Бывший король Хуан Карлос эмигрировал из Испании. Когда-то он был символом демократического возрождения страны — а теперь поставил под угрозу саму монархию

Бывший король Испании Хуан Карлос I покинул страну на фоне коррупционного расследования против него. В 2014 году по этой же причине он отрекся от престола, но теперь под вопросом само будущее монархии в Испании. «Медуза» попросила научного сотрудника Института всеобщей истории РАН, кандидата исторических наук Георгия Филатова рассказать о том, в чем подозревают Хуана Карлоса — и есть ли выход из кризиса, в который попал испанский королевский дом.

Бывшего короля подозревают в лоббировании интересов частных компаний. Сейчас он, возможно, находится в Доминикане

Покинуть Испанию бывший король Хуан Карлос решил после того, как прокуратура начала в отношении него проверку. Еще в 2015 году было открыто дело примерно о 100 миллионах долларов, оказавшихся в конце 2000-х годов на швейцарских счетах фонда Коринны Ларсен — любовницы короля. В беседе с полицией она говорила, что монарх получил эти деньги за помощь испанским компаниям в заключении контракта на строительство высокоскоростной железной дороги в Саудовской Аравии. Позже Ларсен, впрочем, опровергла эти слова.

В 2018 году расследование было закрыто, поскольку вся история произошла еще до отречения Хуана Карлоса — во время, когда он пользовался неприкосновенностью. Теперь следователи проверяют, не нарушал ли бывший король законы, используя эти деньги уже после отказа от престола. Чтобы отвести удар от сына, нынешнего правителя страны Филиппа VI, Хуан Карлос решил отправиться в добровольную эмиграцию.

Куда именно он уехал, на момент написания текста «Медузы» официально не сообщалось. Испанская газета АВС пишет, что сейчас он находится в Доминиканской республике, где принял приглашение поселиться в гостиничном комплексе сахарозаводчика Хосе Фанжуля, с которым его связывают старая дружба и дальнее родство.

Когда-то короля называли Хуан Карлос Недолгий. Потом он стал символом демократии и самым популярным человеком страны

Хуан Карлос, родившийся в Италии в семье претендента на престол Дона Хуана, впервые оказался в Испании в 1948 году в возрасте десяти лет. К тому времени в этой стране укрепилась военная диктатура Франсиско Франко, который позиционировал себя как монархиста, но передавать власть династии Бурбонов не спешил. Дон Хуан и Франко не очень любили друг друга, но договорились, что мальчик будет учиться в стране, престол которой, возможно, когда-нибудь унаследует. Франко лично контролировал программу обучения принца. В результате будущий король последовательно учился в трех главных военных академиях Испании. Затем окончил специально составленный для него курс в Университете Комплутенсе.

Завершив обучение и женившись на греческой принцессе Софии в 1961 году, Хуан Карлос обосновался в Испании во дворце Сарсуэла, который остается королевской резиденцией до сих пор. Положение будущего короля было тяжелым и неопределенным. Отец считал, что только он сам, и никто другой, имеет право на трон, и периодически напоминал Франко о своих претензиях. Тот, в свою очередь, не горел желанием расставаться с властью. Еще меньше он хотел видеть во главе страны Дона Хуана, который заявлял о стремлении быть королем всех испанцев, то есть даже противников франкистов во время гражданской войны 1936–1939 годов. Хуану Карлосу приходилось постоянно маневрировать между отцом и могущественным диктатором.

Но Франко старел, и вопрос с преемником надо было решать ради стабильности режима. В 1969 году каудильо официально назначил своим наследником Хуана Карлоса. Его привели к присяге на верность принципам Национального движения, то есть правящей франкистской партии. С этого момента преемник регулярно появлялся вместе с Франко на официальных мероприятиях, обычно удрученный и безмолвный. Так сложился образ человека недалекого, ничего не знающего и не способного ничего сказать. Острословы наделили его титулом Хуан Карлос Недолгий, намекая на то, сколько ему удастся удержаться на престоле. Однако во главе страны он оставался почти 40 лет.

Правление Хуана Карлоса началось в конце 1975 года после смерти Франсиско Франко. Трудно судить, насколько перемены в Испании соответствовали его собственным представлениям, а насколько — политической необходимости. Сам он в беседах с биографами говорил, что уже в 1960-е годы, признавая успехи режима Франко в экономике, считал необходимой его демократизацию. Что в действительности он думал до восшествия на престол, неизвестно: если бы он открыто высказал свое мнение, то, возможно, никогда не стал бы королем.

Как бы то ни было, Хуан Карлос, получив всю полноту власти в стране, воспользовался ею для того, чтобы способствовать переходу от диктатуры к демократии. Была провозглашена свобода слова, легализованы все партии, в том числе коммунисты, которых до самых последних дней франкизма жестоко преследовали. В 1978 году, через два года после смерти Франко, страна получила новую, демократическую конституцию. Она устанавливала в стране парламентскую монархию с широкой автономией регионов. Этот основной закон действует в Испании до сих пор. Переход к демократии улучшил образ Хуана Карлоса, который оказался способным маневрировать не только между Франко и отцом, но и в политических хитросплетениях периода трансформации.

