"Даже убийцам не дают такие сроки". В Осетии арестованным участникам митинга ковид-диссидентов требуют справедливости

Родственники задержанных после апрельского митинга во Владикавказе просят о помощи. Они считают, что инкриминируемые близким статьи не соответствуют их действиям, а наказание за них слишком жесткое. При нынешнем раскладе участники акции могут быть лишены свободы сроком до 8 лет, а ее организаторы – до 15.

Митинг, о котором идет речь, состоялся 20 апреля, во время карантина из-за пандемии коронавируса. В тот день порядка 2 тысяч жителей Северной Осетии вышли на площадь Свободы перед домом правительства. Они требовали обеспечения людей рабочими местами, снятия карантинных мер, а также отставки республиканской власти.

Во время акции и после нее полиция задержала более полусотни человек. В отношении оперного певца Вадима Чельдиева, на чьем телеграм-канале размещалась информация о сходе, возбудили сразу пять уголовных дел. Вдобавок его внесли в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга.

Сначала задержанных обвинили в "хулиганстве", а затем сменили статью на "массовые беспорядки". Таким образом, им грозит до 8 лет лишения свободы, а организаторам акции – до 15 лет. Родственники задержанных также сообщили Кавказ.Реалиям, что тем, кто бросил камень в сотрудников правоохранительных органов и попал, добавят также статью о "применении насилии в отношении представителя власти".

"Теперь получается, что если мы признаем статью, которую им вменяют, то не факт, что им дадут условный срок. Моему сыну 14 августа исполнилось 24 года. Не дай Бог, он отсидит несколько лет в тюрьме. Каким он оттуда выйдет, как дальше сложится его жизнь? У ряда арестованных есть судимости, условные", - рассказывает мать одного из задержанных Наталья Хитрикова.

До сих пор не известно точное число тех, кто сейчас содержится под стражей из-за митинга. Близкие 25 арестованных объединились, но ищут остальных. По их данным, задержанных порядка 60. В основном это молодые люди в возрасте от 20 до 35 лет, почти все они из семей с не очень хорошим финансовым положением.

По информации родственников, в СИЗО есть и один несовершеннолетний. Его семья обратилась за помощью в общественные организации, к главе Северной Осетии Вячеславу Битарову, а также написала письма главе МВД по республике Михаилу Скокову и председателю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину.

"Кого-то забрали с митинга. Остальных выслеживали уже после. К нам поднялся парень, представился другом Давида и попросил его телефон. Оказывается, это был опер. У нас особого обыска не было. А у кого-то по 40 человек его проводили. Находили оружие. У сына не было намерений идти на митинг. Как зевака попал туда. Он рассказывал, что начал кидать камни в правоохранителей, когда в толпе стали пихать женщин", - говорит Хитрикова.

Виктории Коцкиевой, супруге задержанного спустя 2,5 месяца после "мирного схода" Асланбека Дзугкоева, очень обидно, что мужа пытаются выставить преступником и экстремистом. Она утверждает, что он "активист, патриот и занимался благотворительностью".

"Он не был зарегистрирован в Telegram или лично знаком с Чельдиевым. Ни о каком сговоре, в котором пытаются обвинить наших ребят, речи быть не может. Попали мы с супругом на этот «сход» чисто случайно, прогуливаясь по проспекту Мира. В тот самый день с утра мы посещали больницу, офтальмологическое отделение, так как у Аслана была повреждена роговица обоих глаз в связи с его родом деятельности: в глаза ему попали металлические стружки при работе с болгаркой. Так как зрение у Аслана было плохое, он решил сделать себе выходной, вот мы и пошли прогуляться. Как оказалось, зря. На данный момент Асланбек, как и другие задержанные, находится в СИЗО Ростова-на-Дону, куда их этапировали после задержания. На заявления с просьбой о свидании отвечают отказами", - говорит жена Дзугкоева.

Супруг Людмилы Сокуровой - один из самых старших по возрасту среди задержанных: ему 36 лет. У них двое маленьких детей, и он единственный кормилец.

"На Чельдиева муж подписан не был, в телефоне очень плохо разбирается. Он в тот день работал до четырех часов, а потом выехал за кашами для детей в город. Мы в поселке Заводском живем. Я знала, что в 12 в центре митинг, но думала, что все уже разошлись. Не знаю, как он туда попал, возможно, просто пошел просмотреть, что происходит. Домой он вернулся в семь вечера и был взволнованный. Он рассказал, что, когда начали вытеснять с площади, то он оказался в толпе, где правоохранители начали бить людей, а те - кидать камни. Это на него психологически повлияло. Один раз кинул, другой. Потом понял, что делает, и быстро ушёл. Задержали его 7 июня в семь утра. К нам пришли порядка 20 человек с оружием и в масках. Искали что-то связанное с Чельдиевым и оружие. Ничего не нашли. На этой неделе ему продлили арест до 7 ноября", - вспоминает Людмила.

Родственникам задержанных сообщили, что их близких этапировали на законных основаниях, так как следственная группа находится в Ростове-на Дону. Но они, как и адвокаты задержанных, категорически не согласны с таким ходом событий.

"Все дела-то тут, во Владикавказе, - говорит Наталья Хитрикова. - Я пыталась докопаться, насколько законно было их переводить. Как я поняла, это можно делать только в том случае, если они представляют какую-то опасность. Но они же не рецидивисты. Этапировали их партиями и без огласки. Только двое родителей каким-то образом узнали. Но там было такое оцепление, что никто ничего бы не сделал. У моего сына, когда его забирали, была высокая температура. Никого это не волновало".

По поводу условий содержания в СИЗО родственники ответить затрудняются.

"У меня онкология и сын меня оберегает от негативной информации и говорит, что он в хороших условиях. Но я приносила передачи и знаю, что там очень сыро в камере. Тараканы, крысы. До Ростова ехать далеко. И нам не дают свиданий. Мы можем увидеться только на продлении, на суде. Отправлять передачи тоже сложно, так как много чего не берут. Арестованных разделили на два СИЗО. Тех, кто раньше работал в правоохранительных органах, поместили отдельно. Кто-то находится в одиночной камере", - говорит Хитрикова.

Адвокат Вадима Чельдиева Батраз Кульчиев считает, что задержанных этапировали, чтобы ограничить доступ к правосудию: "Такая публичная казнь для того, чтобы другим неповадно было. У тех, кто под стражей, в основном плохое материальное положение. Преимущественно это сельские парни, которые вышли на митинг из-за экономических проблем и даже не знают, кто такой Чельдиев. Все арестованные говорят, что были провокаторы. И те, кто изначально начал кидать камни, не привлечены к ответственности. Для меня остается загадкой то, что следственные органы делают. Думаю, они склоняют всех задержанных к тому, чтобы дать показания о том, что всех организовал Чельдиев и это он просил кидать камни".

Получить комментария следствия редакции Кавказ.Реалий не удалось.

Новостное приложение Кавказ.Реалии.
Скачать