Кратко о неправомерном антиэкстремизме с января по август 2020 года

Хроника нормотворчества : Практика ЕСПЧ и Комитета ООН по правам человека : Уголовное преследование : Иные преследования

Данный краткий обзор посвящен важнейшим законодательным новациям и статистике правоприменения в области противодействия экстремизму в период с января по август 2020 года. Мы коснемся только той части законодательства и правоприменительной практики, которая приводит, с нашей точки зрения, к чрезмерному ограничению гражданских свобод.

Хроника нормотворчества

В марте Владимир Путин подписал закон о внесении поправок в ст. 20.3 КоАП (публичное демонстрирование нацистской символики или символики экстремистских организаций). Диспозиция и санкции ст. 20.3 КоАП остались неизменными, в нее было лишь внесено примечание о том, что положения статьи "не распространяются на случаи использования нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, при которых формируется негативное отношение к идеологии нацизма и экстремизма и отсутствуют признаки пропаганды или оправдания нацистской и экстремистской идеологии". Аналогичные поправки в законы "Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов" и "О противодействии экстремистской деятельности" были приняты в конце 2019 года. Как и следовало ожидать, эта оговорка охватила не все случаи демонстрирования запрещенной символики без цели пропаганды соответствующей идеологии, суды ссылаются на нее только в части подобных случаев. На наш взгляд, эффективнее было бы прямо прописать в федеральных законах и ст. 20.3 КоАП, что карается лишь демонстрирование запрещенной символики, направленное на такую пропаганду, тогда число случаев неправомерного правоприменения снизилось бы куда значительнее.

В апреле был подписан закон, призванный воспрепятствовать сносу советских памятников заграницей. В УК была введена новая статья 243.4 ("Уничтожение либо повреждение воинских захоронений, а также памятников, стел, обелисков, других мемориальных сооружений или объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества или его интересов либо посвященных дням воинской славы России"), которая предусматривает наказания в виде, в частности, многомиллионных штрафов и лишения свободы. Следует отметить, что хотя введение этой статьи мотивировано прежде всего внешнеполитическими соображениями, применять ее можно будет и в отношении россиян. При этом за описанные в диспозиции этой нормы деяния фактически можно было привлекать к ответственности по уже существовавшим статьям УК, поэтому оснований для ее введения не было, а предусмотренные ею санкции, особенно крупные штрафы, на наш взгляд, непропорционально суровы.

В апреле президент подписал поправки, среди прочего, расширяющие и ужесточающие ответственность за распространение "фейк-ньюс". Ст. 13.15 КоАП была дополнена новой частью 10.1 о распространении "под видом достоверных сообщений заведомо недостоверной информации" о чрезвычайных ситуациях и мерах противодействия им. Эта часть статьи предусматривает крупные штрафы и распространяется только на юридических лиц. Ч. 10.2 также касается юридических лиц и карает за распространение недостоверной информации, повлекшее смерть, причинение вреда здоровью, нарушение общественного порядка или безопасности и т.п. Ч. 11 в новой редакции охватила случаи повторных правонарушений по чч. 10, 10.1 и 10.2, кроме того, по ней были ужесточены санкции для юрлиц. Физических же лиц поправки позволяют наказывать в уголовном порядке по новым ст. 207.1 и 207.2 УК, диспозиции которых соответствуют чч. 10.1 и 10.2 ст. 13.15 КоАП за тем исключением, что наказание следует за публичное распространение "заведомо ложной" информации, а не "заведомо недостоверной" (как судам следует разграничивать эти два понятия на практике, пока не вполне понятно). Максимальная санкция по ст. 207.2 УК предусматривает пятилетний срок лишения свободы. Поправки ужесточили нормы КоАП о противодействии "фейк-ньюс", но не исправили их недостатков. Мы полагаем, что в уголовном преследовании за распространение ложной информации о ЧС нет необходимости, а введенные санкции чрезмерно строги.

