«Господа правители, вы не зажрались ли там?»

Отец троих детей из села Селиярово под Ханты-Мансийском объявил голодовку: семью нечем кормить

Евгений Коныгин голодает с 5 июля. Сегодня — 24-й день. В селе Селиярово у него маленький магазин, дом, жена и трое детей: 13, 16 и 19 лет. Дом построил в одиночку; пока строил, влез в кредиты. В Югре Коныгины живут с 2013 года, перебрались в Нефтеюганск из Коми, Евгений работал на нефтянке по всему Крайнему Северу. Потом занялся малым бизнесом — торгует электротоварами и канцелярией. С 27 марта его магазин закрыт распоряжением губернатора ХМАО Натальи Комаровой, как и сотни других торговых точек в регионе, — округ на 6-м месте в стране по числу заболевших коронавирусом (почти 16 тысяч человек). С начала пандемии Евгений не получил ни рубля господдержки.

— Чувствую себя плохенько уже, конечно. Анализы скверные, печень бастует. Врачей у нас в селе нет, только фельдшер. Сегодня приходила, предложила госпитализацию. Я отказался: ближайшая больница в Ханты-Мансийске, это 140 км пути, из них 50 — по бездорожью. И два парома. Отсюда чаще вертолетом возят. Если возят.

Хочу, чтобы губернатор обратила внимание реальное на проблемы не только мои — я-то, наверное, прожил бы как-нибудь и смог бы содержать семью. Но у нас сотни и тысячи людей в такой ситуации. Сейчас мне многие звонят и рассказывают: ипотека, кредиты отдавать нечем, бизнес продают, машины продают.

Вот я открыл магазин сейчас — я в нем сижу. А возобновлять товары мне не на что. Я все эти месяцы содержал семью на те деньги, что у меня были. Кончились. Кредиты платить реально нечем. Единственную машину продать, которая меня кормит? Только по решению суда отдам! Как мне восстановить свой бизнес? Все, что наработал за четыре года, я потерял: клиенты ушли. Мы ведь обслуживаем месторождение, вахтовики у нас. Теперь заново надо начинать.

Получается, отдать приказ — ты больше не работаешь, так как у тебя нет товаров первой необходимости, — можно.

А спросить, на что я и моя семья будем жить, вы не собираетесь, что ли? Почему я-то всем должен в этой жизни?

В регионе вообще никакой поддержки мы не получили. По ОКВЭДу я подавал на копеечную субсидию в налоговую, отказали. Есть у нас Центр поддержки малого бизнеса, просил там дотацию, не раз общался с руководителем — ничего. Глава района мне сказал, что район никаких денег на эти цели не получал.

Мне многие звонят, говорят: прекращай уже, Женя. А зачем я начинал — чтобы все это бросить? Я хочу, чтоб обратили внимание. Я обратился к губернатору первый раз в мае. Пришла формальная отписка: перечислены меры поддержки, которые есть в регионе, и все. Никто не читал моего письма. Я продержался еще полтора месяца, проканителился, но не получается. Пишу повторное письмо. Мне отвечает тот же самый замгубернатора, что и первый раз.

Знаете, что он мне ответил? Ничего. Просто переслал повторно первую отписку.

Тогда я объявил голодовку. Им плевать на людей. Эти чиновники живут на Марсе. У них стабильные зарплаты — мы же платим на это налоги. Они могут планировать свою жизнь, жизнь своих детей. А почему я-то не могу? Чем существо, которое там сидит, отличается от меня? Я такой же гражданин этой страны, налогоплательщик. Почему меня кидают, как вещь?

Сегодня звонили из ЛДПР, тоже говорят: «Давай завязывай!»

Я не для этого начал, чтоб вы мне позвонили и сказали «завязывай». Я хочу услышать ответ губернатора округа, что вы делаете для людей, которые попали в эту жопу, извините. Ничего вы не делаете.

У нас вроде нефтяной край, а мы живем — посмотрите как. У меня трое детей, у всех сложности со зрением. С 2013 года я только дважды смог попасть к офтальмологу, все остальное время вожу детей в платный медицинский центр. У меня и жены нормальное зрение; когда переехали сюда, дети не носили очки. А здесь начались проблемы. С экологией страшно, если честно. Нефтеразливы. В четырех километрах газотурбинная станция, на которой факел нещадно дымит. Частые раковые заболевания тут.

За что? Я понять не могу, за что к нам такое отношение? Господа правители, не пора ли менять свое мнение? Не зажрались ли вы там? Точка кипения уже пройдена.

Я не работаю в «Газпроме», не получаю стабильной зарплаты; таких, как я, — 80 процентов здесь. Кто-то молчит, кто-то рыбку ловит, кто-то грибы собирает, на которые уже лицензию надо покупать. На ягоды купите лицензию, на щуку, окуня, даже на пескаря… Почему мы всем должны, почему нам-то наше правительство не должно хотя бы окружное? Я молчу про Москву, там вообще отдельный мир.

Кто на нефтянке работает, у тех достойные зарплаты. Но они связаны этим, у них нет свободы: сказал что-то не то — до свидания. У нас здесь «Роснефть»; будете в наших краях, я вам покажу, как у нас живут. Сознание только не потеряйте. Приобское месторождение, одно из крупнейших в России, наш поселок полностью кустами (нефтяных скважин. — Ред.) окружен. Теоретически мы должны жить в золоте, но живем далеко не в нем.

Жена меня поддерживает. Мы 21 год женаты. Я здоровый бычара, был 110 кг, сегодня взвешивался — 93. 17 килограммов потерял за три недели.

Звонил глава района. Предлагал работу водителем скорой за 30 тысяч зарплаты. Водителя там нет уже пять месяцев; да, поселок на полторы тыщи населения — без скорой. Но на скорой круглосуточно надо — водитель-то один положен на поселок. Я ему предложил: вы готовы сами приехать поработать? У меня трое детей, а у вас двое, — их легче прокормить на 30 тысяч. Приезжай, проработай, посодержи своих детей, заплати мои кредиты на эти деньги. Я не пропиваю их, я вообще не пью спиртное, единственное — курю.

Я живу в маленьком селе. На сайте «ВКонтакте» обсуждают мою историю, пишут: это не проблема, открыл двери — и торгуй, к тебе все равно зайдут. Это в городе — да, открыл двери, и к тебе зашли. А я открыл двери — ко мне зашел ветер.