Великолепная шестерка и НИИОХТ

Кого и почему наказали за отравление Навального

Санкции Европейского союза в связи с предполагаемым отравлением Алексея Навального вступили в силу. Согласованный между всеми 27 странами союза юридический документ опубликован 15 октября в Официальном журнале ЕС.

В список вошли директор ФСБ Александр Бортников, первый замглавы администрации президента РФ Сергей Кириенко, начальник управления президента по внутренней политике Андрей Ярин, полпред в Сибири Сергей Меняйло и заместители министра обороны Павел Попов и Алексей Криворучко. Также ограничения коснутся Государственного научно-исследовательского института органической химии и технологии (ФГУП ГосНИИОХТ), причастного, по данным авторов проекта закона, к созданию «Новичка». Список тот же, что фигурировал в утечке, опубликованной накануне в «Нью-Йорк Таймс».

Стандартно адресные персональные санкции ЕС предусматривают запрет на въезд фигурантов санкционного списка на территорию любой страны союза и замораживание их европейских активов. Кроме того, физическим и юридическим лицам ЕС запрещено предоставлять средства фигурантам списка. Обычно к таким ограничительным мерам ЕС присоединяются формально не входящие в него страны — члены Европейского экономического пространства (Швейцария, Норвегия, Исландия, Лихтенштейн), кандидаты в ЕС, а также ассоциированные с ним государства (Украина, Грузия, Молдова). То есть достаточно большая и значимая во всех отношениях часть мира.

Но самим фигурантам подобные санкции не наносят ощутимого практического ущерба, то есть имеют скорее символическое значение. Особенно это касается санкций по «делу Навального».

Напомним, что ограничительные меры, введенные Евросоюзом после отравления в марте 2018 года в британском Солсбери бывшего агента ГРУ Скрипаля и его дочери, направлены против начальника Главного управления Генштаба ВС России (бывшее ГРУ) Игоря Костюкова, его заместителя Владимира Алексеева, а также «солсберецких туристов» Анатолия Чепиги (Руслана Боширова) и Александра Мишкина (Александра Петрова). То есть «наказаны» предполагаемые исполнители и их начальники, люди, которых как-то можно связать с инкриминируемым действием. На этот раз прямой и непосредственной связи нет. Решение ЕС было чисто политическим.

Кроме того, в случае с Навальным отравляющее вещество, хотя и обнаружено пятью независимыми европейскими лабораториями, не применялось в Европе и не представляло прямой угрозы безопасности стран ЕС. Санкции введены не по факту покушения на жизнь российского политика, а вообще за применение химического оружия, запрещенного международными конвенциями.

Инициаторами выступили правительства Германии и Франции, которые подготовили санкционный список и приложили к нему доклад на 500 страниц с доказательствами причастности этих лиц к применению химоружия. Доклад представили Совету министров иностранных дел, собравшемуся 12 октября в Люксембурге, и политическое решение было принято без долгих обсуждений единогласно. Ни один из министров не был против, подчеркнул на пресс-конференции глава дипломатии ЕС испанский социалист Жозеп Боррель. Опять напомним, что на согласование санкций по Скрипалям Евросоюзу потребовался почти год.

Министры иностранных дел Германии и Франции аргументировали свое предложение тем, что применение химоружия произошло на территории России, расследовать его могут и должны только российские правоохранительные органы. Однако авторы предложения не увидели, чтобы российское правительство публично анализировало обстоятельства дела по существу, Россия мало что предприняла для их прояснения, более того (что их особенно обидело), выдвигала абсурдные теории вплоть до утверждений, будто Навальный отравил себя сам. Это усиливает впечатление отсутствия настоящей заинтересованности Москвы в прояснении обстоятельств.

Реакцию ЕС на инцидент с Навальным нельзя рассматривать как изолированный случай. За четверть века журналистской работы в Брюсселе я наблюдал разное отношение к России. Не только в политической среде, но и в обыденном сознании. Разница — во взглядах на свободу и порядок, на отношения государства и человека, на роль территории и языка, на суверенитет и открытость миру.

В последние лет пятнадцать постепенно накапливалось взаимное раздражение. Особенно после 2014 года. Общую атмосферу можно определить одним словом: «достало».

Глава российского МИД Сергей Лавров по поводу «дела Навального» и Беларуси даже допустил, что Россия должна «просто на какое-то время перестать с ними (*западными лидерами. —*Ред.) общаться», поскольку они аррогантно посматривают на Россию. Особенно его задели высказывания главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен. Наверное, имелось в виду ее сентябрьское выступление в Европарламенте с докладом о состоянии союза. Россия там была упомянута несколькими предложениями в ряду с Китаем и Турцией, с которыми у Европы тоже трудности с взаимопониманием.

Китай у нее — стратегический партнер, но одновременно «экономический конкурент и системный соперник». Он просто «другой». Он и ЕС «продвигают совершенно разные системы управления и общества». Обращаясь к «тем, кто выступает за более тесные связи с Россией», она сказала, что отравление Навального не случайность. «Мы видели примеры в Грузии и Украине, Сирии и Солсбери, а также во вмешательстве в выборы по всему миру, — утверждала глава Еврокомиссии. — Этот шаблон не меняется, и никакой трубопровод этого не изменит».

О каком стратегическом партнерстве может идти речь, если цель отношений свелась к железной трубе?

Но символический характер санкций «за Навального» показывает, что европейцы снизили первоначальный градус эмоций и намерены все-таки взаимодействовать с Россией там, где это взаимодействие может дать результаты.

Тот же Боррель сразу после заседания Совета ЕС позвонил Лаврову. Начал с благодарности за его усилия в переговорах по соглашению о прекращении огня от 10 октября между Арменией и Азербайджаном. Потом посетовал, что Лукашенко не откликнулся на предложение ОБСЕ об инклюзивном диалоге в Беларуси. Наконец, сообщил о санкциях по Навальному, отметив, что российское правительство должно провести тщательное расследование в условиях полной прозрачности. Напомнил о необходимости выполнения Минских соглашений как ключевого момента улучшения отношений ЕС с Россией. Пожелав поддерживать открытые каналы связи и расширять сотрудничество там, где можно, Боррель заявил, что при этом ЕС будет и дальше защищать свои интересы и ценности.

Лавров в ответ отметил нагнетание антироссийских настроений в ЕС и «создание под надуманными предлогами новых раздражителей» в отношениях с Россией, посоветовав «отказаться от попыток вести дела с позиций собственного превосходства».