В мае Путин подписал закон, согласно которому осужденные по некоторым антиэкстремистским и смежным уголовным статьям (ч. 1 ст. 205.2, ч. 1 и 2 ст. 207.2, ст. 212.1, ч. 1 ст. 239, ч. 2 ст. 243.4, ч. 1 ст. 244 УК, ч. 2 ст. 280, ч. 2 ст. 280.1, ч. 1 ст. 282, ч. 2 ст. 354.1) лишаются пассивного избирательного права на пять лет уже после снятия или погашения судимости. Ранее осужденные за "преступления экстремистской направленности" не могли баллотироваться до момента снятия судимости (не считая осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления, которые как не могли, так и не могут теперь баллотироваться в течение 10 и 15 лет после снятия судимости). Дополнительные ограничения пассивного избирательного права не кажутся нам достаточно обоснованными, в том числе для осужденных по каким-то из этого набора статей УК. К тому же, преследования по многим из этих статей, на наш взгляд, нередко неправомерны.

В мае же президент утвердил новую редакцию Стратегии противодействия экстремизму до 2025 года. Среди прочего, в Стратегии были уточнены некоторые понятия (в том числе "радикализм") и дано определение понятию "идеологии насилия". Согласно документу к проявлениям экстремизма следует относить "деструктивную деятельность" НПО, в том числе "с использованием технологий и сценариев так называемых «цветных революций»" и обращать внимание на "информационно-психологическое воздействие" зарубежных спецслужб с целью разрушения традиционных ценностей. В число антиэкстремистских приоритетов миграционной политики вместо борьбы с "незаконной миграцией" предлагается включить программы адаптации, противодействие формированию этнических анклавов, социальной исключенности и пространственной сегрегации, а также привлекать к работе институты гражданского общества. Впервые в Стратегии определяются количественные целевые показатели, в числе которых и процент насильственных преступлений среди "преступлений экстремистской направленности" (подробнее об обновленной Стратегии можно прочесть здесь).

В январе, а затем в мае Минюст России представил на общественное обсуждение проект нового Кодекса об административных правонарушениях. В числе актуальных предложений по изменению антиэкстремистских или близких к ним статей КоАП мы отметили следующие. Было предложено снизить максимальный срок обязательных работ по статье о возбуждении ненависти, объединить две части статьи о запрещенной символике (о демонстрировании и о сбыте атрибутики и символики), что означает смягчение наказания за сбыт атрибутики и символики, исключить из КоАП наказание за "оскорбление власти" более двух раз. Административные правонарушения, состоящие в нарушении норм законодательства о противодействии экстремизму, согласно предложенной версии КоАП, должны считаться грубыми, так что дела по ним нельзя будет прекращать за малозначительностью. В проекте закрепляется сложившееся на практике понимание термина "длящееся правонарушение", что актуально применительно к преследованиям за онлайн-публикации. Минюст настаивает, что срок давности привлечения к административной ответственности в общем случае должен составлять один год, однако по ряду статей – больше. В частности, для грубых административных правонарушений предлагается установить срок в два года. Однако срок давности по нарушениям, в частности, законодательства о СМИ (кроме статьи о злоупотреблении свободы массовой информацией), в области обработки информации, по правонарушениям, посягающим на порядок управления и на общественную нравственность, предлагается установить на уровне двух месяцев или трех месяцев для дел, рассматриваемых судом.

В июне Владимир Путин подписал закон, обязывающий хостинг-провайдеров осуществлять внесудебные блокировки. Согласно этим поправкам, которые вступят в силу 1 октября, меняется механизм внесудебных блокировок, описанный в ст. 15.3 ФЗ "Об информации". Сейчас получив требование Генпрокуратуры, Роскомнадзор предписывает операторам связи блокировать указанный в нем сайт, а хостера извещает о блокировке, после чего в течение суток хостер должен уведомить владельца сайта о необходимости удаления информации. Согласно поправкам, хостер должен будет сделать это незамедлительно, как только получит от Роскомнадзора уведомление. Если владелец сайта не удалит информацию в течение суток, то хостер должен будет заблокировать указанный в уведомлении информационный ресурс (при этом обязанности операторов связи в смысле блокировок остаются прежними). Сейчас владелец сайта может удалить информацию, указанную в уведомлении, и сообщить об этом Роскомнадзору, после чего операторы связи должны разблокировать его ресурс. Поправки, хотя и возлагают обязанность по блокировке также и на хостера, не обязывают его разблокировать сайт. Мы выступаем против внесудебной блокировки материалов в сети, поскольку она приводит к произволу и злоупотреблениям со стороны правоохранительных органов. Неопределенность, которую вносит новый закон, не описывающий порядок разблокировки на уровне хостера, чревата дополнительными необоснованными ограничениями свободы слова.

