Еще одно опасное слово на «ре-» . В сердце старой Москвы собираются проводить «регенерацию», то есть убить последнюю сохранившуюся историческую среду
На фоне общей растерянности, вызванной новой активностью коронавируса, некоторые процессы, как ни странно, ускорились. Речь о строительстве, не замирающем в столице ни на день. Девелоперы, пользуясь всеобщей апатией, продолжают все быстрее строить и сносить, уничтожая последние фрагменты исторической среды. Среда сопротивляется, но сдает позиции. Посмотрим на поле битвы, посчитаем свежие утраты и выясним, что еще можно спасти.
19 октября Москва простилась с доходным домом во 2-м Неопалимовском переулке (д. 3), построенным в 1914–1915 годах для капитана в отставке А.М. Черникова. Здание, за сохранение которого последние пять лет боролись депутаты муниципального собрания района Хамовники – при участии журналистов, которых за это преследовали, деятелей искусства и экспертов Минкульта, – разрушено до фасадной стены. В пустые окна видно небо, как на знаменитой фотографии Томаса Манна, сделанной в Любеке после войны: писатель с женой, приехав из Америки, стоят на фоне отчего дома – дома Будденброкков, от которого после бомбежки осталась единственная стена.
Только дом Маннов погиб в войну, а дом Черникова уничтожен в мирное время, при попустительстве (или пособничестве?) структур, подчиненных мэру Москвы.
Это не уникальный случай, а характерная практика. Как сносили палаты, усадьбы и доходные дома, так и продолжают сносить, стараясь извлечь прибыль из каждого квадратного метра исторической застройки и дворов вокруг. Это, увы, сюжет с продолжением, поэтому с самого старого и начнем.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]