"Жить-то не на что". Депутат из Северодвинска о кризисе власти

Северодвинец Евгений Ступин на последнем заседании Мосгордумы раскритиковал действующую власть: по мнению депутата, принимаемые законы приводят лишь к обнищанию населения, а комфортно в России живут только олигархи. Видео с речью Ступина в соцсетях посмотрели почти миллион человек. В интервью корреспонденту Север.Реалии Ступин рассказал, почему выходил на митинги против "обнуления" Путина и кто должен ответить за распространение коронавируса в его родном Северодвинске.

"То, что произошло в 2018 году, не идёт ни в какое сравнение, даже с тем, что было в девяностых. У людей просто отняли пять лет пенсии. Отняли у самых малообеспеченных. Согласно исследованию государственной компании "Росгосстрах жизнь", 45% россиян в настоящее время живут на доход менее 15 тысяч рублей в месяц. Половина страны живёт меньше чем на 15 тысяч рублей в месяц. Понимаете, в какой обстановке мы живём?!" – сказал Ступин в своем выступлении на последнем заседании в Мосгордуме.

"А кому же тогда живётся на Руси хорошо? А живётся хорошо – мы знаем кому... пять олигархов, приближенных к президенту Путину за время пандемии, просто нереально улучшили свое благосостояние. Среди них Лисин, Михельсон, Алекперов, особого внимания заслуживает Владимир Потанин. Его состояние за время пандемии, когда люди находились в кризисе, им нечего было есть, не на что было еду покупать, а его состояние увеличилось с 19 до 26 миллиардов долларов. И в то же время его предприятие "Норильский никель" затопило тундру! – подчеркнул депутат. – На прошлом заседании мы много говорили о выживании и депутаты от "Единой России" смеялись. Как так где-то не может быть интернета? Как где-то не может быть канализации? Открою вам глаза: четверть школ Архангельской области, Якутии, Дагестана – это все разные регионы, находящиеся в разных концах страны, – они не имеют канализации".

Евгений Ступин родом из Северодвинска Архангельской области, с 2007 по 2010 год он работал старшим следователем в Следственном комитете, с 2010 года трудился в Федеральной службе судебных приставов, в 2016 году с должности заместителя главного судебного пристава Московской области ушел в адвокаты. В 2019 году Ступин баллотировался в Московскую городскую думу от КПРФ. На тех выборах он стал одним из 20 оппозиционных депутатов, прошедших в Мосгордуму. Ступин неоднократно высказывался против строительства мусорного полигона на станции Шиес и мусорной реформы, проводимой на севере.

Многие из людей сейчас вообще без средств к существованию остались

– Что вас побудило на такое критичное и громкое выступление в Мосгордуме?

– Повышение пенсионного возраста – один из самых жестоких ударов по населению в нашей стране. Я не мог не реагировать на это. Он ударил по самым незащищенным, то есть в первую очередь, по старикам и людям предпенсионного возраста, Многие из них сейчас вообще без средств к существованию остались. На работу они устроиться не могут, ведь их просто не берут, и пенсии тоже нет. И остается непонятным, а на что людям существовать?

– ​С какого возраста человек должен выходить на пенсию?

– Ну, до пенсионной реформы у нас был нормальный пенсионный возраст: 55 лет для женщин и 60 для мужчин. Наверное, так и надо оставить, люди к этому привыкли, и это было привычно для государственной системы. Зачем вообще это было менять?

– ​Вы предпримете какие-то действия по вопросу пенсионной реформы?

– На данный момент у меня ограничен функционал и я тут ничего не могу предпринять. Понятно, что когда в стране поменяется власть, первое, что сделают левые силы, – инициируют процесс отмены. Я думаю, что мы в любом случае придем к этому, в относительно недалеком будущем.

– ​Почему в Мосгордуме не рассматриваются законопроекты оппозиционных партий?

– Часть из них рассматривается, то есть они отказали нам в рассмотрении законопроекта о выделении помощи людям в период пандемии, но законопроект по отмене пенсионной реформы они все-таки вынесли на рассмотрение. Понятно, что многие законопроекты от сторонних партий не рассматривают. Наверное, потому что не хотят добавлять нам какого-то позитива и политических очков. Потому что понятно, если по нашей инициативе будет принят какой-то закон, то люди воспримут это как наше достижение. Мы-то не возражаем, пусть они сами тогда отменят пенсионный возраст. Нам абсолютно не принципиально, по чьей инициативе это произойдет. Например, мы выносили на рассмотрение законопроект о выделении помощи в 20 тысяч рублей в период пандемии коронавируса. Они не стали рассматривать наш законопроект, но после Путин все-таки принял решение о выделении денег семьям с детьми. Это частично выполнение наших требований. Хотя бы так, пусть говорят, что это инициатива Путина, главное – людям помочь.