А в июле в нижнюю палату были внесены новые репрессивные законопроекты. Первый из них – поправки к КоАП о наказании хостинг-провайдеров и владельцев сайтов за уклонение от блокировок и от удаления контента, подлежащего таковому. Депутаты предложили внести в КоАП новую статью 13.41, по которой штрафы за непринятие мер по ограничению доступа к сайтам (кроме случаев нарушения авторских прав) должны составить до 100 тысяч рублей для физических лиц, до 400 тысяч – для должностных, до 4 миллионов – для юридических лиц; штрафы за повторное правонарушение удваиваются; штрафы за уклонение от блокировки экстремистского контента также должны быть выше вдвое (а в случае повторного нарушения – вчетверо). Второй – разработанный комиссией̆ Госдумы по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России законопроект о поправках в Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации". Изменениям должна подвергнуться ч. 1 ст. 15.3 закона: внесудебной блокировке будет подлежать информация, содержащая не только "призывы к массовым беспорядкам и осуществлению экстремистской деятельности" (текущая редакция), но и "содержащая обоснование и (или) оправдание осуществления экстремистской деятельности, включая террористическую деятельность". Мы считаем, что предложенные поправки с их неопределенной формулировкой только усугубят ситуацию с внесудебными блокировками: под действие закона можно будет подводить и академические исследования, и публичную дискуссию.

Президент же в июле подписал закон о внесении поправок в ст. 1 закона "О противодействии экстремистской деятельности". Входившая в определение экстремизма формулировка "насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации" была заменена на следующую: "насильственное изменение основ конституционного строя и (или) нарушение территориальной целостности Российской Федерации (в том числе отчуждение части территории Российской Федерации) за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами»". Таким образом, закон "О противодействии экстремистской деятельности" был приведен в соответствие с новой редакцией Конституции России. На рассмотрении Госдумы также находятся поправки в УК и КоАП о наказании за сепаратизм и призывы к нему. Ст. 280.1 УК (публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ) должна быть дополнена механизмом административной преюдиции: при первом нарушении в течение одного года ответственность будет следовать по новой статье КоАП 20.3.2 с тем же названием. Ч. 1 этой административной статьи будет предусматривать штраф до шестидесяти тысяч рублей для граждан, до ста тысяч рублей для должностных лиц и до трехсот тысяч рублей для юридических лиц. Ч. 2 ст. 20.3.2 будет карать за действия, совершенные с использованием СМИ или интернета, штрафом в размере до ста тысяч рублей для граждан, до двухсот тысяч рублей для должностных лиц и до пятисот тысяч рублей для юридических лиц. При этом один из видов санкций по ч. 1 уголовной ст. 280.1 ужесточается: штраф по ней будет повышен и составит до четырехсот тысяч рублей. Кроме того, в УК должна быть введена ст. 280.2 (нарушение территориальной целостности РФ), карающая за "отчуждение части территории Российской Федерации или иные действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации), направленные на нарушение территориальной целостности Российской Федерации" при отсутствии признаков преступлений, подпадающих под ст. 279 и 280.1УК; она предусматривает наказание только в виде реального срока – от шести до десяти лет. Таким образом, новая статья будет относиться к акту сепаратизма, не являющемуся ни мятежом, ни призывом к отделению; соответственно, по ней можно будет привлечь либо тех, кто де-факто осуществил отделение какой-то территории, либо тех, кто каким-то образом готовит подобное деяние, не прибегая ни к публичным призывам, ни к подготовке мятежа. (Законопроект прошел первое чтение в сентябре.)

Госдума в июле приняла в первом чтении правительственный законопроект о внесении изменений в ст. 9 и 10 закона "О противодействии экстремистской деятельности", согласно которым суды, выносящие решения, касающиеся запрета или приостановления деятельности организации как экстремистской, должны направлять решение в Минюст для внесения в соответствующий перечень в течение трех суток. Сейчас включение запрещенных организаций в перечень занимает до пяти лет.

Кроме того, в том же месяце правительство внесло в Госдуму законопроект о внесении изменений в федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях". Среди прочего, он предусматривает внесение в закон указания на то, что руководителем и участником религиозной группы не может быть иностранный гражданин или лицо без гражданства, в отношении которого принято решение о нежелательности пребывания в РФ; лицо, включенное в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга; лицо, в отношении которого вступившим в законную силу решением суда установлено, что в его действиях содержатся признаки экстремистской деятельности; физическое лицо, чьи счета заморожены Межведомственной комиссией по противодействию финансированию терроризма. Таким образом, на руководителей и участников религиозных групп предлагается распространить уже существующие в законодательстве требования к некоммерческим организациям, в том числе религиозным. На наш взгляд, эти новые ограничения представляют собой очередное необоснованное вторжение в сферу осуществления права на свободу вероисповедания.

