Вещные ценности

С 12 по 19 ноября в Петербурге пройдет ЛГБТ-фестиваль «Бок о бок», часть программы которого в этом году можно будет посмотреть онлайн на специальной платформе. Все дискуссии и встречи с гостями тоже будут транслироваться в интернете. В программе — фильм о стрит-арт-художнике Ките Харинге, док о жизни лесбиянок в ГДР, спродюсированное Netflix «Разоблачение» о репрезентации трансгендерных людей в американском кино и на телевидении, фестивальные хиты из Дании, Германии и Аргентины. Рассказываем о двух лучших игровых картинах фестиваля — драме «Ты и я» с Барбарой Зуковой и призере Берлинале «Без обид».

«Ты и я»

Нина и Мадлен — немолодые соседки, живущие в маленьком французском городке. Их квартиры расположены на одном этаже друг напротив друга, и почти все время героини проводят вместе. Связывает их не только дружба: Нина и Мадлен — партнерши, любовницы, их роман длится много лет. Окружающие об этом не догадываются. Взрослые дети Мадлен уверены, что мать всю жизнь была верна их отцу. Героини мечтают продать раздельное жилье и переехать в Рим — город, с которым у них связаны особые воспоминания. Но для этого Мадлен нужно обо всем рассказать сыну и дочери. Решиться на такой шаг она не может.

Когда очередная попытка признания с треском проваливается, Нина выходит из себя, и результатом ссоры двух женщин становится их разлука. О том, что именно ее вызывает, легко догадаться по трейлеру, но если у вас есть такая возможность, запаситесь терпением и не смотрите его: поверьте, так будет гораздо интереснее.

Эта картина — стопроцентный зрительский фаворит, организаторы «Бок о бок» не зря поставили ее на открытие фестиваля. Осевший во Франции итальянский режиссер Филиппо Менегетти, для которого фильм стал дебютом в большом кино, в интервью (его можно прочесть тут) рассказывает, что в детстве был свидетелем похожей истории, но тут же оговаривается: в реальности ситуация была жестче и страшнее. Из очевидных кинематографических аллюзий тут, конечно, стоит упомянуть «Любовь» Михаэля Ханеке — лента Менегетти вполне могла бы позаимствовать то же название. Но если убеленного сединами хладнокровного австрийца интересовал уход из жизни, то 40-летнего итальянца волнует то, как в ней задержаться.

Тема исследования у него тоже другая. Он изучает двойную невидимость своих героинь. Первая связана с их возрастом. Женщины старше 60 лет, как правило, существуют на экране только в образах чьих-то жен, бабушек или как раз соседок. Они лишены субъектности, у них нет никакой собственной жизни в отрыве от семьи или социума. Вторая касается (гомо)сексуальности. Это молодежь может позволить себе быть открытой, а люди более зрелого возраста часто продолжают жить в плену старых норм, предписывающих им быть «серьезными» и «степенными» (что бы это ни значило). В «Ты и я» одна из первых сцен — эротическая: героини демонстрируют, что страсть из их отношений никуда не ушла.

На главные роли Менегетти взял двух великих актрис. Мадлен играет гранд-дама «Комеди Франсез» Мартин Шевалье, Нину — потрясающая Барбара Зукова. В середине фильма Нина выходит на первый план, поэтому картину можно считать бенефисом немецкой актрисы, которой в последние годы в кино доставались лишь эффектные эпизоды. Это невероятный перформанс — особенно учитывая общую скупость сценария. Вместо длинных диалогов тут работают крупные планы, высвечивающие каждую морщинку: кажется, на экране никто уже давно так зачарованно не любовался зрелым женским лицом без макияжа и хирургических вмешательств.

Постепенно мелодрама превращается в триллер. После многозначительного и напрямую не связанного с сюжетом пролога, действие которого разворачивается в парке, Менегетти по-хичкоковски перекрывает зрителю воздух и запирает его в четырех стенах. Квартиры героинь становятся для них тюрьмами, накопленная за годы молчания ложь буквально душит их совместное счастье. Но бояться финала не надо. Фильм и здесь рушит стереотипы: его авторы убеждены, что любовь бывает вечной, а слово «старость» не равно слову «смерть».

