Тот свет в окошке

Население России: количество убывающих прибывает

Всякому приходилось слышать, как кто-то кому-то соболезнует в связи с преждевременной смертью родственника или товарища. Ну или в связи с безвременной. Но вряд ли хоть раз употреблялись слова «в связи со своевременной кончиной». Даже если 100-летнего человека хоронят, никто не скажет, что умер он аккурат в срок: не поторопился и не припозднился.

Но наряду с тем, что никакая смерть не может быть названа своевременной, актуальной и животрепещущей, существует такое понятие, как естественная убыль населения. И вот в СМИ появились сведения о том, что в правительстве России разработан прогноз по численности нашего все еще копошащегося населения и в нем отмечена роль естественной убыли. С одной стороны, дается печальный расчет: через пять лет число жителей страны может сократиться на 1 200 000 человек. С другой стороны, приводится утешение: эта убыль во многом будет естественной. То есть выпьем с горя, но не по стакану, а лишь по рюмочке.

Естественной убыль населения считается, когда смертность превышает рождаемость. А отчего же она превышает? Рожают наши женщины маловато, это да. Всё по одному малышу в колясках катят, а чтобы двойню или тройню — так не дождешься. Тут какие усилия ни прилагай, ничего не добьешься. И остается лишь сосредоточиться на смертности: кто и по какой причине обеспечивает стране убыль.

Вообще-то слово «убыл» — это из языка военных. У них убыл — в увольнение или на берег — означает, что, может, вернется. На гражданке же убыл так убыл.

Только убывших с коронавирусом в стране, по данным Росстата, превысило 45 тысяч человек (чтобы осознать это число, представьте большой футбольный стадион, заполненный до отказа, и еще 22 человека на поле).

И что примечательно, кто-то может умереть из-за неестественных обстоятельств, но при этом он упрочит собой графу естественной убыли.

Или у нас уже считается естественным то обстоятельство, что невозможно попасть к врачу или вызвать скорую помощь? Никого больше не удивляет, что скорая может приехать через пять-шесть часов. Появились даже сообщения, что в регионах медики настолько загружены, что приезжают к больному по вызову лишь спустя сутки, а то и двое. Если так, то еще немного, и станут приезжать на девятый день — как раз к столу.

А давно ли вы пробовали дозвониться до своей поликлиники? Житель Перми по имени Сергей звонил целый день. Он рассказал агентству Ura.ru, что ему надо было узнать результат анализа на коронавирус. Поставил телефон на автодозвон и за семь часов сделал 771 попытку услышать голос человека в белом халате. Один раз все же дозвонился. Кто-то подышал в трубку и отключился. Что тут скажешь? Пожалуй, легче дозвониться на «Прямую линию» с президентом. И дышать в трубку там, наверное, не станут. Известно же, что линия эта, наоборот, задумана для того, чтобы узнать, чем и как дышит страна.

Страна, кстати, дышит как попало. Люди вроде бы встревожены пандемией, но если вам навстречу и идет кто-то в маске, то маска у него чаще всего сползла на шею или даже на коленку. Дополнительная убыль от такого разгильдяйства тоже будет считаться естественной. Беспечность наших граждан не побороть ни строгостью, ни уговорами, ни юмором. Да, юмором тоже попробовали. В Екатеринбурге волонтеры-медики провели находчивую акцию — надели маски на несколько городских статуй. Смешно и поучительно: стоит Ленин в маске, и, окажись тут Зюганов, вождь не допустил бы к себе соратника ближе, чем на полтора метра. Не догадались только в вытянутую руку Ильича вложить мыло.

Плотность населения России в расчете на квадратный километр потихоньку уменьшается. За 8 месяцев этого года в стране умерло на 71 748 человек больше, чем за тот же период прошлого. Таковы быль и убыль. Статистика могла бы быть еще хуже, но удалось спасти Навального. А то и этот случай на наших телеканалах охотно сочли бы естественной убылью.

Прирост населения у нас предполагается только в 2030 году, то есть к шестому сроку Владимира Путина.

Причем прирост этот ожидается в основном за счет миграции. То есть за счет приезда к нам тех, кто потянется к демократии и не захочет жить у себя при седьмом сроке Эмомали Рахмона или восьмом Александра Лукашенко.

Но что сейчас так далеко заглядывать? Есть у нас что-то вроде национальной идеи: «Доживем до понедельника». И никто не спрашивает, собираемся ли мы дожить до вторника.