Практика ЕСПЧ и Комитета ООН по правам человека

В марте Европейский суд по правам человека опубликовал решение по жалобе петербургского журналиста Николая Андрущенко (1943–2017), который в 2009 году был приговорен к условному сроку и штрафу за оскорбление представителя власти (ст. 319 УК) и возбуждение ненависти (ч. 1 ст. 282 УК), а затем освобожден от наказания. По ст. 282 его осудили за возбуждение ненависти в отношении социальной группы "сотрудники правоохранительных органов" путем публикации статьи о разгоне одного из "Маршей несогласных". ЕСПЧ провел аналогию с ранее рассмотренным им делом Саввы Терентьева и отказался считать милиционеров и сотрудников ФСБ, о которых автор нелестно отзывался, уязвимой социальной группой. Страсбургский суд также подчеркнул, что статья Андрущенко касалась общественно значимого вопроса применения силы на публичных мероприятиях, и не обнаружил аргументов в пользу того, что сотрудники правоохранительных органов могли стать жертвами насилия в результате ее публикации. Таким образом, ЕСПЧ усмотрел в действиях российских властей нарушение ст. 10 Европейской конвенции по правам человека, защищающей свободу выражения мнения.

В июне ЕСПЧ Европейский суд по правам человека опубликовал решения сразу по нескольким жалобам на блокировки сетевых материалов в России. В рамках первого из кейсов, "ООО «Флавус» и другие против России", были рассмотрены жалобы издателей портала "Грани.ру", "Каспаров.ру" и "Ежедневного журнала" (ej.ru). Все три сайта были заблокированы во внесудебном порядке по требованию Генпрокуратуры (т.е. по "закону Лугового") в 2014 году; издания обвиняли в публикации призывов к экстремистской деятельности и участию в несогласованных публичных акциях. Кроме того, было опубликовано решение по жалобе Евгения Булгакова, владельца сайта "Мировоззрение Русской цивилизации" (razumei.ru), который был заблокирован целиком на основании судебного решения, вынесенного в 2012 году, поскольку прокуратура нашла на одной из его страниц запрещенную книгу, и не был разблокирован после ее удаления. ЕСПЧ обнародовал и решение по жалобе Грегори Энгельса, члена Пиратской партии Германии и владельца домена rublacklist.net, обжаловавшего блокировку размещенной на сайте проекта "Роскомсвобода" страницы, которая была посвящена способам обхода блокировок. Наконец, суд опубликовал результат рассмотрения жалобы Владимира Харитонова, оспаривавшего блокировку своего сайта (digital-books.ru), который с декабря 2012 года по 22 марта 2013 года был недоступен из-за того, что его IP-адрес совпадал с IP сайта "Растаманские сказки", якобы содержавшего незаконный контент. Все эти четыре кейса имеют свои особенности, которые были рассмотрены Европейским судом. Однако недостатки механизмов блокировки, предусмотренных российским законом об информации, и решений, вынесенных российскими судами, подвигли ЕСПЧ к тому, чтобы в отношении всех заявителей признать нарушение их прав, гарантированных ст. 10 и 13 Европейской конвенции о праве на свободу выражения мнения и на эффективные средства правовой защиты.

Кроме того, в июне ЕСПЧ коммуницировал жалобу на блокировку мессенджера Telegram, что, возможно, явилось одним из факторов, которые подвигли российские власти несколькими днями раньше в срочном порядке разблокировать мессенджер, даже не пересматривая соответствующие судебные решения. Не понадобилось и принимать специальный законопроект о поправках к закону об информации, внесенный в середине месяца в Госдуму депутатами Федотом Тумусовым, Дмитрием Иониным и Александром Терентьевым.

