Вот что мы предпочитаем!

Перед уходом на пенсию посол в Ливане перешел с дипломатического языка на общечеловеческий

11 августа 2020 г. российский посол в Ливане Александр Засыпкин посетил место дислокации аэромобильного госпиталя МЧС и Роспотребнадзора России в Бейруте: российские специалисты прибыли в ливанскую столицу на следующий день после смертоносного взрыва 4 августа и работают, разбирая завалы, откапывая погибших. Засыпкина в этом визите сопровождали генеральный директор Главного управления гражданской обороны Ливана Раймонд Хаттар, а также посол Сирии в Ливане Али Абдель-Карим.

Посольство России в Ливане на собственной facebook-странице отчиталось об этом событии, опубликовав несколько фотографий. Этот проходной информационный пост о работе российского контингента после взрыва породил в ливанских соцсетях заметное недовольство:

присутствие сирийского посла во время этого визита многим ливанцам показалось провокационным жестом.

Дело в том, что 18 августа должно состояться оглашение приговора ооновского спецтрибунала по Ливану. Спецтрибунал был создан в 2005 году, после убийства ливанского премьера Рафика Харири. 14 февраля 2005 года грузовик, начиненный тонной взрывчатки, въехал в кортеж премьера в центре Бейрута. Кроме Харири в теракте погиб еще 21 человек. Теперь, спустя 15 лет, трибунал должен назвать виновных. К суду заочно привлечены высокопоставленные представители сирийского режима, а также видные члены вооруженной группировки «Хезболла».

И вот на этом фоне российский и сирийский послы провели совместное мероприятие в разрушеном Бейруте, где еще не успели даже похоронить всех погибших.

Не прошло и трех дней, как посол Засыпкин в свете непрекращающихся антиправительственных волнений в Ливане выступил с новым обескураживающим заявлением. «Мы предпочитаем, чтобы в Ливане было сформировано правительство национального единства под руководством Саада Харири», — сказал он в интервью ливанскому телевидению, имея в виду, по всей видимости, позицию России касательно будущего ливанской политической системы.

Между тем год назад, 17 октября 2019 года, ливанцы вышли на улицы, протестуя именно против правительства, возглавляемого Саадом Харири, сыном прежнего, убитого премьер-министра.

Буквально на следующий день после выступления Засыпкина Россия устами официального представителя МИД России Марии Захаровой дежурно продекларировала иную позицию по Ливану: «Рассматриваем текущие политические события как сугубо внутреннее дело Ливана, — сказала она. — Традиционно выступаем в поддержку суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности. Призываем к решению острых вопросов самими ливанцами в правовом поле Ливана».

Через несколько часов после этого заявления Захаровой президент Путин назначил новым послом РФ в Ливане Александра Рудакова, заместителя директора департамента Ближнего Востока и Северной Африки МИД России.

По мнению ливанских политологов, то, что неподготовленному глазу кажется полным отсутствием фокусировки и единой позиции в отношении Ливана, на самом деле тонкая политическая игра. И Засыпкин, который прошел свой славный путь в дипломатическим поле и давно собирался на пенсию, просто выполнил последнюю задачу, поставленную перед ним Родиной. «Россия пытается показать Ирану, что у нее много сильных карт как в Ливане, так и в Сирии, — говорит политический аналитик, доктор Американского университета в Бейруте Макрам Рабах. — Единственная причина, по которой сирийский посол сопровождал посла России во время его визита в лагерь российского МЧС, — это сообщение Ирану: роль России в Ливане не меньше, чем роль России в Сирии».

По мнению доктора Рабаха, на фоне охлаждения отношений с Ираном в Сирии в нынешней мешанине политических заявлений Россия прячет красноречивый намек для иранского религиозного режима:

«Иранцы переместили значительную часть своего тяжелого вооружения и штаб Сирийской группы войск на территорию Ливана, потому что они не доверяют русским в Сирии. Они видели, что российские С400 спали каждый раз, когда израильский самолет поражал иранские объекты в Сирии. Россия же, закрепившись в Сирии, упреждающе продвигается против Ирана и в Ливане. Но на этот раз путем демонстрации дипломатической силы. Заявление о желательности возвращения Харири в качестве премьер-министра — это черная метка в Ирану и «Хезболле».

И тот факт, что ливанцы не хотят Харири, ничего не значит для Москвы.

Россия не заботится о том, чего хочет ливанский народ, Россия заботится о своих стратегических интересах. Она вообще никоим образом не желает поддерживать людей, выступающих против режимов, потому что может дать российскому народу неверный посыл, это может дать людям ложную надежду на то, что мнение народа имеет значение для Кремля».