Медь и молния

Пожар в уральском заповеднике обернулся уголовным делом. Как это может быть связано с интересами промышленников?

В Свердловской области полиция возбудила уголовное дело по факту июльского пожара в заповеднике «Денежкин камень». Статья «Нарушение режима заповедников, повлекшее причинение значительного ущерба» (ст. 262 УК РФ — до двух лет исправительных работ).

«По результатам надзорных мероприятий и опроса жителей ряда населенных пунктов добыты сведения, указывающие на возникновение пожара в лесу вследствие пребывания в заповеднике граждан», — заявили в прокуратуре.

Согласно закону, в заповеднике человек может находиться только с разрешения руководства заповедной зоны и только на выделенных туристических маршрутах. Никаких костров и брошенных окурков.

Фигурантов в деле пока нет, но понятно, что грозить оно может директору заповедника Анне Квашниной и начальнику отдела охраны «Денежкиного камня» Игорю Кондратьеву.

История звучала бы стандартно («лес не уберегли»), если бы не два момента:

• Квашнина последние три года конфликтует с одним из крупнейших промышленных холдингов Свердловской области — Уральской горно-металлургической компанией. УГМК разрабатывает рядом с заповедником Ново-Шемурское месторождение медно-цинковых руд. После начала разработки вода в семи уральских реках стала зеленой, в них погибла рыба. Директор заповедника, пожалуй, активнее всех требует от промышленного гиганта соблюдения экологического законодательства.

• В июле причины возгорания уже изучал Североуральский отдел МВД. По результатам проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, потому что и работники заповедника, и пожарные говорили: причина возгорания — молния.

Спустя два месяца выводы почему-то решили изменить.

— Прокуратура утверждает, что проводила проверку по фактам, изложенным в СМИ. Якобы мы плохо охраняем заповедник. Об этом регулярно пишут несколько изданий, которые также регулярно хвалят УГМК, — говорит Анна Квашнина. — Один из опрошенных прокуратурой — бывший начальник отдела охраны заповедника Николай Сухомлинов. Он давал комментарии этим изданиям [о «недееспособности» пожарной охраны заповедника]. В 2018 году он не прошел медкомиссию. И потерял работу в заповеднике. Воспринял это болезненно: написал кучу жалоб в разные ведомства. Писал даже, что мы «закрываем глаза» на охоту на территории «Денежкиного камня». Получается, жаловался сам на себя: он же был главным охранником. По его жалобам в заповеднике прошли проверки, в том числе прокурорская. В итоге обвинения не подтвердились.

Квашнина прямо связывает уголовное дело с конфликтом между сотрудниками «Денежкиного камня» и промышленниками. И еще раз артикулирует: причиной пожара стал удар молнии.

— У нас также есть документы от Росгидромета о том, что в тот день на этом участке была гроза. Есть пеленгация гроз — карта грозовых ударов. Более того, пожар начался на удаленном участке горы: вряд ли бы кто-то пошел туда поджигать. С тем же эффектом можно поджечь лес куда ближе к населенным пунктам и тропам. Когда мы прибыли на место пожара, там не было следов человека.

В тушении пожара в «Денежкином камне» приняли участие более сотни человек. И сейчас, конечно, полиция может найти там многие тысячи следов.

По словам собеседника «Новой газеты», в правоохранительных органах дело было возбуждено «по разнарядке». Задача — еще раз проверить антропогенную версию. При этом, по мнению источника, перспектив привлечь к ответственности сотрудников заповедника нет.

— Сама фабула статьи 262 УК РФ предусматривает, что кто-то незаконно зашел на территорию заповедника и невольно причинил ущерб природе. В данном случае совершил поджог. Понятно, что это не были сотрудники. Хотя бы потому, что они на территории заповедника находятся законно. Их можно было бы привлечь по другой статье. «Халатность». Но для этого нужно найти поджигателя.

Руководитель программы по особо охраняемым территориям российского отделения «Гринпис» Михаил Крейндлин говорит, что статья 262 УК РФ «почти никогда не работает».

— Она предусматривает обязательное нанесение значительного ущерба, при этом — не устанавливая, что такое значительный ущерб, — говорит он.

Крейндлин подчеркивает: волонтеры и сотрудники «Гринпис», участвовавшие в тушении, тоже считают, что причиной пожара стал удар молнии.

— Есть ощущение, что специально возбудили дело по бесперспективной статье, чтобы просто помотать нервы сотрудникам заповедника, — говорит он.

Пожар в заповеднике «Денежкин камень» продолжался с 17 июля по 7 августа. Пострадало 120 гектаров леса, при этом большая часть насаждений осталась жива. Вред, нанесенный природе, оценивается в 97 973 рубля. В случае если будет найден поджигатель (и будет доказана умышленность преступления), сумма ущерба (в соответствии с установленными коэффициентами) может возрасти до 24,4 млн рублей.