Письменная речь для устного произнесения

Леонид Парфенов — памяти Михаила Жванецкого

6 ноября умер писатель-сатирик Михаил Жванецкий, ему было 86 лет. Он выступал на сцене с монологами и миниатюрами с 1960-х годов, но в 2020-м завершил концертную деятельность — его представитель Олег Сташкевич говорил, что Жванецкий «чувствует себя пожилым человеком». По просьбе «Медузы» сатирика вспоминает Леонид Парфенов: журналист много лет общался с писателем, а в 1998 году выпустил 16-серийный документальный проект «Весь Жванецкий».

Из современных ему «сатиры и юмора» Жванецкий единственный был литературой. Эта школа на нем закончилась, ровно сто лет прожив — от первых «Одесских рассказов» Бабеля. Бабелевский сказ, одесский сдвиг русского языка Жванецкий усилил интонацией авторского чтения. Тут он оказался вполне конкурентом даже лучшим исполнителям себя — Райкину и Карцеву с Ильченко. Кстати, эта «письменная речь для устного произнесения» — важнейший урок вообще для любого работающего в кадре: как подать фразу.

Массовое признание Жванецкого не было мгновенным — лет через десять после начала сольной карьеры, конец 1970-х. По технологии Высоцкого — записи и перезаписи на магнитофонах. При таком качестве текстов амортизировались они медленно, люди переслушивали по много раз и повторяли потом как афоризм не только репризу, но и манеру: «А некоторые и в шестернях подолгу вращались, не по долгу службы — подолгу времени!»

Кафкианство позднего брежневского застоя Жванецкий передал доходчивее всех — и тогда его разом полюбили и физики, и лирики. Конечно, это не поощрялось, но даже с густой иронией власть не боролась, только с прямым протестом. Сейчас тоже так.

В 1979-м я был среди устроителей «левого» концерта Жванецкого в Ленинградском университете, а в 1998-м сделал с ним 16 серий проекта «Весь Жванецкий». И можно списать свое отношение на «мерки того времени». Но есть абсолютные величины: монолог про больших раков по пять рублей и маленьких по три — высшее применение тавтологии в отечественной словесности.

Леонид Парфенов