Настоящим героем в глазах большинства испанцев король стал в ночь с 23 на 24 февраля 1981 года. Вечером 23 февраля около 300 солдат гражданской гвардии (внутренние войска) под командой подполковника Антонио Техеро захватили кортесы — парламент страны, где шла процедура утверждения нового премьер-министра. Испания осталась без правительства. Одновременно командующий войсками в Валенсии вывел танки на улицы третьего по величине города Испании, объявив чрезвычайное положение. Путчисты пытались обратить вспять демократические преобразования и вернуть власть в руки военных. Все действия предпринимались от имени короля.

В час ночи 24 февраля Хуан Карлос появился на испанских телеэкранах. Облаченный в военную форму, он заявил, что верен Конституции и испанской демократии. На следующий день путчисты были арестованы, а Хуан Карлос стал спасителем демократии. Более 30 лет именно таковым он оставался в глазах большинства испанцев. В 2010 году, согласно опросу Центра социологических исследований, подчиненного правительству страны, среди испанских государственных институтов именно монархия вызывала наибольшее доверие.

В разгар экономического кризиса Хуан Карлос тратил деньги на охоту в Африке, а члены его семьи уклонялись от налогов. Когда об этом все узнали, ему пришлось отречься

В 2008 году разразился мировой финансовый кризис, и Испания оказалась одной из наиболее пострадавших стран Европы. Пик трудностей пришелся на 2012–2013 годы, когда четверть работоспособного населения страны официально числилась безработными, и в это самое время газеты сообщили, что король повредил бедро во время охоты на слонов в Ботсване. Любовь короля к охоте была общеизвестна. Но то, что он предавался столь дорогому развлечению (одна лицензия стоила 35 тысяч евро), когда каждый день в Испании 200 человек оказывались на улице из-за невозможности выплачивать ипотеку, вызвало волну критики против правителя страны. Пикантности добавляло и то, что в поездке короля сопровождала его любовница, о которой широкая общественность не знала. Но, возможно, серьезных последствий удалось бы избежать, если бы все не случилось на фоне куда более громкого скандала в королевском доме.

В 2010 году началось расследование по так называемому делу фонда Ноос, который возглавлял зять короля Иньяки Урдагарин. Вместе с компаньонами его обвинили в присвоении средств, которые выделялись на различные международные культурные и спортивные мероприятия властями испанских регионов. Затем добавились обвинения в неуплате налогов и отмывании денег. Наконец, в январе 2014 года началось официальное расследование против супруги Урдагарина и дочери Хуана Карлоса, инфанты Кристины.

Все это происходило на фоне смены поколений как в испанском обществе, так и в политике. Постепенно уходят люди, которые помнят неопределенность, царившую в Испании в последние годы франкизма — тогда было неясно, что будет дальше, случится ли новая гражданская война, удастся ли мирно перестроить страну на европейский лад или нет. Эти люди ценили Хуана Карлоса и тех политиков, которые смогли относительно спокойно изменить Испанию. Новое поколение, наоборот, считает, что нынешняя политическая элита плоть от плоти франкистская, а политическая система — видоизмененное продолжение франкистского режима.

Главным символом этой преемственности был именно Хуан Карлос, которого обвиняли в том, что он получил власть из рук диктатора и не репрессировал никого из лидеров предыдущего режима. Финансовый кризис дополнительно усилил эту поляризацию: прежние компромиссы начали восприниматься как сделка с дьяволом. В середине 2014 года король отрекся от престола.

Испанцы разделились по отношению к монархии примерно поровну

В 2011 году из-за набравшего обороты расследования против зятя короля монархия в опросах о доверии к государственным институтам опустилась на второе место (.pdf). К 2015 году, когда государственная социологическая служба в последний раз спрашивала об отношении к короне, она уже оказалась (.pdf) позади трех других институтов: гражданской гвардии, полиции и армии. Судя по опросам других социологических служб, сейчас монархия переживает тяжелые времена: по уровню доверия населения она откатилась на девятое место. Деятельность нынешнего короля Филиппа VI пока одобряет большинство респондентов — 49%, но и недовольных немало — 41%. Возникает вопрос о перспективах сохранения самого института монархии.

Последние опросы показывают противоречивую картину. Согласно одним, республиканцев немного больше, по другим — монархисты все же в некотором большинстве. В любом случае по отношению к форме правления население разделилось примерно поровну. Это размежевание проходит по партийной линии: сторонники правых выступают за сохранение монархии, левые — за республику.

Перспектива новых экономических проблем, вызванных пандемией COVID-19 (в частности, обвал в туристической сфере, дающей около 15% ВВП Испании), неизбежно приведет к социальному напряжению и обострению противоборства между политическими силами. В этой борьбе вопрос о королевской власти может стать одним из аргументов для получения голосов избирателей. Со времени смерти Франко монархия объединяла всех испанцев, независимо от их политических предпочтений. Теперь она стала линией, которая разделяет Испанию.

Георгий Филатов