"Били по голове, челюсть выбили, губа распухла". Как давят хабаровский протест

В Хабаровске прошел 134-й день протестов. На массовые субботние акции, которые начались в середине июля и собирали первое время десятки тысяч участников, людей приходит все меньше и меньше. Причин тому, вероятно, несколько, и одна из наиболее весомых – усилившееся давление на протестующих и освещающих эти акции журналистов. В ноябре нескольких сотрудников СМИ и блогеров задержали, а затем отправили за решетку. Тем не менее некоторые протестующие уверяют, что готовы встречать на площади Новый год.

Сегодня на площади Ленина возле здания краевого правительства собралось около 200 человек. При этом создается впечатление, что чем меньше протестующих, тем больше полицейских.

– Граждане, вы участвуете в незаконном массовом мероприятии в форме митинга, – почти без остановок повторял полицейский в мегафон. Сразу трое сотрудников курсировали в толпе, один из них снимал лица митингующих на камеру. – Вы нарушаете закон о порядке проведения публичного мероприятия и будете привлечены к административной ответственности.

Но народ не спешил расходиться. Почти все сегодня были в масках – в крае действуют ограничительные мероприятия по коронавирусу. На прошлой неделе суд постановил уничтожить один из самых заметных транспарантов с текстом "Кормить голубей выходит народ, а зомби жуют соловьиный помёт, визжит, как свинья, воняющий клоп о том, что в Хабаровске погань живёт. Исчезни с экранов пропагандон, RusNews – журналисты, а ты мудозвон".

После этого судебного решения митингующие стали делать плакаты скромнее. Все чаще в руках у них небольшие листки с короткими лозунгами: "Долой террор над мирными гражданами", "Ночь темнее перед рассветом", "Полиция, суды – позор России". Некоторые высказываются стихами: "История пишется здесь и сейчас, каким будет край – зависит от нас, и нам по пути лишь с избранником нашим, другому засланцу рукой вслед помашем".

После небольшого митинга участники сегодняшней акции, как обычно, вышли на традиционное шествие. Предупреждения полиции они проигнорировали, в который раз скандируя "Полиции позор".

– Конечно, скоро все кончится, – рассказывает хабаровчанин Вячеслав. – Останется, может, несколько десятков человек митингующих. Сейчас все по инерции выходят по субботам. Мне кажется, только и остается ждать выборов, и все. Или когда уже сам суд над Фургалом будет, может, поднимется протестная активность.

При этом чего ждать от полицейских, люди уже не знают.

– Полиция что? Им дали команду любым способом потушить протест. Вот они и ходят с нами, хотя, похоже, сами не понимают, что нужно с нами сделать, чтобы мы заткнулись и пошли по домам, – рассуждает Вячеслав. – Может, и не будут нас ломать, но желание у них такое точно есть, у них же глаза бешеные. И в прошлый раз, когда мы отбили двоих от задержания – это наверняка была провокация силовиков. Им нужно накалить обстановку, дать людям повод проявить агрессию. Совести и понятия чести у них все равно нет.

– Как вы думаете, люди готовы к какой-то иной протестной активности?

– Люди и сами мало представляют, что надо делать. По инерции же действуют. Вместо того, чтобы принимать меры какого-то экономического характера: бастовать, не платить за ЖКХ, не покупать московские продукты, например, – у нас все еще просто ходят. Но это фигня полная, хотя пока другого выхода нет, – заключает Вячеслав.

Некоторые подготовились к задержаниям. Например, Владимир, инвалид второй группы, который получил штраф 25 тысяч рублей за якобы призывы на незаконную акцию на прошлой неделе.

– Меня осудили за картинку в инстаграме. Там было написано "Площадь Ленина" и время. Все, даже Хабаровска не было. Никого ни к чему не призывал. Меня задержали у дома, повезли в отдел. Потом в спецприемник. Спрашивали, есть ли у меня справка, что я инвалид? Тогда ничего с собой не было, а сейчас вот в телефоне все есть, на всякий случай.

Некоторых митингующих полиция встретила на автобусных остановках, потребовав предъявить документы и сфотографироваться. Как и в предыдущие две субботы, лица участников акции крупным планом транслировали на большом экране, установленном здесь же, на площади Ленина. Из-за такого давления хабаровчане все чаще становятся подозрительными и сами требуют журналистов удостоверения.

– А вот вы снимаете, выспрашиваете – зачем? – спрашивает в который раз пенсионерка.

– Да какая разница! Они даже если эшники, мы тут четыре месяца ходим, думаешь, наших лиц в полиции нет еще? – подключается ее соседка по колонне.

Правда, гораздо больше достается журналистам от полицейских. Блогера Андрея Соломахина 6 ноября задержали у здания Центрального районного суда Хабаровска, куда он приехал вести трансляцию – там в это время шел суд над хабаровским активистом Валентином Квашенниковым. Андрея оставили под стражей до суда, на следующий день присудили штраф и выпустили, но в тот же вечер задержали снова. Его избили на выходе из суда, доставили в ОВД, отвезли в больницу, вернули обратно в отдел и оставили на ночь до следующего суда. В итоге блогера арестовали на 7 суток и отправили в спецприемник. Врачи диагностировали у него закрытую черепно-мозговую травму и сотрясение мозга. На выходе из спецприемника у него изъяли съемочную технику – якобы за долги.

11 ноября были задержаны журналист Дмитрий Хетагуров (Sota Vision) и блогер Дмитрий Тимошенко. Сначала им присудили сутки ареста, которые они уже провели в спецприемнике, но после выхода из суда Дмитрия Хетагурова снова задержали и отправили за решетку на пять суток по части 6.1 статьи 20.2 КоАП.

