Активисты из Миннеаполиса превратили пустой отель в коммуну для бездомных, где нет полиции. Многие были в восторге от эксперимента, но продлился он недолго

В конце мая из-за убийства Джорджа Флойда в США начались массовые протесты против расизма и полицейского насилия. На их фоне появились предложения сократить штат полиции или вовсе распустить ее. Левые активисты из Миннеаполиса — города, где убили Флойда, — решили воплотить в жизнь идею об упразднении полиции. Они заняли местный отель и организовали там бесплатное убежище для бездомных. По их замыслу, оно должно было превратиться в самоуправляемую коммуну, члены которой сами могут предотвратить насилие. Но через 10 дней убежище пришлось закрыть: его обитатели начали открыто принимать наркотики и торговать секс-услугами. О том, как начался и закончился этот эксперимент, рассказал американский журнал Harperʼs Magazine.

Акции протеста в Миннеаполисе начались 26 мая — на следующий день после убийства Джорджа Флойда. Они сопровождались столкновениями протестующих с полицией и поджогами; в город ввели Национальную гвардию и установили комендантский час. Из соображений безопасности власти Миннеаполиса закрыли несколько палаточных лагерей для бездомных, которые активисты организовали после начала пандемии коронавируса. Многие люди, которые там жили, снова оказались на улице.

29 мая медсестра Розмари Фистер, работавшая с бездомными, и активист Зак Джонсон, связанный с Католическим рабочим движением, сняли для двух бездомных, которых выгнали из палаточного лагеря, номер в гостинице «Шератон». На следующий день Фистер и Джонсон узнали, что владелец отеля Джей Патель вынужден выселить всех постояльцев из-за беспорядков — оставаться там стало небезопасно, и страховая компания отказалась покрывать страховку на здание, если его не покинут люди. Активисты, убеждавшие власти расселить бездомных по пустующим отелям из-за пандемии и уличных столкновений, предложили Пателю снять у него номера для людей, оставшихся без крыши над головой, и защищать здание от поджигателей и мародеров. Патель согласился.

Через несколько дней в «Шератоне» появились около 400 постояльцев и примерно 150 волонтеров, среди которых были, в частности, сторонники демократического социализма и участники Католического рабочего движения. Волонтеры превратили гостиничный ресторан в буфет с бесплатной едой и напитками, организовали медицинский пункт в конференц-зале. На стенах висели портреты Джорджа Флойда — с ним некоторые постояльцы были знакомы: он работал охранником в крупнейшем городском приюте для бездомных. Деньги на убежище (так его назвали создатели) собирали через сайт GoFundMe. На проект пожертвовали около 100 тысяч долларов.

Создатели убежища надеялись сформировать в «Шератоне» саморегулируемое сообщество без иерархии. Бездомных приглашали на встречи, где обсуждались правила жизни в отеле. Их ни за что не осуждали, им раздавали презервативы и чистые иглы в соответствии с подходом снижения вреда. Кроме того, основатели решили сделать убежище местом, свободным от полиции: они считали, что члены сообщества в силах сами предотвратить насилие. В отеле сформировали внутренний отряд охраны.

В том, что полицейские приносят больше вреда, чем пользы, были уверены не только активисты, но и люди, которым они хотели помочь. Обитатели «Шератона» лишний раз утвердились в этом мнении, когда в первые вечера к «Шератону» приезжала полиция. Сначала полицейские стреляли по дверям резиновыми пулями без видимой причины. Потом офицер проколол шину у автомобиля на парковке (полиция специально делала это, пытаясь обезвредить возможных участников беспорядков). На третий вечер полицейские пришли в гостиницу по жалобе, но уехали, так и не поднявшись в номер, из которого она поступила.

К пятому дню про убежище в «Шератоне» написали многие американские СМИ. Пожертвований в виде еды, медикаментов и других вещей было так много, что их прием пришлось остановить. Но активисты уже начали паниковать из-за творящегося в отеле хаоса. Было непонятно, сколько людей там в итоге поселилось; на первом этаже нашли пули; в лобби и на парковке появились вооруженные наркодилеры; ходили слухи о проституции и насилии. Некоторые неопытные волонтеры ушли из «Шератона», увидев, что его обитатели открыто принимают наркотики и занимаются секс-работой. Волонтер Кортни Кирнат стала свидетелем передозировки через полчаса после того, как впервые попала в убежище. Когда она решила вызвать скорую, никто не мог назвать ей адрес «Шератона».

