«Не обзывался, но просил назвать номера статей закона!». СК отказался возбуждать дело о сломанной руке журналиста «Медиазоны», сославшись на выдуманные материалы

Следственный комитет отказался возбуждать уголовное дело по заявлению журналиста «Медиазоны» Давида Френкеля, которому 30 июня во время голосования по поправкам в Конституцию полицейские на избирательном участке сломали руку. В качестве аргументов следователь в постановлении об отказе ссылается на вымышленные события и показания свидетелей, противоречащие тому, что они говорили в суде. «Медиазона» разбирает этот документ по пунктам.

29 июля старший следователь отдела СК по Центральному району Санкт-Петербурга Титов Г.М. вынес отказное постановление по заявлению корреспондента «Медиазоны» Давида Френкеля о нападении на избирательном участке, в результате которого полицейские сломали журналисту руку. Документ адвокат Френкеля получил только 26 августа.

В постановлении сказано, что 30 июня в 78-й отдел полиции с устным заявлением обратилась председатель Валентина Ландышко. Она просила удалить с участка Давида Френкеля «за его вмешательство в осуществление голосования и создание препятствий для участия избирателей в голосовании».

Следователь в ходе проверки опросил сотрудника патрульно-постовой службы УМВД по Центральному району Дениса Дмитриева, который вместе с другим полицейским по фамилии Гудков приехал на участок и получил от Ландышко уже письменное заявление на Френкеля. Из заявления Дмитриев узнал, что Френкель «ведет себя грубо и агрессивно, не желая регистрироваться в установленном законом порядке, своим поведением затрудняет доступ участников голосования к месту выдачи бюллетеней». После этого, утверждал Дмитриев, журналисту предложили добровольно покинуть участок, но он проигнорировал эту просьбу и начал снимать полицейского на камеру мобильного телефона, «близко прислоняя ее к его [Дмитриева] лицу, пытаясь спровоцировать конфликт». Тогда, по словам Дмитриева, он с коллегой взял Френкеля за руки и повел в сторону выхода, но журналист стал сопротивляться — «развернулся к ним спиной и умышленно, выворачиваясь, начал падать на пол лицом вниз». Дмитриев утверждал, что не заводил руки журналиста за спину; от потери равновесия, не выпуская руки Френкеля, он присел рядом с журналистом. Френкель сразу после падения закричал, что у него сломана рука и ему нужна скорая помощь.

Эти объяснения Дмитриева противоречат видеозаписям с участка и его показаниям на суде по административному делу Френкеля.

Во-первых, полицейский прибыл на участок, когда Френкеля там еще не было; сам журналист вспоминает, что полицейский в первый раз подошел к нему во время регистрации. В материалах административного дела против Френкеля есть рапорт, в котором говорится, что еще за два часа до его появления на участке, в 13:04, полицейские Дмитриев и Гудков выехали на тот же УИК из-за сообщения о четверых молодых людях, которые не пускали избирателей на участок, не давали голосовать, скандалили и кричали.

Во-вторых, как следует из видеозаписей, Дмитриев предложил журналисту покинуть участок по устному требованию Ландышко. Свидетели на суде давали противоречивые показания относительно того, когда она написала заявление — до или после происшествия.

В-третьих, хотя следователю полицейский рассказал, что не заводил руки журналиста за спину, в суде над Френкелем он утверждал обратное. «На суде Дмитриев показал, что он заводил мне руку за спину, что применял ко мне боевой прием, так как я якобы оказывал сопротивление. И что я затем, "как обычно делают провокаторы", стал падать с заломленной рукой — так и сломал себе руку. Лечащие врачи, которые сейчас занимаются моей реабилитацией, ставят под сомнение возможность перелома руки под собственным весом — я вешу около 55 кг», — отмечает сам Френкель.

Председатель УИК № 2 191 Валентина Ландышко дала следователю похожие объяснения, добавив, что журналист «Медиазоны» «вел себя грубо, агрессивно, провоцировал окружающих на конфликт, мешал гражданам пройти к урнам для голосования».