Корреспондента издания "Арсеньевские вести" и автора ютьюб-канала "Нетипичный Хабаровчанин" Антона Курдюмова в начале ноября оштрафовали на 10 тысяч, затем несколько раз задерживали, двое суток он провел в спецприемнике.

Борис Жирнов, корреспондент газеты "Арсеньевские вести" и автор канала на ютьюбе, неделю назад был задержан дважды: сначала во время освещения акции протеста, а затем – сразу после суда, который присудил ему 10 тысяч штрафа. Суд арестовал журналиста на трое суток.

– Полиция к нам относилась корректно, даже немного с сочувствием, – рассказывает Борис Жирнов. – Передачи передавали, в спецприемник так и вовсе мы приехали как политические. Такое ощущение складывается, что полицейские словно просто приказы выполняют, которые им не совсем по душе. Вообще с этой историей такое чувство, что в стране начался транзит власти и башни Кремля будто друг с другом конфликтуют. То один к президенту, который отстранился, подойдет, то другой. И такие противоположные приказы поступают от разных групп. Вот сегодня было спокойно. А в прошлую субботу, хоть я и провел ее в спецприемнике, смотрел трансляции потом – совсем другое поведение было, задерживали. Людей, понятно, меньше становится, но у них и кредиты, и работу потерять страшно. Но чего власть добьется – непонятно. Протест уходит вглубь, и когда этот пузырь лопнет, хотелось бы, чтобы все получилось мирно.

Екатерину Ищенко, корреспондента Sota.Vision, также уже задерживали.

– Уже несколько месяцев за мной идет слежка ФСБ. В последнее время они немного отстали, но телефон прослушивается, бывают попытки взлома соцсетей и мессенджеров. Когда мы были во Владивостоке в командировке, то нам ФСБ Приморья блокировало связь – это мы узнали, когда моя коллега пошла выяснять причину блокировки – так и сказали в салоне, – рассказывает Екатерина Ищенко. – Пришлось в прошлую субботу вести эфир с других сим-карт.

– Почему прессовать журналистов стали сейчас, спустя четыре месяца?

– Затрудняюсь ответить на этот вопрос. Что в головах у сотрудников полиции? Может, мысль такая, что если акции не будут освещать, то протест заглохнет? А может, хотят повесить на журналистов организацию митингов? Но мы просто освещаем то, что происходит. И такие преследования для меня – самое что ни на есть препятствие работе журналиста. А будущее протеста зависит от самих людей. Сейчас спад из-за погоды, конечно, но не знаю, что будет весной. И никаких прогнозов давать не хочу.

– Как думаете, будут еще репрессии?

– То, что будут продолжаться задержания, – это абсолютно точно. Никто не предполагал, что ОМОН будет людей разгонять в Хабаровске. Так что это как в рулетку сыграть, каждый день какие-то новые события. И иногда, если день-два тишина, то ощущение, что подозрительно тихо. Со стороны это вообще дико выглядит: ОМОН, преследования, аресты. Сказали бы мне самой год назад, что я буду крутиться в такой истории, я бы, наверное, посмеялась. А сейчас очевидно, что Хабаровск изменился, как и сознание людей в других городах.

Сегодня уже после акции задержали участника митинга Владислава Замкова. Ему вменяют применения насилия к полицейскому. Вчера от вооруженных людей убегал другой активный участник хабаровских митингов Евгений Мазикин.

– Вчера я был у друга в южном микрорайоне. Пошел в магазин около 22:30. Но до него не дошел, подъехала машина и вышли мужики, бегом ко мне. Ругались, я плохо слышал сначала. А потом подбегают, один достает пистолет и наставляет на меня. Я испугался, ринулся подальше от него, за угол дома, потом в овраг. А они за мной гнались, я услышал два выстрела, потом еще два – один попал. Но пронесло – пуля прошла вскользь в районе колена. Потом на автостоянке я нашел какой-то контейнер, залез в него. Даже дышать боялся, надеялся, что не найдут. Но они нашли, выволокли меня за руки из контейнера и начали бить, – рассказывает Евгений.

По его словам, эти двое не представились и никаких документов не показали.

– Они спрашивали – где наркотики? Но я не пью, не курю. Какие наркотики?! Потом чувствую, один из них начинает в карманах шарить – а я столько историй знаю, как наркотики подкидывают. Сам показал все. И спрашиваю их – вы кто такие? А они только: "Полиция". Несколько раз ногами меня ударили, потом охранник вышел с автостоянки. Говорит, разбирайтесь не на территории со своими вопросами. Но потом они меня отпустили.

– Вы обратились в полицию?

– Конечно, тут же на место вызвал наряд, они приехали. До утра обходили все, следственный эксперимент проводили. Потом побои снял. Они всячески убеждают меня, что полиция себя так не ведет: говорят, это или по борьбе с наркотиками, или наркоманы. В этих гаражах, неподалеку, часто закладки делают. Но я за участие в митингах уже привык, что эшники неэтично ведут себя. Меня два раза задерживали: то руки ломали, то не представлялись, телефон вырывали.

– Как думаете, сколько продлится еще протест?

– Я сегодня не пошел на митинг, пришел в 7 утра домой только, сил нет, ноги ватные. Били по голове, челюсть выбили, губа распухла. Вот еще новый протокол составить хотят – а у меня два уже есть. Я сам себе слово дал: три протокола, и все, заканчиваю с митингами. Я не революционер, хоть и молчать не могу. Но в тюрьме сидеть, тянуть эту лямку, я не готов. У меня пять детей, куча дел. "Дадинская статья" – это слишком большая цена. Так что сейчас я пока вообще не знаю, что дальше.