«Будем ждать, пока они не образумятся»: будет ли новая «перезагрузка» в случае победы Байдена

Если чуда не произойдет и за оставшиеся до выборов 10 дней Дональд Трамп не вырвется вперед, России в 2021 году придется выстраивать отношения с новым президентом США Джо Байденом. Когда-то кандидаты от Демпартии считались более удобными для России, а Байден в 2009 году был одним из авторов российско-американской «перезагрузки». Сейчас эта эпоха в прошлом. Для спецпроекта «Кого выберет Америка» мы поговорили с американскими и российскими экспертами о том, есть ли у России и США шансы хотя бы о чем-то договориться, если президентом станет Байден.

40 лет переговоров в Москве

Ни у одного американского президента или кандидата на эту должность не было такого богатого опыта взаимоотношений с Москвой, как у Байдена. 40 лет назад он возглавлял десант конгрессменов, приехавших в Москву на переговоры с министром иностранных дел СССР Андреем Громыко. Решалась судьба договора об ограничении стратегических вооружений ОСВ-2. Джимми Картер и Леонид Брежнев подписали его в июне, но Сенат не спешил с утверждением — и Байден сначала торговался с СССР о выгодных для США поправках, а потом пробивал в Сенате ратификацию соглашения.

Почти 30 лет спустя, став вице-президентом в администрации Барака Обамы, Байден выступал за развитие экономических связей с Россией – точно так же, как в 1970-е поддерживал разрядку с СССР. В первый срок Барака Обамы Байден был сторонником развития хороших отношений с Россией: хотя большую кнопку с надписью Peregruzka привозила главе российского МИД Сергею Лаврову Хиллари Клинтон, первую речь о перезагрузке между Россией и США произнес в 2009 году именно Байден.

Но уже через два года, когда перезагрузка еще казалась вполне реальной, вице-президент приезжал в Москву, где встречался с Дмитрием Медведевым и премьером Владимиром Путиным, а от последнего приехал прямо на встречу с несистемными оппозиционерами — и там сказал, что «на месте Путина на президентские выборы не пошел бы». Эту, казалось бы, невинную фразу Байдену в Кремле не могут простить до сих пор — как сказал Bloomberg кремлевский источник, такие оскорбления быстро не забываются.

В 2014 году, после присоединения Крыма и начала войны на востоке Украины, о «перезагрузке» уже никто не думал. Байден, которому Барак Обама всегда поручал ключевые внешнеполитические направления, стал постоянно ездить в Киев, встречался с обеспокоенными российской экспансией главами соседних стран, подчеркивал готовность Штатов прийти на помощь в случае возникновения угрозы безопасности и призывал к ужесточению санкций против России.

Владимир Путин прокомментировал возможность победы Байдена на выборах лишь однажды — 7 октября, на следующий день после первых дебатов в США, и был осторожен. С одной стороны, он, по выражению государственного ТАСС, «высоко оценил» и назвал «очень серьезным элементом нашего возможного взаимодействия в будущем» слова Байдена о том, что он готов к продлению ядерного договора СНВ-3. С другой — в том же выступлении сказал, что в предвыборных выступлениях Байдена «видна острая антироссийская риторика», хотя к этому в Кремле «уже привыкли».

Пойдет ли Байден на сближение

Новой «перезагрузки» в случае победы Байдена не будет, солидарны опрошенные The Bell американские политологи и экс-чиновники, которые так или иначе занимались российской повесткой. Такой же прогноз и у гендиректора Российского совета по международным делам (РСМД, в числе учредителей — МИД России) Андрея Кортунова. «Кто бы ни победил на выборах, антироссийский консенсус в США очень устойчив. Есть споры по Китаю, Европе, Ближнему Востоку. Но по части России разногласий нет», — говорит он.

Никаких дифирамбов Путину, как это бывало с Трампом, Байден петь не будет, считает Кортунов. Его политика по отношению к России будет жесткой, но по крайней мере предсказуемой, соглашается эксперт Atlantic Council Андерс Ослунд, участвовавший в разработке «Кремлевского списка» минфина США, который должен был стать основой для санкций против россиян. Лейтмотивом этой политики и он, и другие американские эксперты называют борьбу с нарушением прав человека. Это традиционная проблематика Демократической партии, которую, по словам бывшего посла США в России Майкла Макфола, «Трамп напрочь забросил».

