"Мне интересны "белые вороны". Режиссер якутского фильма "Пугало" о своей любви к изгоям и аутсайдерам

Фильм якутского режиссера Дмитрия Давыдова "Пугало" в этом году взял Гран-при 31-го кинофестиваля "Кинотавр". Жюри фестиваля покорила мистическая история знахарки из небольшой деревни, странной и сильно пьющей женщины, которая единственная способна решать проблемы своих односельчан. Днём жители деревни её избегают, а ночью приходят к ней за советом и помощью. Потому что больше им не к кому обратиться.

Это четвертая работа в кино учителя начальных классов из небольшого села Амга Республики Саха (Якутия). В 2016 году Давыдов снял свой первый полнометражный фильм "Костер на ветру" – драму об убийстве, самоубийстве и кровной мести, затем картину "Нет бога кроме меня", короткометражку "Река" и, наконец, "Пугало" со знаменитой в Якутии певицей Чыскыырай, сыгравшей главную роль. Все фильмы сняты на якутском языке и в прокате идут с русскими субтитрами.

В интервью сайту Сибирь.Реалии Дмитрий Давыдов рассказал о том, как ему удается одновременно быть школьным учителем и кинорежиссером, чем объясняется расцвет национального кино в Якутии и почему он не хочет снимать фильм о шамане Габышеве.

Фильм за 10 дней

– Дмитрий, почему главными героями ваших фильмов становятся изгои и аутсайдеры?

– Мне в принципе интересна тема человека не такого, как другие, – "белой вороны". В обществе всегда есть люди, которых все отвергают. Кто они, почему так происходит? Примерно 8 лет назад у меня родилась идея рассказать историю знахарки, которая живет сама по себе, у которой есть своя трагедия. Я стал прорабатывать эту историю, но кино я тогда еще не снимал. И вот эти два момента совместились, и в 2018 году был написан сценарий "Пугало".

– Как вообще вы начали снимать кино, ведь вы работали директором школы?

– Сейчас я уже не директор, а учитель начальных классов. Где-то в 2012 году в Якутии случился кинобум. Все взяли в руки камеры и начали снимать кино. Снимали по 30 фильмов в год. И зритель на них пошел, залы были полные. Потом стали приезжать ребята с образованием, которые окончили ВГИК. Уровень якутского кино сразу поднялся, картины стали делать качественно. В школе мы с ребятами создали подростковый клуб. Снимали небольшие любительские ролики, видеосюжеты про школу. Затем у меня появилось желание делать это более профессионально. Захотелось уже не детского, а взрослого кино. Я собрал съемочную группу из односельчан, и мы сняли первый фильм "Костер на ветру.

Скоро придется выбирать: школа или кинематограф

Последние два года в республике произошел спад кинопроизводства, так как все снимали на свои деньги. В прошлом году сняли, по-моему, всего около шести фильмов. Но в этом году опять подъем. Уже готово 28 фильмов, которые могут выйти в прокат. Единственное, ситуация с прокатом пока непонятная из-за пандемии. Но снимают много.

– Как удается совмещать съемки фильмов и работу в школе?

– Трачу на съемки весь летний отпуск, он у учителя большой. Затем есть осенние, весенние каникулы. Если съемки среди года, пишу заявление на отпуск на 15 дней и снимаю за это время. Как правило, его достаточно. Много времени отнимают поездки на фестивали. В этом году пандемия, и с весны мы практически не учимся очно, а дальше буду думать. Становится понятно, что скоро придется выбирать: школа или кинематограф. Страх есть, я не знаю, получится ли зарабатывать с помощью кино. В школе держит стабильная зарплата, а кино – это всегда риск.

– А как относятся ваши коллеги-учителя, руководство школы, дети к тому, что вы снимаете кино?

– Нормально. Все рады, болеют за нас. Но работа есть работа, и в школе я учитель. Семья тоже хорошо относится к моим занятиям кино. Главное, что я в школе работаю, зарплату получаю.

– Фильм за 15 дней? Это очень мало. Как удается уложиться в такой короткий срок?