Но на суде по административному делу Френкеля Ландышко о грубости, агрессии и провокациях не вспоминала. Она лишь сказала, что журналист предоставил комиссии документы для регистрации на участке, но отказался диктовать вслух свой домашний адрес. Самого момента, когда полицейские применили силу к Френкелю, председатель не видела, заверила она на заседании.

Присутствовавший на участке в качестве наблюдателя бывший глава Дворцового муниципального округа Дмитрий Абрамов рассказал следователю, что когда Ландышко попросила журналиста указать домашний адрес, Френкель стал кричать, грубить и заявил, что на участке нарушаются его права и права избирателей. Абрамов отрицал, что применял силу к журналисту.

Френкель действительно отказался указывать при регистрации на участке свой адрес, сославшись на то, что такого требования нет ни в одном из российских законов. Журналист отрицает, что он кричал. Зато на съемках инцидента видно, как наблюдатель Абрамов наступает ему на ногу, о чем Френкель тут же говорит полицейским — но те ничего не предпринимают. Более того, когда Френкель уже лежал на полу, Абрамов подошел к журналисту и дернул его за поврежденную руку, приговаривая, что тот «артист» и ничего не ломал. Оба случая подтверждают очевидцы, например, член территориального избиркома от «Яблока» Владимир Молодоженя — однако ни следователь, ни суд, рассматривавший административные материалы на Френкеля, не стали его допрашивать, проигнорировав ходатайства адвоката.

Объяснения главного специалиста отдела законности, правопорядка администрации Центрального района Петербурга Ирина Ищенко и наблюдателей Юлии Смородиной (секретарь гимназии), Ольги Савченко (завуч; в протоколе ошибочно названа Савченковой), Щеколенковой Е.А., а также члена УИК Натальи Хафизовой (учительница физкультуры; в протоколе ошибочно названа Хафуеловой) сводятся к тому, что Френкель грубо себя вел с членами УИК и полицейскими, пытался провоцировать их на конфликт и мешал голосованию. На взгляд опрошенных, полицейские не совершили ничего противоправного, а Френкель, «вырываясь из рук сотрудников полиции, сам изворачивался и сопротивлялся, пытаясь освободиться, <...> упал, сразу начав кричать, что сломал руку, при этом все выглядело заранее спланировано и наиграно».

Сотрудница районной администрации Ищенко, которая находилась на участке в качестве наблюдателя от Общественной палаты, в суде по административному делу журналиста говорила, что Френкель «очень громко кричал».

«Очень оскорбительно вел себя с сотрудником полиции, не обзывался, но просил назвать номера статей закона!» — объясняла Ищенко. Она признавала, что из-за конфликта избирателям приходилось протискиваться через толпу, но не говорила, чтобы это мешало голосованию. По словам Ищенко, Френкель вырывался из рук полицейских, но о том, что это «выглядело заранее спланированным», в суде она не упоминала.

Юлия Смородина в суде показала, что она плохо слышит, поэтому начала конфликта не заметила и только после того, как Френкель упал и стал кричать, подошла и начала снимать происходящее на телефон.

Также следователь опросил замдиректора гимназии №190 Людмилу Меляшевич — она утверждала, что Френкель, как только появился на участке, начал грубить членам комиссии, говорил на повышенных тонах, стоял посреди коридора и мешал проходу к урнам и столам.

Объяснения пострадавшего журналиста приведены в постановлении в сокращенном виде. Сказано, что Давид Френкель пришел на избирательный участок №2 191 в качестве аккредитованного корреспондента «Медиазоны». Около 15:00 у него начался конфликт с членами УИК, которые потребовали, чтобы журналист зарегистрировался и назвал свой домашний адрес; в итоге они позвали полицию. Френкель вступил в диалог с полицейским Дмитриевым — стал объяснять, что требования избиркома незаконны и нарушают права журналиста. По словам Френкеля, он говорил с полицейским вежливо, однако тот применил физическую силу и повалил его на пол, в результате чего журналист получил перелом руки.