На практике это может выражаться в новых санкциях — в первую очередь за отравление Алексея Навального, которое Трамп даже официально не осудил. «Став президентом, я сделаю то, что отказывается делать Дональд Трамп: совместно с союзниками и партнерами заставлю путинский режим ответить за его преступления», — заявлял Байден в релизе об отравлении Навального. Россию он называл «не врагом, но противником». Возможные варианты санкций за отравление Навального The Bell в деталях разобрал здесь.

Ослунд из Atlantic Council ждет, что администрация Байдена также будет расширять список Магнитского и настаивать на сохранении жестких санкций против «Северного потока-2» (на днях Госдеп как раз расширил список компаний, которые под них попадают).

Солидарны опрошенные The Bell эксперты и в том, что Байден будет гораздо активнее Трампа поддерживать экспансию НАТО в Восточной Европе, демократизацию в Белоруссии и особенно в исторически близкой ему Украине. О том, что противодействовать попыткам России оторвать Восточную Европу от ЕС надо совместными действиями союзников по линии НАТО, Байден еще три года назад писал в колонке для Foreign Affairs.

Как сообщал Bloomberg со ссылкой на кремлевские источники, ничего хорошего от Байдена не ждут и российские чиновники. В Кремле его победу считают настолько плохим сценарием для России, что подумывают из-за нее провести парламентские выборы раньше срока — чтобы США не успели ввести новые санкции, говорили Bloomberg чиновники в конце сентября.

Но надо помнить, что в целом Россия — не приоритет ни для нынешней, ни для будущей администрации США, убежден директор Института Кеннана в Международном научном центре имени Вудро Вильсона, один из ведущих специалистов по России в США Мэтью Рожански. Сейчас на повестке дня — ситуация с коронавирусом в США и спасение своей экономики, во внешней политике в фокусе Китай. Переоценка отношений с Россией может произойти, но это не вопрос ближайшего года, добавляет Рожански.

На чем Россия и США могут сойтись

«Три последних президента США пытались наладить отношения с Россией — и все на этом погорели», — замечает сотрудник Atlantic Council, работавший в санкционном подразделении минфина США (OFAC) Брайан О’Тул. Поэтому администрации Байдена, когда она займется Россией, придется искать хрупкий баланс между тем, чтобы минимизировать вред от действий Путина и найти способ заставить Москву играть по правилам в немногих узких областях, где кооперация возможна, считает он.

Самая перспективная из этих областей — переговоры о продлении договора СНВ-3 (ограничивает число развернутых ядерных боеголовок России и США), солидарны опрошенные The Bell эксперты. Этот документ — преемник советско-американских договоров ОСВ, которые заключались при участии Байдена. Нынешний СНВ-3 был подписан в 2010 году — и все тот же Байден в качестве вице-президента, который возглавляет заседания Сената США, возглавлял работу над его ратификацией.

С нынешней администрацией переговоры по СНВ-3 не заладились. И США, и Россия взаимно обвиняют друг друга в их срыве. Стороны вошли в клинч по поводу включения в периметр договора не только развернутых зарядов, но и ядерных арсеналов: этого хотели США, Россия не соглашалась. Через несколько дней Россия нехотя согласилась заморозить ядерные боезаряды, но только если других условий США выдвигать не будут. Теперь мяч на американской стороне. Договор истекает 21 февраля 2021 года — через месяц после инаугурации президента США, кто бы им ни стал.

Еще одна потенциальная точка сближения — возвращение США в план по иранской ядерной программе, считают бывший посол Макфол и Андрей Кортунов из РСМД. Иранская сделка, заключенная в 2015 году при участии Барака Обамы, предполагала отмену западных санкций против Ирана в обмен на ограничение ядерной программы страны на 10 лет. Главным условием был вывоз из Ирана 97% уже произведенного обогащенного урана и отказ страны от его дальнейшего производства. В 2018 году Трамп решил выйти из соглашения: он был уверен, что Тегеран втайне продолжает разработки, пользуясь отсутствием санкций и возможностью привлекать капитал. Россия — один из гарантов иранской сделки наряду с Китаем, Великобританией, Францией и Германией. На призывы Трампа последовать американскому примеру и выйти из сделки Москва реагирует без энтузиазма.