В августе Комитет по правам человека (КПЧ) ООН опубликовал перечень вопросов, адресованных России в связи с ее восьмым периодическим докладом о соблюдении Международного пакта о гражданских и политических правах. Среди прочего, КПЧ попросил Россию сообщить о шагах, предпринятых для пересмотра Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" с целью уточнения расплывчатого определения "экстремистской деятельности", для пересмотра Федерального списка экстремистских материалов и для предотвращения произвольного использования этого закона. Комитет заявил, что обеспокоен преследованием Свидетелей Иеговы в России в связи осуществлением свободы вероисповедания. КПЧ выразил обеспокоенность рядом вопросов, в том числе тем, принимаются ли в России меры по борьбе с расистской и гомофобной человеконенавистнической риторикой и расовым профилированием, а также проявлениями ненависти, насилия и дискриминации по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Комитет поинтересовался вопросами о применении законодательства о "пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних" и перспективах его отмены, об обеспечении прав однополых пар и права ЛГБТ-сообщества на мирные собрания, о распространении гомофобии после принятия поправок к Конституции. КПЧ попросил Россию прокомментировать утверждения о преследовании политических оппонентов правительства и жестоком обращении с ними под предлогом борьбы с терроризмом, в том числе в связи с преследованием членов запрещенных организаций «Сеть» и «Хизб ут-Тахрир», а также о необоснованном ограничении свободы слова – в связи с делом Светланы Прокопьевой (см. ниже). Комитет просил Россию отчитаться о применении статей, регулирующих свободу выражения мнения, – об оскорблении чувств верующих, реабилитации нацизма, клевете, неуважении к обществу и государству и распространении фейк-ньюс. При составлении вопросов к российским властям был учтен краткий коллективный доклад, поданный ранее 12 российскими НКО, в том числе центром "Сова".

Уголовное

преследование

В начале июля 2020 года на выездном заседании в Псковском областном суде коллегия трех судей 2-го Западного окружного военного суда признала журналистку Светлану Прокопьеву виновной в оправдании терроризма в СМИ (ч. 2 ст. 205.2 УК) и приговорила ее к штрафу в размере 500 тысяч рублей с взысканием расходов на проведение судебных экспертиз и конфискацией мобильного телефона и ноутбука. Поводом для преследования послужила радиопередача Прокопьевой "Минутка просветления", вышедшая осенью 2018 года в эфир радиостанции "Эхо Москвы в Пскове" и посвященная причинам взрыва в приемной УФСБ в Архангельске. Анализируя это событие, Прокопьева рассуждала о том, что действия совершившего взрыв молодого человека были обусловлены репрессивной политикой государства и что велик риск того, что молодежь, растущая в атмосфере жестокости государства, будет отвечать государству тем же. На наш взгляд, обвинительный приговор журналистке вынесен неправомерно, поскольку ее передача не содержала ни утверждений, что идеология или практика терроризма являются правильными и заслуживают подражания, ни слов об их привлекательности или допустимости.

Во второй половине августа Центральный окружной военный суд в Самаре приговорил активиста башкирского национального движения Айрата Дильмухаметова к девяти годам колонии строгого режима с запретом администрировать сайты на три года. Ранее, в период с марта 2019 года по январь 2020 года, Дильмухаметову были предъявлены обвинения по ч. 2 ст. 280.1 УК (публичные призывы к сепаратизму) за публикацию видеообращения, а также за выступление на радио "Эхо Москвы в Уфе" о его концепции Четвертой Башкирской республики; по ч. 2 ст. 205.2 УК (публичное оправдание терроризма, совершенное в интернете) за видео с его реакцией на преследования членов радикальной партии "Хизб ут-Тахрир", которая запрещена в России как террористическая; по ч. 1 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремистской деятельности) за высказывание о чеченцах; по ч. 1 ст. 282.3 УК (финансирование экстремистской деятельности) за публикацию обращений о сборе денежных средств на поддержку его борьбы "за новую IV Башкирскую республику". Все эти обвинения мы склонны считать неправомерными. В 2011 году Дильмухаметов был приговорен к шести годам лишения свободы за призывы к экстремистской деятельности и публичное оправдание терроризма, а в 2015 году – к трем годам лишения свободы, опять же за оправдание терроризма.

