Оригинал материала
Этика криптографии: уязвимые группы
Всем известно, что криптография защищает пользователей, но оказывается, не всех в должной мере, и вообще она бывает оторванной от реальности — об отсутствии социального подхода в криптографических исследованиях рассказал учёный из Брауновского университета; подробности в нашем сокращённом переводе статьи WIRED.
19 августа на криптоконференции Международной ассоциации криптологических исследований Сени Камара из Брауновского университета прочитал доклад «Криптография для людей» (Crypto for the People) о том, кто в действительности выигрывает от технологий шифрования и достижений в криптографии. Доклад прозвучал как призыв пересмотреть приоритеты исследований, которые сегодня большей частью обслуживают интересы правительств и корпораций, а не уязвимых групп, будь то расовые меньшинства, иммигранты, женщины, ЛГБТК-сообщество и др. Камара утверждает, что даже когда технологии шифрования доходят до этих людей, они приходят модифицированными из других исследовательских проектов, а не задуманными для удовлетворения их конкретных потребностей.
«Существуют проблемы, уникальные для уязвимых групп, и эти проблемы не исследуются», — сказал Камара.
В заявках на гранты учёные утверждают, что их изыскания каким-либо образом приносят пользу людям, говорит Абдулай Ндиайе, исследователь макроэкономики из Нью-Йоркского университета. Однако потребителями научных трудов являются другие ученые, государственные учреждения и, в некоторых областях, предприятия. Существует тезис, что все они, в свою очередь, тоже станут проводить исследования и информация дойдёт до «необслуживаемых» групп. Но Камара подчеркнул, что в криптографии цели правительства и бизнеса не обязательно охватывают этих людей.
Впрочем, технологии шифрования действительно обеспечивают защиту таких уязвимых групп, как диссиденты, активисты и журналисты. Однако криптография под конкретные запросы может дать гораздо больше, убеждён Камара.
Давний вопрос морали в криптографии редко выходит на первый план даже в рамках самого академического сообщества. Этот дискурс разгорелся после разоблачений Эдварда Сноудена массовой цифровой слежки со стороны Агентства национальной безопасности в 2013 году и особенно после статьи криптографа UC Davis Филиппа Рогауэя 2015 года. В ней говорилось, что криптография является «изначально политическим инструментом».
«Я призываю к переосмыслению нашей дисциплинарной культуры: надо уделять внимание не только головоломкам и математике, но и социальному значению нашей работы», — писал Рогауэй.
Пять лет спустя он говорит, что не видит больших изменений в исследованиях криптографов, или в темах, которые они обсуждают на конференциях. Но выступлением Камары он был впечатлён. По его словам, теперь дискурс будет включать не только обсуждение этической необходимости защиты людей от массовой слежки, но и призыв к академическому сообществу больше сосредоточиться на обслуживании уязвимых групп.
«Мы не работаем в вакууме, мы не чистые математики, — сказал Рогауэй WIRED. — Как бы ни хотелось некоторым криптографам видеть себя занимающимися чистой математикой в поисках каких-то открытий, это не совсем подходящее описание нашей деятельности. У криптографии действительно есть очень сильные связи с властью. И если мы просто скажем: «О, это не моя область», то это само по себе является политически обоснованным, аисторическим и элитарным взглядом».
Сегодня, частично из-за быстрого увеличения объёма работы по борьбе со злоупотреблениями в социальных сетях, идея этического императива в технологиях конфиденциальности стала более распространённой. Но большая часть реальной работы в криптографии остается фундаментально абстрактной. Практические приложения, которые действительно существуют, часто имеют узкий взгляд на вещи.
Описанный Камарой тип специализированного исследования, ориентированного на конкретные угрозы, требует глубокого знания настоящих, тонких потребностей уязвимых групп. Камара подчеркнул в своём выступлении, что криптографическое сообщество должно быть гораздо более инклюзивным и репрезентативным, если оно хочет помочь тем, кто нуждается. И исследователи должны искать информацию из первых рук для более глубокого понимания в каждом конкретном случае.
«Я думаю, что единственная причина, по которой нам трудно представить, как это выглядит, заключается в том, что в течение 40 лет нас обучали проводить корпоративные исследования. Поэтому нам не хватает воображения, навыков и знаний, чтобы проводить исследования «для людей», — говорит Камара. — Но разнообразие имеет здесь решающее значение».
После расстрела Брионны Тейлор, Джорджа Флойда и Джейкоба Блейка (афроамериканцы, застреленные полицейскими — прим. ред.) Камара говорит, что коллеги-криптографы и другие учёные обратились к нему, чтобы поговорить о системных изменениях, которым могли бы помочь технические решения для снижения жестокости полиции. Камара говорит, что он приветствует эти дискуссии, «но большинство из этих людей никогда не подвергались нападениям со стороны полиции. Они не понимают, какие психологическое давление и смятение испытываешь, когда на тебя бегут пятеро полицейских. Такие детали имеют значение».