– "Пугало" мы сняли дней за 10 дней. Мой средний график – 12–14 дней. Да, работать приходится быстро, ритм напряженный. Поэтому порой мы можем в 3 часа ночи закончить, а в 8 утра начать вновь. Но спасает то, что съемочная группа у меня маленькая – 10 человек. Можем быстро куда-то переместиться, поменять локацию.

– В ваших фильмах играют актеры-любители. Как вы объясняете им творческую задачу?

– У меня уже есть своя актерская база. В ней около 40 человек. Они же играли у меня в ранних фильмах. Но и новых тоже ищем, даем объявления, люди сами пишут, присылают видеовизитки. В основном, да, все мои актеры непрофессионалы. Объяснять им задачу уже несложно, так как из фильма в фильм снимаются одни и те же люди. Они представляют, что я от них хочу, знают, как работать на площадке. А первое время было, конечно, сложно. Дело в том, что у непрофессионального актера нет базы. Приходится порой подстраиваться под него, иногда даже роль немножко поменять, чтобы ему было легче сыграть. Я всегда стараюсь подобрать актеров, которые будут максимально близко подходить к своему образу. И играть им порой приходится самих себя. Проще говоря, я стараюсь работать с актерами "никак". В большей степени взаимодействую с их фактурой, а не с мастерством.

Если с непрофессионалом начать репетировать, какие-то задачи ему ставить актерские, он сразу застопорится, замкнется в себе. Поэтому я уже в момент кастинга стараюсь отбирать тех, кто лучше всего подходит под роль, говорит так же, как мои герои, ходят так же, привычки у них такие же. Я даже говорю, чтобы не играли, а просто жили, как в жизни себя вели. Порой и характеры персонажей приходится менять, но для меня лучше поменять характер персонажа, чем актера.

– Вы не только режиссер и автор сценария, но также и продюсер своих фильмов. То есть вам приходится самому организовывать все съемочные процессы. Легко ли вам это даётся?

– Съемки "Пугала" проходили в другом поселке. Мы каждое утро просыпались, ехали за 40 километров, снимали там, вечером возвращались обратно. У нас было два УАЗа. И вот однажды в одном из них закончился бензин. Вечер, поселок маленький, заправка только одна, заправщик ушел домой. Мы нашли его телефон, позвонили. Он ответил: "Все, я уже сплю, никуда не поеду". Тогда один из наших актеров, который в фильме как раз играет участкового, позвонил ему, представился членом правительства республики и попросил заправить съемочную группу. После этого он заправку для нас открыл и нас заправил!

Еще у нас периодически бывают проблемы с массовкой. Мы снимали в период, когда очень много мужчин уходили в лес готовить дрова, забивать скот, в общем, у них своя, деревенская работа. Бывало, договариваемся, а людей нет. Приходилось выкручиваться, привозить массовку из других поселков.

–​ Главную героиню "Пугала" сыграла Валентина Романова-Чыскыырай, заслуженная артистка республики. Она сразу согласилась на эту роль?

–​ Я долго искал, кто бы мог сыграть знахарку. Мне предложили обратиться к Валентине, я в тот же день ей позвонил, и она сразу согласилась, даже не читая сценарий. Потом прочла его и убедилась, что хотела бы сыграть эту роль. Это ее первая работа в художественном кино.

"От государственных денег я бы не отказался"

– Вы не раз говорили в интервью, что снимаете кино без финансовой поддержки государства. Это принципиальная позиция, стремление избежать цензуры и сохранить независимость?

– До сих пор я снимал на свои деньги. Брал в долг у знакомых, что-то продавал, подрабатывал, иногда на трех работах. Фильм "Пугало" снят частично на грант фонда развития кино и анимации "Синет Сахавуд", который появился у нас в прошлом году. Гранты они выдают небольшие, в пределах 1 миллиона рублей. Бюджет фильма "Пугало" – полтора миллиона рублей. Основа – грант, остальное – мои собственные деньги. От государственных денег я бы не отказался, если бы они у меня были. Но пока нам только обещают. Мы говорили об этом с главой Республики Саха. Возможно, в конце года мы получим поддержку от нашего Министерства культуры. Но до сих пор никакой поддержки не было.

– Как удается укладываться в такой маленький бюджет?

– Сложно. Оборудование у нас не очень хорошее, поэтому и звук не такой, как хотелось бы, по сравнению с большими московскими проектами, и смотрится все проще и локальнее.

