются все заключенные, которых особенно и не спрашивают, согласны они быть подопытными или нет. Но вот так затягивать с лечением и не давать обезболивающие и на фоне этого давить, чтобы дал показания… По идее все это и есть преступление.

– О Фургале Мистрюков что-то говорил? И тот во время встречи с вами о своем бывшем партнере упоминал?

– Нет, оба никак друг друга не упоминали.

– С Фургалом вам легко разрешили встретиться?

– С ним мы первым как раз и увиделись. Уже после этой встречи нам, для нас самих это было неожиданным, разрешили разговор с Мистрюковым. Фургал же вышел к ОНК очень бодро, в спортивном костюме, а не в тюремной робе. Условия в камере описал как нормальные: "Сижу один. Камера самая обычная. Есть холодильник. Есть телевизор, но он не работает, потому что нет антенны". Мы предположили, что для того, чтобы заключенные не были в курсе новостей, поэтому логично предположить, что о митингах в его поддержку он не знал на тот момент. Это подтверждает и его удивление по поводу того, что ему ни одной передачи, письма или посылки не принесли, даже от семьи. "Ощущение, что я оторван от реальности. Сейчас обо мне говорят? Ругают? Забыли?" – спросил он.

– Вы сказали, какие акции проходят после его ареста в Хабаровске?

– Сказала: "Точно не забыли", спросила про радио, которое обычно есть в камере. Он сказал, что оно работает, но на канале, где с утра до вечера крутят детскую передачу: "Белиберда всякая".

Про питание сказал лаконично: "Еда как еда", но отметил, что "долго на ней протянуть сложно", пояснил, что калорийная, но бедная витаминами и аминокислотами. А вот про лекарства мы спросили сами – у него руки были все в красных пятнах. Он предположил, что это аллергия, проявилась на второй день в "Лефортово". "Я же сам врач по образованию, так что полагаю, что это крапивница. Думаю, это на латекс, на перчатки, которые в суде надевал. Но если аллерген другой, то есть большой риск, что аллергия разовьется в анафилактический шок. Мне давали тут два дня таблетки и мазь. Сегодня почему-то не принесли". – Тут мы попросили сотрудников ФСИН связаться с медиками, чтобы те выдали все препараты.

– Если Фургал уже заявил, что не признает вину, то как Мистрюков? Косвенно в разговоре дал понять – виновным или невиновным себя считает?

– Нет, этот вопрос мы не обсуждали вообще. Никак.

– Что сами думаете об обвинениях, предъявленных Мистрюкову и Фургалу?

– Как минимум странным выглядит возбуждение этого уголовного дела именно сейчас. И предъявление обвинений, которые уже когда-то были сняты. Ведь в 2004 году один из эпизодов уже расследовали, и тогда все подозрения с Мистрюкова сняли (бывшего бизнес-партнера губернатора Хабаровского края Сергея Фургала Николая Мистрюкова после расстрела в 2004 году предпринимателя Евгения Зори проверяли на причастность к этому преступлению и отпустили. – С.Р.).

– Многие правозащитники, ваши коллеги по ОНК, считают, что реальный общественный контроль за работой ведомств становится год от года сложнее вести. Вы с этим согласны? Труднее добиться осмотра заключенного, получить допуск в колонию?

– Не совсем. По-моему, трудностей в том, чтобы этого всего добиться, больше не стало. Но стало меньше реально действующих правозащитников в числе ОНК, к примеру, которые бы могли и хотели работать. Раньше их было больше. Сейчас же по многим жалобам, заявлениям работа просто не ведется, некому.

• 50-летний Фургал и 60-летний Мистрюков – близкие друзья, много лет они были деловыми партнерами. На момент ареста Мистрюков был гендиректором компании "Дальпромснаб", поставляющей стройоборудование в Уссурийске, и совладельцем "Торэкс-Хабаровск", четвертой частью которой владеет жена Сергея Фургала Лариса Стародубова. Ранее Мистрюков был депутатом думы Хабаровского края.
• Сергей Фургал стал главой Хабаровского края в сентябре 2018 года по итогам народного голосования. Он набрал почти 70% голосов, обойдя кандидата от партии "Единая Россия" Вячеслава Шпорта. Он выдвигался от партии ЛДПР, на данный момент его членство в этой партии приостановлено. По профессии Фургал врач, но с 1999 года он ушёл из медицины и занимался предпринимательской деятельностью. Был депутатом Законодательной думы Хабаровского края, Государственной думы Российской Федерации.
• На посту главы региона Фургал запомнился сокращением заработных плат и прочих трат на чиновников. Он приостанавливал сомнительные, по его мнению, госзакупки. По его же решению была выставлена на продажу яхта, находившаяся на балансе регионального правительства в течение восьми лет.