– ​"Единая Россия" внесла в Мосгордуму поправки в регламент парламента, согласно которым депутата можно лишать слова не до конца заседания, как было раньше, а на три заседания. Почему правящая партия так боится критики?

– Потому что критика стала обоснованной, громкой и её много в силу того, что избралось много независимых депутатов. Соответственно, они не знают, как с этим бороться, системные причины, такие как проблемы с социальным неравенством, с экологией, с пенсиями, со здравоохранением и многие другие, они устранять не хотят. Все эти проблемы усугубляются. Что с этим делать в рамках действующей системы, они не знают. Поэтому остаётся только заглушать критику.

– В 2007–​2010 годах вы работали следователем, а с 2010 по​ 2016 год работали судебным приставом. Почему вы ушли в оппозиционную политику?

– В какой-то момент произошло разочарование в действующей системе власти. В начале нулевых казалось, что жизнь в стране улучшается, в какой-то момент так и было. Мне хотелось посодействовать этому улучшению, но потом стало понятно, что улучшения прекратились, а начались только ухудшения, и конца и края этому не было. Поэтому и решил, что мне с властью больше не по пути.

Это прямое нарушение принципа сменяемости власти, которое позволяет находиться Путину у власти целых шесть сроков

– ​В своем выступлении вы назвали поправки к Конституции "конституционным переворотом". Какие поправки у вас вызывают вопросы и почему?

– Первое, безусловно, обнуление президентских сроков Путина. Поскольку это прямое нарушение принципа сменяемости власти, которое позволяет находиться Путину у власти целых шесть сроков, что недопустимо в правовом государстве. Второе – возможность для Путина увольнять судей. Это фактически отменяет независимость судебной власти, это возможность для президента назначать генерального прокурора без согласия Совета Федерации. Таким образом и над генеральным прокурором он получает полную власть. Ну и сама процедура, о ней можно много-много говорить, начиная с того, что она была инициирована лично Путиным. Какие-то там прыгуньи в этом участвовали, писатели, актеры, а вот с действующими конституционалистами, профессиональными адвокатами и юристами были большие проблемы. Их там было немного, и не они там играли первую роль, к сожалению. Безусловно, мы не принимаем тех изменений, которые были, мы считаем их незаконными. Я участвовал в акциях против поправок, был на Пушкинской площади 1 и 15 июля.

– ​1 июня вас задержали у здания Мосгорсуда во время одиночного пикета. У вас на маске было написано "Свободу Азару". Почему вы решили поддержать Илью Азара?

– Ну, потому что это (журналиста Илью Азара задержали во время пикета 26 мая и арестовали на 15 суток. – СР) вызвало большое возмущение. Задержаний за одиночный пикет быть не должно. И я вышел, чтобы привлечь к этому беспределу как можно больше внимания.

– ​Весной этого года вы подавали заявление в Следственный комитет на мэра Москвы Сергея Собянина из-за очередей в метро в период пандемии. Есть ли какая-то реакция?

– Был ответ, что они не стали регистрировать данное сообщение о преступлении в связи с тем, что оно не относится к подвидам ответственности СК. То есть они не усматривают там никаких признаков преступления. Я обжаловал это генеральному прокурору, жду ответа.

– ​Как вы относитесь к ситуации в Хабаровске, где люди уже месяц выходят на акции в поддержку губернатора Сергея Фургала?

– Это политическая репрессия в отношении Сергея Фургала. Власть, видимо, не могла терпеть, когда, с её точки зрения, рейтинг Фургала был выше рейтинга Путина и когда он предпринимал те действия, которые действительно были нужны людям, и поэтому его арестовали. К Хабаровскому краю у меня только слова поддержки протестующим. Только поддержка и восхищение, поскольку это показывает, что люди могу собраться мирно и протестовать достаточно интеллигентно. Ни одной разбитой витрины, ни одной разбитой машины – это говорит о том, что все доводы власти об обязательном санкционировании, о невозможности обеспечить порядок – беспочвенны.

– В июне этого года вы сообщили, что через вашу помощницу вам поступали угрозы. Вы назвали это акцией устрашения. Не боитесь ли вы после последнего выступления в Мосгордуме, что нынешняя власть попробует запугать еще больше?