Наконец, точки соприкосновения можно найти в обсуждении Парижского соглашения об изменении климата (предусматривает ограничение выбросов углекислого газа в атмосферу), допускает Макфол. Из него Трамп тоже вывел США в 2017 году, а Россия через год, напротив, ратифицировала соглашение, пусть и со скрипом. Это тоже важная тема для Байдена: с начала 1970-х одной из главных его тем в Сенате была экология, а в 1986 году он стал автором первого большого законопроекта, связанного с проблемой глобального изменения климата, — Global Climate Protection Act. Проект не прошел, но сейчас Байден часто напоминает о своей роли одного из пионеров борьбы с последствиями климатических изменений.

Кто будет давать Байдену советы по России

Главное отличие Джо Байдена от Дональда Трампа в вопросе российско-американских отношений в том, что первый — профессиональный политик, а значит, будет делегировать гораздо больше задач советникам, говорит Кортунов из РСМД. Многие решения будут зависеть от того, кто в его команде будет отвечать за Россию.

Главный советник Байдена по международной политике — Энтони Блинкен. Он же — один из главных кандидатов на должность помощника по национальной безопасности или госсекретаря в случае победы Байдена. Блинкен будет иметь огромное влияние на политику США по отношению к России, даже если это не станет его прямой обязанностью, говорит бывший сотрудник OFAC О'Тул. При Обаме Блинкен был сначала заместителем помощника по нацбезопасности, а в 2015–2017 годах — заместителем госсекретаря. Начинал свою карьеру в Госдепе он еще при Билле Клинтоне.

О России Блинкен высказывается в том же русле, что и Байден, — но еще более агрессивно. «Президент Байден будет противостоять агрессии Путина, а не поддерживать его. Не разрушать НАТО, а усиливать его возможности в киберпространстве, в области AI, в космосе и под водой. Оказывать действительно серьезную помощь Украине, Грузии и Западным Балканам». Впрочем, за агрессивной риторикой угадывается прагматический настрой: Блинкен обещает «дать четко понять Путину» не только что он теряет из-за своей политики, но и что может получить «через торговлю, инвестиции, сев за стол переговоров».

Ослунд из Atlantic Council называет еще двух людей, которые могут сильно повлиять на отношения с Россией при Байдене. Первый — Джейк Салливан (бывший советник Хиллари Клинтон, сотрудник совета нацбезопасности при Обаме и профессор Йеля), который наряду с Блинкеном может стать советником по нацбезопасности. Второй — Майкл Карпентер, сотрудник Atlantic Council, бывший заместитель помощника министра обороны США.

Как Москва будет строить отношения с Байденом

Но, даже если у Байдена было бы намерение устроить новую «перезагрузку», одного этого было бы недостаточно — «Для танго нужны двое», замечает бывший посол Майкл Макфол. Российская сторона делать первый шаг не будет готова, уверен Кортунов из РСМД. «У нас есть общая установка: мы сделали что могли, все предложения высказали, будем ждать, пока они не образумятся. Мы всегда готовы к диалогу, но это ваши проблемы. Вы ввели санкции, вы и снимайте», — предполагает он.

«В 2009 году Медведев считал, что кооперация с США — в его интересах. В 2021 году Путин не выказывает никакого желания сотрудничать с Байденом, да и с любым другим демократическим лидером, если на то пошло», — уверен Макфол. «Перезагрузка могла бы запуститься, если бы мы сделали какой-то заметный шаг — отменили закон Димы Яковлева или закрыли фабрику троллей», — добавляет Кортунов из РСМД и признает, что реалистичной такая перспектива не выглядит.

Для США самый болезненный вопрос в отношениях с Россией — кибератаки. Для России — «цветные революции» по западной указке, считает Рожански из Института Кеннана. При этом обе стороны абсолютно не верят друг другу. Для США слова о том, что Россия не вмешивается в их внутренние дела, — пустой звук, а для России — заверения, что Америка не курирует «революции». «И это тупик», — заключает Рожански.