Начиная с мая была возбуждена череда уголовных дел по чч. 1 и 3 ст. 354.1 УК о реабилитации России (отрицание фактов, установленных Нюрнбергским трибуналом или одобрение нацистских преступлений и распространение неуважительных сведений о днях и символах воинской славы России) по фактам загрузки фотографий деятелей Третьего рейха (в частности, Адольфа Гитлера и Андрея Власова, но под другими именами) на сайты движения "Бессмертный полк" 9 мая и в другие дни. По сообщению СК, большинство причастных к этому пользователей оказались иностранцами, но более десяти человек – жителями разных регионов России. По нашим сведениям, возбуждено как минимум 11 таких уголовных дел (первые два приговора по ним были вынесены уже в сентябре). Мы полагаем, что действия пользователей сети квалифицированы некорректно. Такое действие, как загрузка фотографий нацистских лидеров на сайт, даже 9 мая, само по себе не является ни публичным одобрением преступлений нацизма, ни распространением каких бы то ни было сведений о дне воинской славы России. Никакими высказываниями, одобряющими или отрицающими нацистские преступления, эти фотографии, судя по всему, сопровождены не были.

Мы знаем еще о двух делах, неправомерно возбужденных в рассматриваемый период по ч. 3 ст. 354.1 УК за сетевые публикации и связанных с 9 мая. В Калининграде с уголовным преследованием столкнулся блогер Николай Горелов, опубликовавший на свой странице во "ВКонтакте" 9 мая 2018 года публицистический текст о преступлениях Красной Армии во время Второй мировой. Дело в отношении Горелова было открыто в январе; в июне СК решил его прекратить. Блогера Михаила Алферова из Кемерово привлекли к ответственности по той же части статьи за публикацию на YouTube 9 мая 2020 года видео с резкой критикой украшения города к празднику.

В августе Октябрьский районный суд Новороссийска вернул прокурору дело экс-майора МВД, скандально известного борца с коррупцией в органах внутренних дел Алексея Дымовского, которого в январе обвинили в незаконном хранении и перевозке взрывчатых веществ (ч. 1 ст. 222.1 УК) и публичных призывах к экстремистской деятельности, совершенных в интернете (ч. 2 ст. 280 УК). Он был переведен из СИЗО под домашний арест. Обвинение, предъявленное Дымовскому, связано с опубликованным им видео 2019 года. На видео Дымовский едет по Новороссийску на такси в отдел полиции, чтобы добровольно выдать найденные взрывчатые вещества, которые не забрала по его сигналу полиция. При этом он объясняет, что несколько лет держал тротил дома, так как ему "хотелось применить этот тротил против Путина Владимира Владимировича", но впоследствии от этих мыслей отказался, потому что пришел к выводу, что Путин – "душевнобольной человек". На видеозаписи Дымовский также призывает всех честных людей объединяться и приглашает их на встречу. После записи видео автомобиль с Дымовским был остановлен сотрудниками ДПС, которым он решил добровольно выдать тротил, после чего его опросили в полиции, однако через несколько дней арестовали по обвинению в незаконном хранении и перевозке взрывчатых веществ. С нашей точки зрения, обвинение по ст. 280 УК неправомерно, поскольку в нем нет никаких призывов к насилию по отношению к президенту или другим должностным лицам, а призыв к объединению всех честных людей имеет мирный характер.

За причастность к запрещенным организациям было вынесено 20 неправомерных приговоров в отношении 42 человек (для сравнения: за тот же период годом ранее – 14 против 62).

Из них семь приговоров по ст. 205.5 УК (организация деятельности террористической организации или участие в таковой) касались участия в исламской религиозной партии "Хизб ут-Тахрир", которая запрещена в России как террористическая, хотя сведений о ее причастности к террористической деятельности нет. К длительным срокам заключения – от семи до 22 лет лишения свободы – были приговорены 19 человек в Татарстане, Крыму, Санкт-Петербурге, причем семеро из осужденных в Татарстане были приговорены также по ст. 205.2 УК – за партийную пропаганду.

Остальные 13 приговоров против 23 человек были вынесены за причастность к экстремистским организациям.

В подмосковной Черноголовке по ч. 2 ст. 282.2 УК за причастность к деятельности запрещенной организации ИГПР "ЗОВ" был приговорен к двум годам лишения свободы условно пенсионер Вячеслав Горбатый; его признали виновным в том, что он был лидером подмосковной ячейки организации и собирал на ее деятельность деньги. Мы считаем, что запрет ИГПР "ЗОВ", организации сталинистско-националистического толка, был недостаточно обоснован, а потому относим к неправомерным преследования за причастность к ней.

На наш взгляд, достаточно веских оснований не было и для запрета как экстремистской организации Национал-большевистской партии (НБП), поэтому мы считаем неоправданным преследование за продолжение ее деятельности активистов партии "Другая Россия". В Челябинске к двум с половиной годам лишения свободы условно по ч. 2 ст. 282.2 УК был приговорен другоросс Александр Крышка.