– Да, я опасаюсь этого. Но у нас нет другого выхода: либо мы сопротивляемся, но с риском быть поверженными в этой борьбе, но если не будем сопротивляться, то точно будем подвержены. Угрозы поступали. Я написал заявление в полицию, они в свою очередь отказали в возбуждении уголовного дела.

Будущие митинги неизбежно приведут к смене политического режима

– ​Также вы заявили, что осенью ожидается большая волна протестов и митингов в связи с наступающим финансовым кризисом. К чему эти митинги могут привести?

– Будущие митинги неизбежно приведут к смене политического режима. Это уже запрограммировано действующей ситуацией. И вопрос стоит – когда именно? Вряд ли это произойдет осенью, хотя тоже не исключено. Но я думаю, что где-то в течение года вопрос будет решен.

– ​Сможет ли власть погасить надвигающиеся протесты?

– Тактически, возможно, и погасит, не исключаю этого, но стратегически положение у власти проиграно. Они могут погасить это все сейчас, но через 2–3 месяца будет новая искра и все с новой силой вспыхнет. Поэтому я думаю, что вопрос идёт на месяцы.

– ​Есть ли у россиян сейчас протестный потенциал?

– Он огромный. Такого протестного потенциала не было со времен 1917 года. Сейчас люди просто немножко в растерянности после пандемии, но скоро они поймут, что жить-то не на что. Никаких перспектив на улучшение ситуации нет, даже наоборот – ситуация постоянно ухудшается и скорость этого ухудшения постоянно увеличивается.

Мы вообще не должны допускать вывоза отходов из одного региона в другие

– ​Как вы относитесь к мусорной реформе? И в частности проекту Шиес и планам региональных властей построить на территории Архангельской области 14 инсинераторных (мусоросжигающих) установок?

– Ко всему вышеперечисленному я отношусь негативно. Начнем с Шиеса. Понятно, что мы вообще не должны допускать вывоза отходов из одного региона в другие. То, что Москва большая – это не оправдание. Пока московские власти будут знать, что они могут вывозить мусор в другие регионы, они будут отстраивать Москву все шире и шире. Поэтому надо требовать от любых властей региона обеспечивать самостоятельную обработку и утилизацию отходов. Может быть, за исключением каких-то редких отходов. Там проще, есть какие-то заводы, 1–2 на всю страну, которые утилизируют редкие виды отходов, в основном это промышленные. Но что касается ТБО, то, безусловно, каждый регион должен справляться сам, в том числе и Москва, и территория Новой Москвы позволяет это сделать. Только нужно её не застраивать, а организовывать там перерабатывающие заводы.

Что касается инсинераторов в Архангельской области, то я категорически против. Естественно, они вредны, мы это видим по мусоросжигательным заводам в Москве. Их вредность уже доказана в суде. В том числе и история с жителями района Некрасовка, в котором 13% дней в году жители района живут под влиянием вредных выбросов, это официальное заключение Роспотребнадзора. То есть полтора месяца в году жители района дышат ядовитыми выбросами. Но там мусоросжигательный завод, а инсинератор – то же самое, только без фильтров. То есть он будет оказывать еще более негативное влияние на окружающую среду и на живущих рядом людей. Мусорная реформа фактически привела к монополизации рынка по вывозу и утилизации отходов в регионах. Как правило, монополизация ведет к ухудшению качества и повышению тарифов. Так что мое отношение негативное, реформа конечно, нужна, но не такая, какую сделали.

– ​Весной этого года вы записали видеообращение к президенту, в котором потребовали "направить в Северодвинск десант врачей", когда в городе зафиксировали вспышку коронавируса. Кто виноват, на ваш взгляд, в той ситуации?

– Это ужасающая ситуация, особенно в ней поражает, что были открыты заводы 9 апреля, в самый разгар распространения коронавируса в городе. Почему они были открыты? Думаю, что будут ещё возбуждены уголовные дела по этому поводу и за те смерти, что произошли в Северодвинске, люди будут отвечать. В том числе и руководство "Севмаша". Также, я думаю, виновен в этом ВРИО губернатора Александр Цыбульский. Он не трубил об этом, а заверял, что все под контролем. То есть нужно было бежать к президенту и требовать помощь, если у самих медицина развалена. К сожалению, этого сделано не было, и здесь он, как и в вопросе объединения Архангельской области и Ненецкого автономного округа, проявил, во-первых, свою некомпетентность, во-вторых, свое желание выслужиться перед теми, кто его назначил в Москве, но не желание служить людям.