«Просыпайтесь, города, с нашей родиной беда»

Хабаровск протестует 22 дня подряд и пока не собирается останавливаться

В Хабаровске — сильнейший ливень, по дорогам ручьями стекает вода, одежда у людей мокрая от футболок до штанов и кроссовок, волосы как после душа. И тем не менее на центральных улицах города более десяти тысяч человек продолжают требовать свободы губернатору Сергею Фургалу. Это двадцать второй день протеста и четвертая подряд субботняя акция, когда на улицы выходит самое большое число горожан. Пресс-служба врио главы региона Михаила Дегтярева сообщает: количество участников несанкционированных акций снижается, однако сами участники на это отвечают: «Выходили и еще долго будем выходить, сил у Дальнего Востока на это достаточно». Корреспондент «Новой» прошла с протестующими хабаровчанами по центральным улицам города.

— Просыпайся, страна! Просыпайся, страна, — кричит маленькая девочка, со всей силы подпрыгивая под розовым зонтиком в луже.

Это она вторит многотысячной колонне, по которой раскатывается «Просыпайтесь города, с нашей родиной беда!», «Россия, выходи!» и «Просыпайся, Москва!». В Москве в это время около 5 утра. А хабаровчане уже идут шествием от главной площади города, площади Ленина, по проезжей части.

Вокруг — пробки из гудящих машин. Но как реагируют водители: они не ругаются на протестующих — вылезают из машины, открывают дверь, одной рукой сигналят, а второй поднимают большой палец вверх. Через секунд десять уже становятся мокрыми, но не прячутся внутрь, а улыбаются и кричат протестующим: «Мо-ло-дцы!». Рейсовые автобусы выстраиваются друг за другом, чтобы дать людям пройти. Из окна автобуса — еще один большой палец вверх. Внутри видно седоволосую женщину со спущенной маской — она широко улыбается.

Несколько мужчин в рубашках, которые уже нужно выжимать, идут босиком по дороге — а точнее уже по ручью. Держат в руках ботинки. Зонтики, которыми запаслись далеко не все участники шествия, сегодня на вес золота — пожилая женщина в соломенной панамке достает лишний зонт из сумки и протягивает друзьям-подросткам: «Держите, ребята, не мокните, нам идти долго».

— Даже в такую погоду столько людей вышло, почему? — спрашиваю у этой участницы шествия.

— Наш губернатор, наш Сергей Иванович сидит, он арестован. А мы будем на погоду жаловаться? Мы вернем его домой, пока не вернем — пусть торнадо нам здесь включат, мы не уйдем.

«Мы не уйдем» слышит мужчина рядом и скандирует уже громко. Тут вся колонна подхватывает: «И в жару, и под дождем — за Фургала мы идем!» Откуда-то появляется мужчина, одетый как будто собрался париться в бане, — в банной шапке и с березовым веником в руках. Гуляющие рядом смеются, понимают, что это намек на Михаила Дегтярева, с которым у хабаровчан уже прочно ассоциируется тема бани — «Если для того, чтобы хабаровчанам жилось лучше, мне придется париться с большими начальниками, я с удовольствием буду это делать и буду решать в бане многие вопросы Хабаровского края, понимаете?» — говорил врио главы региона.

«Дегтярева — в баню!» — отвечают лозунгом на образ временного губернатора люди.

На этот лозунг даже сотрудник полиции на тротуаре чуть-чуть улыбается, а потом, чтобы все-таки сохранить серьезность, натягивает на лицо маску. Полиции, как и на предыдущих акциях, практически не видно на протяжении всего маршрута до площади Ленина (точки, на которой акция началась и где она и завершается) — только одна пара полицейских прячется под козырьком у автобусной остановки, остальные ждут у крыльца здания правительства Хабаровского края.

В этот раз, правда, от протестующих нет благодарности полиции — «Полиции спасибо», которое звучало не раз на предыдущих митингах, в какой-то момент сменилось даже на «Полиции позор». В том числе потому, что за последнее время были арестованы Ростислав Буряк, водитель «Фургаломобиля», обклеенного портретами опального губернатора, и блогерАлексей Романов, подробно освещающий митинги.

Обоим вменяют статью о нарушении порядка проведения демонстрации, шествия (ст. 20.2 КоАП). И образ «защитников-полицейских» уже куда-то испарился, говорят здесь люди.

Рыжеволосая Наталья стоит у дерева на площади Ленина, чуть поодаль от протестующих, и кричит с ними «Свободу Ростиславу!».

— Когда много народа, они нас не трогают, — объясняет она, — а вот в будние дни, когда все разойдутся, — они начинают исподтишка всех выхватывать.

Что это такое? Власть нас не слышит, конечно, это видно, но мы ведь можем орать до бесконечности.

Вообще, что еще бросается в глаза на акции — так это то, что многие неохотно соглашаются общаться с журналистами в присутствии камеры. Кто-то отмахивается с комментарием «Нет-нет, я боюсь», а двое мужчин вежливо отказываются, говоря: «Нас уже и так сотрудники заприметили, не надо». Хотя при этом люди продолжают скандировать лозунги, но как только на них направляют камеру — отворачиваются.

Мужчина в красной маске «Я/Мы Фургал» говорит, что не будет представляться, но все же рассказывает, почему Дегтяреву просто необходимо выйти к протестующим для диалога: «Люди услышат, если к ним обратиться. Фургал не боялся общаться с людьми. С людьми нужно общаться, а не общаешься с людьми — и у них с тобой общения не будет».

Перед зданием правительства на бетонном приступочке рядом с цветочной клумбой сидит улыбчивая пожилая женщина в панамке и пестром сарафане. Даже сидя, опирается на палочку и вытирает платком лицо. Представляется: Лариса Максимовна, 80 лет. Так же, как и многие, просит «только не показывать по телевизору». Она приехала к площади на трамвае, но пройти с колонной протестующих не смогла — она ходит совсем медленно, просто не успела бы за всеми, поэтому присела дожидаться людей здесь:

— Я ни за чем не обращалась к нему, к Сергею Ивановичу. Я пенсионерка, пенсия у меня 20 тысяч. Мне не надо было ни за чем к нему обращаться. Но я на стороне стройки живу — ему пожаловались соседи, что дорога рядом со стройкой рушится. Он говорит: хорошо, будет вам дорога. Нагнал машины, ровно через два дня все сделали. Он, если сказал, тут же выполняет.

Спрашиваю у Ларисы Максимовны про Дегтярева — она в ответ качает головой и снова возвращается к Фургалу: «Даже слушать не хочу. Кроме Фургала ни про кого не хочу слушать. Я послушала телевизор, как же он говорит… Как всех строит. Он — человек слова».

Тем временем пресс-служба Михаила Дегтярева распространила заявление, согласно которому «количество участников несанкционированных акций в Хабаровском крае снижается». Ссылаясь на «экспертные оценки», пресс-служба сообщает, что вышло около 3,2 тысячи человек.

Сами протестующие говорят про численность разное: кто-то считает, что это из-за плохой погоды пришло меньше людей, чем в предыдущие выходные, кто-то уверен — что людей если не больше, то столько же. По оценкам корреспондентов «Новой», по центральным улицам Хабаровска прошли как минимум 10 тысяч человек.

Завершилась акция лозунгом «Мы придем еще». «Еще» может состояться уже сегодня же вечером — с того момента, как Сергея Фургала арестовали, не было и дня, чтобы у здания правительства вечером или утром не было хабаровчан, которые требуют свободы для своего губернатора.