Задержание наемников в Белоруссии: что это было и зачем это Лукашенко

Загадочная ситуация с задержанием в Белоруссии 33 россиян, которых Александр Лукашенко и его силовики объявили боевиками ЧВК Вагнера, продолжает развиваться. Вчера Россия впервые представила свою официальную позицию: задержанные ехали через Минск транзитом, не стоит нагнетать обстановку. В ожидании новых деталей этой истории The Bell собрал мнения российских и белорусских политологов о том, что все это значит.

Что это было?

Артем Шрайбман, белорусский политический обозреватель

Однозначного объяснения нет: никто не знает фактов. Версия белорусской власти (что наемники приехали для дестабилизации обстановки перед выборами. — The Bell) кажется неправдоподобной. Неясно, зачем России дестабилизировать обстановку в Белоруссии. Но, если наемники все же приехали с этой целью, неясно, почему они действовали так непрофессионально, как будто специально светились (вопросы к действиям задержанных расписал белорусский портал Tut.by. — The Bell).

Версия российского посла Дмитрия Мезенцева (что задержанные ехали транзитом. — The Bell) одновременно кажется и правдоподобной, и странной. Если белорусские власти не знали о транзите, непонятно, почему задержанные вели себя так нарочито вызывающе — все-таки белорусские спецслужбы довольно бдительны. Если власти знали, но все равно задержали — это грубое нарушение договоренностей, очень конфронтационный шаг. Может быть, тут вообще нет продуманной многоходовочки, а есть цепочка провалов в коммуникации.

Евгений Прейгерман, руководитель экспертной инициативы «Минский диалог»

Без более полной информации нельзя исключать, что обвинения со стороны Минска небеспочвенны. При этом я не думаю, что Россия заинтересована в смене лидера Беларуси. Москве, скорее, выгодно максимально ослабить позиции Лукашенко, но сохранить на посту. Пока все движется в выгодном для нее ключе.

Зачем это Лукашенко?

Артем Шрайбман, белорусский политический обозреватель

Первая цель – поддержать нарратив, что страна в кольце врагов и должна сплотиться вокруг сильного лидера. Сомневаюсь, что она достижима. Те, кто в это верит, и так поддерживает Лукашенко и на митинги не ходит. Тех, кто не верит, это не убедит, особенно учитывая, что это уже четвертая угроза теракта в преддверии митинга с 2006 года. Показательно, что, хотя истерия нагнетается уже сутки, люди сегодня на митинг пришли.

Но вот вторая цель этого задержания более реалистична — развязать власти руки, дать право, если надо, ввести БТРы в город, устроить военное положение в день голосования, устроить жесткий разгон митингов — все под соусом борьбы с боевиками.

Евгений Прейгерман, руководитель экспертной инициативы «Минский диалог»

Это первый прецедент, когда белорусские власти в открытом виде, быстро и без сомнений выдвигают такие серьезные обвинения России. Почему они на это идут? Я думаю, что они знают или предчувствуют, что в рамках этой кампании или после нее может случиться что-то резко негативное, связанное с белорусско-российской интеграцией, и поэтому повышение Минском ставок уже сейчас, по их мнению, оправданно.

Как отреагировали на это белорусы, сказать пока сложно. Но сомневаюсь, что это как-то изменило взгляды оппонентов власти. Общество настолько наэлектризовано, что места для взвешенной оценки в нем нет. Все, что исходит от своих, — хорошо, от чужих — плохо. Думаю, не в последнюю очередь это был посыл вовне, может быть, и в Россию: «несмотря ни на что, мы тут все прекрасно контролируем».

Что дальше?

Евгений Прейгерман, руководитель экспертной инициативы «Минский диалог»

В любом случае, в том числе если Лукашенко сохранит власть, страна выйдет из выборов ослабленной и расколотой. Ее отношения с Западом будут окончательно испорчены. Понятно, что противостоять невыгодной Беларуси интеграции в таких условиях будет очень трудно.

Федор Лукьянов. главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике (для Meduza)

Белоруссия очень тесно привязана к России, экономически зависит от российской экономики, отчасти в нее интегрирована (о том, как связаны две экономики, The Bell подробно рассказывал тут). Поэтому любой человек, который возглавит эту страну, если он несет хоть какую-то ответственность, никуда не денется от этой зависимости. Ему придется вступать в те же самые переговоры, что ведет Лукашенко. Так что России надо дожидаться результатов и действовать по ситуации.

Андрей Казакевич, директор Института политических исследований «Палітычныя сфера», Литва (для Meduza)

России невыгодно менять Лукашенко, так как может начаться дестабилизация, а вслед за ней — непредсказуемые последствия для Москвы. Гораздо лучше иметь ослабленного Лукашенко, который был бы сговорчивее в переговорах с Россией. <...>

Она [Россия] не заинтересована в том, чтобы начался период продолжительной политической нестабильности, который усложнит переговорный процесс. Но это может произойти в результате не только смены, но и сохранения нынешней власти. <...> И все-таки это маловероятно, так как все политические силы рационально понимают, что зависимость от России большая и нет смысла с ней конфликтовать.

Александр Кынев, российский политолог

Независимо от исхода выборов, ситуация с интеграцией вряд ли изменится. В случае победы Лукашенко все останется как есть. В случае проигрыша возможно отдаление, потому что очевидно, что население Белоруссии ориентируется на Европу, но не радикальное.