Видеозаписи с участка и с телефона Френкеля, по мнению следователя Титова, не подтверждают, что руку журналисту сломали полицейские. Френкель предоставил следствию дополнительные видеозаписи, на которых инцидент запечатлен с других ракурсов, но они в отказном постановлении не упоминаются.

«Вообще осмотр записей тут — пара строчек. Хотя прекрасно видно на записях, что я пришел с аккредитацией в руках, что я никак себя активно не вел, что не сопротивлялся», — отмечает журналист.

Согласно судебно-медицинской экспертизе и дополнительной экспертизе, перелом мог быть получен «при условии удержания его правой руки в области перелома с последующим ротационным (вращательным) смещением в процессе падения с высоты собственного роста, что не противоречит данным, зафиксированным на видеозаписях, и обстоятельствам, изложенным Дмитриевым».

При этом на съемке телеканала «Дождь» можно видеть, что полиция сначала повалила Френкеля на пол, а затем спустя короткое время раздается хруст и крик журналиста.

Кроме того, в постановлении упоминается, что из-за событий на избирательном участке на Френкеля составили три административных протокола, которые 27 июля рассмотрел Дзержинский районный суд Петербурга. Суд признал, что журналист не повиновался законным требованиям полицейского Дмитриева, вмешался в осуществление полномочий избиркома и нарушил санитарно-эпидемиологические нормы.

Френкель настаивает, что от него требовали лишь проследовать с полицейскими в отдел, других требований не было; Дмитриев в суде сказал, что его требование звучало дословно так: «Вы будете удалены».

В постановлении об отказе также утверждается, что 24 августа 2019 года Френкель уже привлекался к административной ответственности по части 1 статьи 19.3 КоАП (неповиновение требованию полиции).

24 августа журналист действительно был задержан, когда снимал на Исаакиевской площади участников пикета в защиту прав ЛГБТ.

После задержания на него составили два протокола — по части 1 статьи 12.29 (переход в неположенном месте) и части 1 статьи 19.3 КоАП (неповиновение полиции). По первому административному делу журналист получил устное предупреждение, а второе должны были передать в суд — однако Френкеля на заседание так и не вызвали, и о решении ему не сообщали. В административных материалах по событиям на избирательном участке есть копия справки, из которой следует, что к административной ответственности по статье 19.3 КоАП Давид Френкель не привлекался.

Также следователь приобщил к своему отказу материалы проверки отдела СК по Центральному району года от 11 января 2017 года. Журналист тогда якобы написал заявление о бездействии полицейских, которые не предприняли ничего, чтобы найти человека, причинившего ему телесные повреждения; сам Френкель говорит, что не подавал такого заявления. По результатам этой проверки СК отказал в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях сотрудников 78-го отдела полиции состава преступления, пишет следователь Титов. «Вместе с тем, проверкой установлено, что 11.01.2017 Френкель Д.А. сам провоцировал конфликтные ситуации, не реагируя на замечания сотрудников полиции, мешал проведению митинга, прислонял к лицам сотрудников полиции камеру своего мобильного телефона, снимая их, вызывая ответную реакцию», — говорится в отказном постановлении.

11 января 2017 года Френкель действительно снимал в Петербурге акцию с вывешиванием баннера «Не РПЦ» на колоннаде Исаакиевского собора.

Участников акции задержали полицейские, однако к Френкелю у силовиков претензий не было. Более того, в этот день в городе не проходило никаких митингов.

В своем постановлении следователь Титов заключает, что «данные факты свидетельствуют о систематической и целенаправленной провокационной деятельности Френкеля». Кроме того, он приходит к выводу, что полицейский Дмитриев, сломавший руку журналисту, действовал в пределах закона.

«Френкелем Д.А. при оказании сопротивления указанным законным требованиям сотрудника полиции, с целью вырваться от захвата его руки последним, целенаправленно было совершенно падение на пол, в результате которого им были получены телесные повреждения», — сказано в постановлении об отказе в возбуждении дела.

Редактор: Дмитрий Ткачев