Один приговор по ст. 282.2 УК (организация деятельности экстремистской организации или участие в таковой) касался последователей мирного движения исламских проповедников "Таблиги Джамаат", которое в России признано экстремистским. В Саратовской области шесть человек получили сроки от одного до трех лет лишения свободы.

В первые восемь месяцев 2020 года по ст. 282.2 УК было вынесено 10 приговоров против 15 Свидетелей Иеговы в разных регионах России: один человек, Сергей Филатов из Крыма, получил реальный срок – шесть лет лишения свободы, восемь – условный, шесть человек приговорены к штрафу. Опираясь на данные Свидетелей Иеговы на середину августа, мы можем сказать, что к осени число их единоверцев, подвергшихся уголовному преследованию в России за продолжение деятельности и финансирование их запрещенных организаций (ст. 282.2 и 282.3 УК) после тотального запрета 2017 года, составило 385 человек.

Иные преследования

Наша статистика применения статей Кодекса об административных правонарушениях, направленных на борьбу с экстремизмом, неполна настолько, что расходится с реальной на порядок, но отчасти она позволяет судить об общих тенденциях.

Мы знаем о 41 случае привлечения к ответственности по ст. 20.29 КоАП за массовое распространение экстремистских материалов, которые, с нашей точки зрения, были запрещены без должных оснований, или за их хранение с целью распространения. В 36 случаях был наложен штраф, два дела были прекращены, исход еще двух неизвестен. Отметим, что 27 из этих 41 случаев неправомерного преследования связаны с публикацией ролика сторонников Алексея Навального "Припомним жуликам и ворам их манифест-2002". Это видео 2011 года с перечислением нереализованных предвыборных обещаний "Единой России" из манифеста партии 2002 года и призывом голосовать за любую другую партию, не содержит никаких признаков экстремизма, и, тем не менее, было запрещено в 2013 году, после чего вошло в узкий ряд материалов из Федерального списка, на предмет распространения которых правоохранительные органы особенно часто мониторят социальные сети. Еще в нескольких случаях речь идет о также популярном в правоохранительных органах исламском материале умеренной направленности – видео "Чудеса Корана".

По ст. 20.3 КоАП о пропаганде и демонстрировании запрещенной символики без должных оснований к ответственности были привлечены 30 физических и одно юридическое лицо. Мы считаем неправомерным преследование за демонстрацию символики, не направленную на пропаганду экстремистской идеологии. В рассматриваемый период в большинстве случаев речь шла о публикациях с нацистской символикой, не пропагандировавших нацизм. Почти в половине случаев к ответственности привлекали активистов. Мы знаем о санкциях в отношении 22 человек – 15 из них были оштрафованы, семи был назначен административный арест. Шесть дел были прекращены, однако тот факт, что число выявленных нами неправомерных санкций не уменьшилось по сравнению с аналогичным периодом 2019 года, показывает, что недавно добавленное в ст. 20.3 КоАП примечание о том, что в случае формирования негативного отношения к нацизму наказывать за демонстрацию запрещенной символики не следует, не оказало существенного влияния на ситуацию.

С января по август мы узнали о десяти случаях неправомерного преследования по ст. 20.3.1 КоАП о возбуждении ненависти: семь человек были оштрафованы, одному был назначен административный арест, а еще одному – обязательные работы, одно дело было закрыто. На сомнительных основаниях выдвигались обвинения в возбуждении ненависти к русским, христианам, мусульманам, госслужащим и сотрудникам правоохранительных органов.

Кроме того, мы отметили около двух десятков случаев наложения на пользователей соцсетей санкций по ст. 20.1 КоАП (мелкое хулиганство) за распространение информации, выражающей в неприличной форме неуважение к власти или обществу. Напомним, мы считаем, что чч. 3-5 ст. 20.1 КоАП направлены на подавление критики деятельности властей: последние и до введения этих поправок были в достаточной степени защищены иными нормами законодательства.

Темпы прироста Федерального списка экстремистских материалов продолжают снижаться: если за соответствующий период в 2019 году список пополнился на 138 пунктов, то в 2020-м он вырос на 88 пунктов (с 5005 по 5092). При этом если с января по конец августа 2019 года неправомерные запреты были отражены в пяти пунктах списка, то в 2020-м – в 23, 21 из которых пришелся на брошюры американского проповедника Уильяма Брэнема.