– И тем не менее, вы выигрываете престижный кинофестиваль.

– Много денег – это хорошее оборудование, а значит, хорошая картинка, качественный звук. Уровень фильма от этого растет, видно, что он сделан профессионально. Я изначально понимаю, что у меня ограниченный бюджет, поэтому пишу локальные, камерные истории. Если бы я знал, что у меня будет хороший бюджет, я бы эти истории делал шире, масштабнее, массовка бы была больше. Сейчас я просто ограничиваю себя и в количестве актеров, и в количестве локаций.

– Порой сама жизнь предлагает сюжеты более странные, чем любое кино. Скажем, история шамана Александра Габышева, который шел в Москву изгонять Путина и которого остановили силовики. Это ведь похоже на фильм в жанре артхаус. Вы не думали что-то снять о Габышеве?

– Не в обиду, конечно, ему, но, по-моему, он связался не с теми людьми. Если бы он один шел, внимания на него силовики бы не обратили. А так стали находиться люди, которые пытались извлечь из этого его похода свою выгоду. А вообще история интересная. У человека была миссия: он сидел у себя в деревне и вдруг решил пойти в Москву. Хотя он, конечно, не шаман, он просто объявил себя шаманом...

– Но фильм о Габышеве вы снимать бы не стали?

– Нет.

"Мы живем в своем мире, и он нам нравится"

– Ваши односельчане, жители Амги, уже посмотрели "Пугало"?

У меня смешанная кровь, я только наполовину якут. Разговариваю на русском, внешность тоже, как у нас говорят, "славянская"

– Нет, они "Пугало" ещё не видели, пока что у фильма фестивальный период. Прокат начнется в начале следующего года. Но они все очень ждут, актеры постоянно спрашивают, интерес к фильму большой.

– Во время показов в Москве был аншлаг, желающих посмотреть ваш фильм оказалось больше, чем мест в кинозале. Вам было легко психологически пережить этот успех в столице?

– У нас было два показа в Москве, фильм понравился, его высоко оценили. И это радует. Боюсь, что якутский зритель оценит по-другому. Тема, которая там раскрыта, довольно щепетильная для нас – знахарство, шаманство. Где-то не в самом хорошем свете мы показываем наш быт. Думаю, что реакция на это тоже может быть не самой лучшей.

– Фильм "Пугало" называют страшным, некоторые даже говорят, что это социальный хоррор. Как бы вы сами определили жанр и настроение своей картины?

– Как такового страха там быть не должно. Это обычная драма с элементами небольшой мистики. Страшно может быть то, как показан сам быт, повседневная жизнь, сложная судьба человека.

– Но вы ничего не преувеличиваете?

– Нет, конечно! Мы снимали реальную жизнь, в реальной деревне, на реальных улицах, в реальных домах. Жизнь как она есть.

– Сценарий вашего следующего фильма уже написан? О чем он будет?

– Да, сценарий готов. Это будет фильм о 40-летнем мужчине, который возвращается обратно в деревню, пожив в городе. Там будут московские продюсеры, у нас уже определены сроки съемки. Снимать будем в следующем году весной в Якутске. Сейчас мы собираем съемочную группу, готовимся. С актерами для этого именно фильма проблема, в Якутии их нет, наверное, будем искать в Москве.

– Это правда, что в Якутии больше всего любят собственное, национальное кино?

– В прокате хорошо идут и наши, и иностранные, и русские фильмы. Но интерес к своему, конечно, больше. Все понимают, если не будет поддержки зрителя – якутское кино пропадет. Поэтому зритель говорит: "Снимайте, мы ждем! Мы придем".

– В отличие от своих актеров, вы сами внешне не похожи на якута.

– У меня смешанная кровь, я только наполовину якут. Разговариваю на русском, внешность тоже, как у нас говорят, "славянская". Но образ жизни и мышления близок якутскому, на якутском языке я тоже говорю. Поэтому работать со своими актерами мне очень удобно.

– Тогда что такое для вас Якутия? Насколько важны для вас эти корни?

– Якутия – это далекая страна, и здесь холодно. То, что она находится далеко, с одной стороны, – плохо, а с другой – хорошо. Мы живем в своем мире, и он нам нравится.