«Без обид»

Дебютная картина 26-летнего режиссера Фараза Шариата в феврале этого года получила премию «Тедди» Берлинского кинофестиваля. Устроен фильм, на первый взгляд, довольно просто. Это миграционная драма — один из самых популярных жанров современного немецкого кино. Главный герой Парвис, сын иранских иммигрантов, после магазинной кражи вынужден отработать положенные по приговору часы в центре для беженцев. Там он знакомится с Амоном и Банафше — братом и сестрой, которые бежали из Ирана в Германию, чтобы начать в Европе новую жизнь. С Банафше Парвис просто дружит, а вот с Амоном у него начинается роман. При этом в центре никто не может гарантировать, что брату и сестре предоставят убежище: их документы до сих пор находятся на рассмотрении.

Дистанция между автором и персонажем минимальна. Парвис — фактически альтер эго режиссера. Он родился и вырос в Германии, немецкий — его главный язык, на фарси он говорит с ошибками и акцентом (в фильме это отдельный повод для шуток). А еще он out and proud, его гомосексуальность не является секретом для семьи — любящие родители давно все поняли и приняли. Исполняющий главную роль Бенни Раджайпур (между прочим, отличный театральный актер, состоящий в труппе мюнхенского Kammerspiele) даже внешне очень похож на Шариата.

Один из первых заметных фильмов, снятых на тему миграции не этническими немцами, а непосредственно режиссерами с миграционным опытом, назывался «40 квадратных метров Германии». Он рассказывал о турецкой жене, которую консервативный муж привез из родной деревни в Гамбург и запер в маленькой городской квартире.

Сейчас его заголовок выглядит символическим уже по другим причинам. Постановщики-иммигранты и постановщики, выросшие в семьях иммигрантов, в последние десятилетия медленно расширяли пространство своего присутствия в немецком кинематографе — с 40 квадратных метров до бесконечности. В новой экранизации модернистского романа Альфреда Дёблина «Берлин, Александерплац», действие которого перенесено из Веймарской республики в неоновую современность, главный герой, темнокожий беженец из Африки, открыто провозглашает: «Ich bin Deutschland» («Я — Германия»). Поставил картину Бурхан Курбани, сын политических эмигрантов из Афганистана.

Кто-то, разумеется, углядит здесь культурную экспансию, но речь в первую очередь идет о протесте против кинематографического гетто, в которое годами принято было запихивать фильмы о корнях и кризисе идентичности. Для многих режиссеров нового европейского кино вопрос «Кто я?» — важнейший, основополагающий, и они ищут новые визуальные образы взамен сложившихся клише. Это кино эмоционально заряженное, дерзкое, временами нахальное, всегда предельно личное — не в угоду какой-то иллюзорной «повестке» или фестивальным отборщикам. Просто темы важнее для его создателей действительно не существует, и их искренность не может не действовать на зрителей.

Ближайший родственник «Без обид» — идущий сейчас в российском прокате «Откуда ты родом?». В нем британский актер и музыкант пакистанского происхождения Риз Ахмед играет рэпера, почти все тексты которого посвящены самоидентификации. В какой-то момент героя подводит собственное тело: оно буквально разрушается от его внутреннего конфликта с самим собой.

Немецкие любовники Парвиса задают ему тот же вопрос: «Откуда ты?» И ответ «Из Германии» их не устраивает: «Нет, а на самом деле откуда?» Сюжет «Без обид», как и сюжет его британского фильма-побратима, тоже вращается вокруг семьи и тела — самых близких любому человеку вещей. В картине Шариата они напрямую рифмуются: пока Парвис занимается любовью с Амоном на верхнем этаже родительского дома, его мама рассказывает Банафше о переезде из Ирана в Германию. Оригинальное название — «Futur Drei» — отсылает к двум существующим в немецком языке формам будущего времени: Futur I и Futur II. Третьей формы нет, режиссер Шариат придумал ее сам, и это его личный и творческий манифест: хватит играть по чужим правилам, пора устанавливать свои.