Волонтерка Рейчел Бин, 20 лет работавшая с бездомными, настаивала в разговоре с Harperʼs Magazine, что поведение обитателей убежища не означает, что идея провалилась: «Если бы у нас не было отеля, эти люди все равно оказывали бы секс-услуги и принимали наркотики. Просто они бы делали это незаметно, как раньше».

Однако некоторых других опытных активистов происходящее в «Шератоне» отпугнуло. «Их цель — снизить вред [от деструктивного поведения]. Я понимаю. Но я вижу новых наркозависимых, новых девушек, торгующих своим телом, новых людей, которых вовлекают в этот образ жизни. Как же это снижает вред?» — заявил Майкл Гозе, глава некоммерческой организации, предоставляющей жилье представителям коренных народов Америки.

К 7 июня волонтеры ужесточили правила в «Шератоне». Они перестали держать открытыми двери отеля всю ночь, как это было раньше, и пускали людей внутрь только до 10 часов вечера. Кроме того, они перестали разрешать бездомным, которым не хватило номеров и которых вписали в лист ожидания, ночевать в лобби. Волонтерам приходилось выгонять людей, спавших в коридорах отеля, — чему некоторые не были рады. «Почему, черт побери, я сделал это? Они просто спали, они никому не угрожали. Зачем я вообще здесь, если я говорю людям, что им делать?» — цитирует Harperʼs Magazine одного из членов гостиничного отряда охраны. Не все волонтеры строго придерживались новых правил.

В ночь на 8 июня на парковке «Шератона» началась драка; отряд охраны не вызвал полицию, но и сам вмешиваться отказался. 9 июня в гостинице произошел пожар. Он был небольшим: загорелось мусорное ведро на четвертом этаже. Но если бы возгорание оказалось более серьезным, возникли бы проблемы с эвакуацией, поскольку карт-ключ от лестницы не всегда срабатывал. В тот же день у четырех постояльцев гостиницы случилась передозировка, один из них умер — это была первая смерть в отеле.

Тогда же, 9 июня, владелец «Шератона» Джей Патель потребовал от создателей убежища заплатить ему 100 тысяч долларов (по версии активистов, они договорились с ним на гораздо меньшую сумму). Он позвонил в полицию с требованием всех выселить — но там отказались, сославшись на введенный на время коронавируса мораторий на выселение. Патель, однако, продолжал настаивать, чтобы постояльцы покинули отель (СМИ писали, что ему пригрозили судебным иском из-за приема наркотиков в гостинице и частых приездов скорой помощи). Он заблокировал карт-ключи от номеров.

В итоге активисты объявили о закрытии убежища. «Стало понятно, что люди [здесь] находятся в опасности», — заявила со слезами на глазах одна из создателей убежища Кара Карлсон. Из отеля стали уходить бездомные, вынося свое имущество в инвалидных колясках, тележках из магазинов, мешках для мусора и рюкзаках. Отель опустел, в номерах царила разруха: разбитые окна, выломанные двери, горы мусора. Частично это все осталось от некоторых обитателей убежища, частично — от мародеров, которые проникли в отель после их ухода (здание еще какое-то время оставалось открытым).

Ультраправые издания отреагировали на закрытие убежища с насмешкой. «Ультралевые бунтовщики и бездомные сквоттеры разгромили „Шератон“ в Миннеаполисе», — гласил заголовок на сайте The Gateway Pundit. Многие активисты, пришедшие в «Шератон» волонтерами, были разочарованы. Но некоторые создатели убежища сохранили оптимизм. «Я не считаю, что это был провал. Мы пробовали, что-то работало, что-то нет, но за 10 дней вы не получите идеальную картинку жизни без полиции», — заявила опытная волонтерка Рейчел Бин. «Вы думаете, было бы лучше, если бы люди провели эти 10 дней на улице?» — сказала медсестра Розмари Фистер.

Пересказала Ольга Корелина